Отпусти меня (СИ) - Малышева Анастасия Сергеевна

Я тут же подняла на неё взгляд:

— В смысле?

— Как-то выглядишь иначе. Двигаешься. Ведёшь себя.

Я пожала плечами, улыбнувшись как можно беззаботнее:

— Всё как обычно. Не выспалась разве что. Был…плохой сон.

Даша смерила меня подозрительным взглядом, но продолжать допрос не стала. Я не знала, удалось мне её убедить, или же подруга просто решила не лезть ко мне, рассчитывая, что рано или поздно я выдам всё сама.

Потихоньку подгребли остальные наши коллеги, и стало не до разговоров. Я настолько погрязла в текстах, заметках, гайдах и пресс-релизах, что думать забыла про Мишу. А он, как оказалось, помнил обо мне. Около полудня мой телефон ожил, оповестив о входящем звонке. Бросив взгляд на дисплей, я нахмурилась — просила же написать, а не трезвонить!

— Да, — ответила я недовольно.

— Мандаринка, я у тебя внизу. Заберёшь ключи? А то мне бы еще до дома добраться перед работой.

— Сейчас спущусь, — негромко ответила я, не желая привлекать к себе лишнее внимание.

Прихватив ключ-карту, я вышла из здания, в котором расположился весь наш холдинг. Миша стоял возле своей машины, облокотившись о капот и скрестив руки на груди. На указательном пальце одной из них висело колечко с моими ключами.

Подойдя к мужчине, я попыталась сдернуть брелок, но Павлов ловко увернулся и отвёл руку в сторону. Я нахмурилась:

— Не поняла. Кто-то выспался и решил поиграться?

Док улыбнулся:

— А кто-то, как я погляжу, наоборот, недоволен? Я думал, что сумел поднять тебе настроение.

Я на это лишь закатила глаза:

— Если ты думаешь, что мне для этого всего лишь нужен секс — то, оказывается, совсем не знаешь меня. Отдай ключи. И вообще — я просила написать, а не звонить!

— В чём разница? — пожал плечами Миша.

— В том, что так я бы молча спустилась — и всё. Не люблю привлекать к себе ненужное внимание.

— Ты правда думаешь, что кому-то интересно, куда ты отошла? — приподнял бровь доктор, — Клянусь, иногда ты становишься слишком мнительной.

— А ты — упрямец, которому сложно хотя бы изредка делать то, что просят! — выпалила я, закипая, — Ключи!

Вздохнув с таким видом, словно он имел дело с неразумным ребёнком, Миша протянул мне брелок, в который я тут же вцепилась. Когда уже собиралась уходить, брюнет выдал:

— Ты не права. Я всегда делал то, что ты просила. Особенно сегодня, — добавил он с усмешкой.

— Пошляк. И маньяк, — добавила я, стараясь не обращать внимания на порозовевшие щеки.

— И нравлюсь тебе таким.

Громко фыркнув, я заявила:

— Ошибаешься. Ты мне не нравишься никаким.

— Поживём — увидим, — подмигнул мне этот наглец, открывая дверцу машины, — Я позвоню тебе, Мандаринка.

— Не утруждай себя, — покачала головой, пятясь в сторону входной двери.

— Что ты. Мне это вовсе не в тягость, а очень даже наоборот.

С этими словами Миша сел в машину и, послав мне еще одну широкую и до непонятного довольную улыбку, уехал. Я же, маленько офигев от наглости и сжимая в руках ключи, поднялась обратно в редакцию.

Не успела сесть за стол, как мне тут же пришло сообщение.

«Я всё видела!»

Я подняла взгляд и заметила, что Даша смотрела на меня с выражением неодобрения на лице, смешанного с шоком. Сразу же захотелось написать Мише, что он — идиот, а я как всегда оказалась права. Слишком мнительная? Никто не обратит внимания? Три ха-ха два раза! Лучшая подруга никогда не дремлет и не берёт выходных.

Но я не была бы собой, если бы не попыталась отмазаться. Так что, пожав плечами, написала:

«Не понимаю, о чём ты»

«Вот только дурочкой прикидываться не надо. Я видела доктора Павлова. Что он тут делал и о чём вы разговаривали? Учти — я с тебя не слезу, пока ты не расскажешь мне всё!»

