Линда Чейтер - Дьявол по имени Любовь

Жозе привез нас на Родео-драйв, и мы прошествовали мимо нескольких роскошно оформленных витрин. Имена многих модельеров были мне знакомы — Гуччи, Армани, Шанель и другие. Прежде я презирала эти имена, потому что они символизировали образ жизни, недоступный для меня. Вкрадчивые, подчеркнуто любезные помощники продавцов охраняли двери, а вооруженная охрана старалась быть незаметной, не слишком успешно скрываясь на тротуаре за растениями в горшках и кадках. Пальцы стражей лежали на спусковых крючках, и они были готовы в любой момент пустить в ход оружие.

— Давайте-ка заглянем сюда. — Харли предложил мне войти в большой и скудно меблированный магазин. Внутри я не заметила ни стендов с одеждой, ни банкеток, где можно было бы присесть. Кое-где скромно стояли манекены, и только это давало представление о предназначении этого помещения.

Я замешкалась у входа, опасаясь поцарапать полированный деревянный пол своими каблуками-шпильками. Помощник продавца окинул меня равнодушным взглядом и, решив, что я недостойна его внимания, обратился к Харли:

— Чем могу быть вам полезен, сэр? Харли выжидательно посмотрел на меня.

— Примерьте что-нибудь, — предложил он. — Не стесняйтесь! Выберите то, что вам понравится.

— Я покажу вам весеннюю коллекцию, мэм. — Помощник продавца повел меня в глубь магазина.

В то утро я оделась тщательно, понимая, что Харли находит туалеты Синди не слишком элегантными. Однако когда мы прошли мимо большого зеркала и я увидела в нем свое отражение на фоне сдержанно-изысканной обстановки, я осознала, как дешево и вульгарно выгляжу. «Синди пора приобрести лоск», — подумала я.

Я ожидала увидеть одежду, которую, по моим представлениям, должна была бы носить богатая женщина, — элегантную, хорошо сшитую, с легким намеком на обольстительность, но весенняя коллекция разочаровала меня. Передо мной предстало множество туалетов весьма странного стиля: среди грязновато-пастельных тонов лишь изредка попадалось глинисто-коричневое или серое пятно.

— Нет ли у вас чего-нибудь поярче? — спросила я, надевая платье, словно сшитое из мешковины.

— Таковы цвета этого сезона, мадам, — снисходительно ответила помощница продавца.

Я взяла жакет с четырьмя рукавами. — А чего-нибудь более привычного?

— В этом магазине, мадам, — высокомерно отозвалась помощница, — продается одежда, созданная известными модельерами. — Оглядевшись, она добавила ледяным шепотом: — Если тебе не нравится эта одежда, детка, отцепись от меня и отправляйся в магазин Сирса, куда ходит публика попроще.

Я не слышала о Сирсе, но внезапно ощутила тоску по уютной знакомой атмосфере универмага «Маркс и Спенсер». И почему следить за модой оказалось таким трудным делом?

В конце концов я сделала выбор и предстала перед Харли в золотистом костюме, будто сошедшем со страниц «Стар трэк».

— О, очень стильно! — с энтузиазмом воскликнул Харли, вскочив при моем появлении. — Следовало бы выбрать что-то совсем непохожее на вашу одежду.

Бросив взгляд на ярлычок с ценой, я почувствовала острое желание уйти отсюда.

Конечно, даже Харли отпугнет цена и он не захочет тратить столько денег. Однако он настоял на том, чтобы я примерила еще несколько костюмов и платьев, каждое из которых было ужаснее предыдущего. Но в теле Синди таилась какая-то загадка. Что бы я ни надела, на мне это выглядело великолепно. Облачись я в мешок для мусора, вероятно, и тогда продавщица всучила бы его Харли по непомерной цене.

— Мы возьмем все. — Он дал продавщице свою кредитную карточку. — Я знал, что надо привести вас именно сюда. — Харли радостно улыбнулся мне. — Одежда подчеркивает достоинства и индивидуальные особенности женщины! Поэтому так важно уметь выбрать ее.

Мы зашли еще в несколько магазинов, где меня экипировали по всем статьям — там мы купили туфли, сумки и прочие аксессуары. Я просила его не проявлять такой расточительности, но Харли не слушал меня.

— На что мне такая куча денег, — возразил он, — если я не могу тратить их как хочу?

Под конец мы посетили такой шикарный магазин, что там приходилось заранее договариваться о времени посещения.

— Надеюсь, вы не станете возражать, — прошептал Харли. — Здесь есть совершенно потрясающее платье. Цвет и покрой идеально подходят вам. Оно мне понравилось, как только я увидел его, и я попросил отложить этот наряд для меня. Оставалось лишь найти женщину, которой я мог бы полюбоваться, когда она облачится в него.

Мне показали изделие из полупрозрачного бледно-голубого шелка. Когда Харли увидел меня в нем, глаза его затуманились.

— Вы наденете его ради меня сегодня вечером, Синди? — спросил он. — Я хочу познакомить вас со своими друзьями.

Я кивнула, любуясь собой в зеркале. Стиль платья, простой и женственный, совсем не соответствовал тому, что могла бы выбрать Синди. Я выглядела как символ невинной красоты. Кто бы заподозрил, что я продала душу дьяволу?

Мы приехали к Харли и провели остаток дня возле бассейна. Я отказалась войти в воду, но он не отступил от привычного распорядка и проплыл несколько десятков раз. Расположившись на удобном стуле, я пила свежевыжатый апельсиновый сок и наслаждалась необычным и приятным ощущением расслабленности. Я подумала, что, пожалуй, привыкла бы к такому образу жизни, если бы только добралась до настоящей выпивки.

Позже, введя в компьютер данные о своих водных процедурах, Харли отвел меня в комнату для гостей, чтобы я переоделась к вечернему приему. Голубое платье, стоившее примерно столько, сколько оплата моей квартиры в Гилдфорде за несколько месяцев, Мария разложила на кровати. Едва она вышла, я облачилась в него, а потом аккуратно сложила на стуле дешевую одежду Синди.

Причесавшись и наложив косметику, я выглядела так, как, по моим представлениям, выглядят те, кто имеет все, — обольстительной, утонченной, томной. Да, так должны выглядеть женщины, не занимающиеся ежедневно тяжким, почти рабским трудом. Любуясь своим отражением в зеркале, я надеялась, что все это не сон. Теперь ресторан «У Марта» отошел куда-то на задний план.

— Надеюсь, ты видишь меня теперь, Мефисто, — пробормотала я. — Кажется, дела мои налаживаются.

В моих ушах зазвенел чуть слышный, призрачный смех: «Не забывай о том, что красота способна развращать…»

— Мефисто! — воскликнула я, но не получила ответа. Может, мне это пригрезилось?

— Я вовсе не развращена, — возмущенно бормотала я, вспомнив, что он сказал мне во время нашей последней встречи. — Почему бы для разнообразия мне и в самом деле не получить удовольствие?

— Синди!

Услышав этот голос, я вздрогнула, обернулась и увидела Харли, ослепительного в смокинге и галстуке-бабочке.