Я вздохнула. Да, подруга обладала очень ценным в мире журналистики качеством — она умела вцепиться в человека, как бульдог, и не отпускала, пока не добывала всю необходимую информацию. Так что, деваться мне было особо некуда.

Но всё равно, сдаваться так просто я не собиралась. Хотя бы потому, что понимала — разговор мог затянуться не на одну минуту. Поэтому, вздохнув, я написала:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Вечером. После работы. Сядем где-нибудь — и я тебе всё расскажу»

Дашу такой расклад не факт, что устроил. Но, по крайней мере, она, смерив меня чуть недовольным взглядом, кивнула. И я поняла, что получила пусть и небольшую, но отсрочку. Но вечером мне было не отвертеться.

Остаток рабочего дня я пыталась прикинуть, как лучше объяснить Даше, что вообще произошло. И параллельно прислушивалась к своим ощущениям, чтобы оценить, а что, собственно, предыдущая ночь значила для меня. Мне было хорошо? Безусловно. Хотела бы я повторить? Чёрт, да. Заверните мне этого красавчика в сексуальное рабство до конца его дней. Значило ли это что-то в эмоциональном плане? Тупик. Сбой программы. Я так давно ничего не чувствовала, что не могла понять, как на самом деле относилась к произошедшему. Как к простому приключению, или с перспективой на какой-то дальнейший виток событий. Хотя…о чём это я. Док то ведь точно ничего такого не думал. Он, довольный, как нагулявшийся кот, поехал резать людей. Говорила же — маньяк.

В итоге, когда мы вечером сели с Дашей за столик в одном из баров в центре города, я так и не смогла расставить всё по полочкам. Подруга, меж тем, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, почти орала на меня:

— Ну!!! Рассказывай!

Вздохнув, я начала каяться:

— Миша заносил мне мои ключи.

— Вот как, — протянула девушка, — Позволь поинтересоваться — а что они у него делали?

— Он ими закрывал дверь моей квартиры, — сообщила я вполне очевидную вещь, и добавила, — После того, как проснулся и собрался.

Идеальные Дашины брови взлетели вверх, что могло означать крайнюю степень изумления. Обычно она задействовала только одну — либо левую, либо, методом исключения, правую. Если же в игру включались обе — значит, всё, это был край.

— То есть, я правильно поняла, что твой бывший сегодня ночевал у тебя?

Отрицать очевидное было бы глупо. Так что я кивнула:

— Ты как никогда проницательна.

— И что же вы делали, уж прости за нескромный вопрос?

— Ну… — протянула я, пытаясь правильно подобрать слова, — Думаю, судя по тому, как себя чувствует моё тело — готовились к акробатическому выступлению в цирке.

— Переспали? — прямо спросила Даша.

Я кивнула, и зачем то добавила:

— Четыре раза.

Подруга присвистнула:

— Фига се вы кролики. Мне такое только в самых смелых снах может привидеться. Но, Маша, какого чёрта?

— Хотела бы я знать, — хмыкнула я, делая глоток вишнёвки со льдом, которую нам принёс проворный официант.

— Вы же расстались, — сказала девушка.

— Ага.

— Он бросил тебя, — продолжила Даша.

— Было такое.

— Разбил сердце, — не унималась подруга.

— Я бы сказала — швырнул его под бульдозер. Да, так будет вернее.

— И ты всё равно с ним переспала!

Я развела руками в стороны:

— Что я могу сказать? Тело подвело меня.

Даша поморщилась:

— Брось свои шуточки, Сергеева. Что делать то дальше планируешь? Вы как, вместе?

Я посмотрела на неё так, будто она сморозила невесть какую глупость. В какой-то степени так оно и было.

— С ума сошла? Оно мне надо вообще?

— Тогда я вообще ничего не понимаю!

— Я тоже, — призналась, делая еще один глоток, — Он просто пришёл вчера, заявился ко мне домой, чуть ли не вывалив все свои достоинства и богатства. Ну, а ты же знаешь, как я всегда реагировала на него.

Даша хмыкнула:

— Да уж, такое не забудешь. Ты как с больницы вышла — так всё, считай, околдовали девку. Как подменили мою подругу. Я даже завидовала — у нас с мужем после семи лет совместной жизни такие всплески эмоций бывают крайне редко.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Зато супруг тебя не бросает, — отметила я, — Что тоже несомненный плюс.

— Не могу не согласиться. Так, что будешь делать? Вы до чего-то договорились?