Сломанная марионетка (ЛП) - Джонс Амо

— Обещаешь? — спрашиваю я, глядя ему в глаза.

Нейт кивает.

— Я обещаю.

ГЛАВА 18

Открыв свой грузовик, я сажусь на водительское сиденье, а Нейт падает на пассажирское, решив, что не хочет сегодня садиться за руль.

— Как Дэвил? — спрашивает он, нажимая кнопки на радио.

— Он в порядке. Кация хочет его вернуть и требует встречи с ним, но я хочу быть там.

Нейт смотрит прямо на меня.

— Ты никуда не пойдешь без Королей, и ты это прекрасно знаешь.

— Нет, послушай, мне нужно разобраться с этим самой. Я прочитала немного о Потерянных Мальчиках прошлой ночью, и я просто... У меня есть вопросы, на которые мне нужны ответы, и я знаю, что если вы, ребята, будете там, она будет менее склонна дать мне эти ответы. Так что, пожалуйста. — Я смотрю на него, переводя машину в режим «драйв». — Просто позволь мне разобраться с этим самой.

Он не спорит, просто пожимает плечами и нажимает Play на «Humble» Кендрика Ламара.

Я смеюсь, качая головой, когда выезжаю из гаража.

— Клянусь, в прошлой жизни ты жил в гетто.

— Ай-ай. — Нейт качает головой. — Не надо стереотипов. — Он начинает покачивать головой в такт и читает припев. Смеясь, он машет рукой. — Давай... читай рэп вместе со мной...

Покачав головой, я поворачиваю на главную магистраль, ведущую к школе.

— Нет, спасибо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Школа — это скучно, и я действительно чувствую, что с этим покончено.

— По крайней мере, это наш последний год, — бормочу я Татум.

— Правда! — соглашается она, запихивая книги в свой шкафчик. Я делаю паузу, думая о порядке, о котором Кация говорила в книге. Если мы все уезжаем в колледж, значит, в следующем году, будет новая группа Королей. Мне нужно позвонить Дэвилу. Вытащив телефон из кармана, я закрываю шкафчик и нажимаю «вызов» на его имени. Он берет трубку почти мгновенно, его голос успокаивает, как горячий шоколад в холодный зимний день.

— Ты в порядке? — спрашивает брат, отрывисто, прямолинейно и грубо, но это Дэвил, и, судя по тому, как недолго я его знаю, другого тона обычно не бывает.

— Да, но мне нужно с тобой кое о чем поговорить. Ты дома?

— Да.

— Хорошо, будь готов, я заеду за тобой.

— До встречи, — отвечает он тем же тоном и кладет трубку.

— Боже, — бормочет Татум рядом со мной. — Его тон? Он что, ненавидит весь мир?

Ее предположение раздражает меня. Дэймон — это много чего, некоторые вещи даже я еще не знаю до конца.

— Нет, — огрызаюсь я. — Он просто... другой.

Она пожимает плечами, и мы обе начинаем идти к лифту.

— Другой, как Тед Банди и Джек Потрошитель, или другой, как «Я рисую голым под Луной»?

Закатываю глаза, нажимая на кнопку, чтобы спуститься нас вниз.

— Вероятно, больше на стороне Джека Потрошителя, я полагаю, — бормочу, и подруга смотрит на меня.

— Не может быть.

— Я сказала «вероятно», а не «определенно». В любом случае, держи свои лапы подальше от него.

— Эй! — Татум вскидывает руки, и мы подходим к машине. — Я не хочу быть еще одной жертвой. Буду держаться подальше.

Она не будет держаться подальше.

Мы садимся в грузовик, и я включаю заднюю передачу.

— Я высажу тебя. Мне просто нужно поговорить с Дэвилом наедине.

— Ты собираешься рассказать мне, что происходит? — спрашивает девушка. Она спрашивает не в претенциозной манере. Это больше похоже на то, что она волнуется и хочет знать, что все в порядке. Такова Татум. Она общительная, прямолинейная, немного кокетливая и очень дерзкая, но она настоящая. Она всегда была со мной настоящей, и она навсегда останется моей лучшей подругой.

Я выдыхаю.

— Да. Просто... дай мне немного времени? — Бросаю на нее короткий взгляд, выезжая на главную дорогу.

— Хорошо, — кивает она. — Я могу дать время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Подъезжая к своему дому, нажимаю на гудок, решив подождать Дэвила в машине. Он выходит в темном костюме, застегнутом на все пуговицы.

— Ха! — Смотрю на него, когда он садится на пассажирское сиденье. — Ты ходишь по магазинам?

Он смотрит вниз на свою одежду, а затем снова на меня, его глаза ничего не выражают.

— Да.

Выезжая с проезжей части, я слегка поворачиваюсь к нему.

— Этот разговор, мы можем вести на английском?

Он кивает.

— Да. Возможно, я буду немного медлителен, но да.

Я улыбаюсь и включаю радио. Начинает играть песня «Jungle» Таш Султаны, и я делаю погромче. Мне нравится эта исполнительница. Она из Австралии и совершенно андеграундная, но ее голос проникновенный, а музыка трогает до глубины души.

— Ты в порядке? — спрашиваю я Дэвила, когда он ничего не говорит.

Брат кивает, расстегивая пиджак.

— Да. О чем ты хочешь поговорить?

Я ерзаю на своем месте.

— О Кации, — в основном, — и о Потерянных Мальчиках. А также о следующем поколении Королей. Это нормально для тебя?

Он снова кивает.

— Нормально. Следующее поколение Королей не так просто... — Он делает паузу, подыскивая слово, которое хочет использовать. — ...объяснить. Они...— Он снова смотрит на меня. — ...скрытные. Неизвестно, каков их следующий шаг и когда они начнут.

Ну, это совершенно бессмысленно. Мы продолжаем ехать, пока не доезжаем до поворота к лесу, через который мы проезжали на Хэллоуин. Съезжаем с длинного участка дороги — дороги, которая гораздо менее страшная, чем ночью, — и едем по ней до самого конца.

— Я знаю это место, — объявляет Дэвил, немного неуверенно.

— Знаешь? — отвечаю, сворачивая на маленькую парковку.

— Да. — Он смотрит на меня, сбитый с толку. — Откуда ты знаешь это место?

— Ну, короче говоря, друг устроил здесь вечеринку.

— Вечеринку? — переспрашивает он.

Я делаю паузу, держа руку на дверной ручке.

— Да, ты знаешь... — Жестом показываю выпивку, а затем буги на своем месте, как на танцы.

Он смотрит на меня, скучая, не уловив ни одного из моих намеков.

— Ну, тогда это будет долгий разговор, — бормочу, выходя из машины. Дэймон следует за мной, закрывает дверь, и я запираю ее.

Я уже собираюсь идти к поляне, когда он хватает меня за руку и тянет назад. Смотрю вниз на его хватку, а затем снова на его лицо.

— Что случилось?

Качая головой, он шепчет:

— Ты не должна была быть здесь, Мэдисон. Это не твое место.

— Мое место? — Делаю шаг к нему. — Что ты имеешь в виду? Здесь очень красиво.

— Что-то не так. — Он осматривает лес, а затем снова смотрит на меня. — Вернись в машину и сделай это медленно.

— Что? — Оглядываю местность, но не двигаю головой, чтобы это было не так заметно. — Что ты имеешь в виду?

— Не задавай вопросов. Просто сделай это.

Вглядываясь в его глаза, я вижу, как он умоляет меня.

— Хорошо. — Медленно, боком, я подхожу к водительской двери, пикаю сигнализацией и открываю дверь. Дэвил остается на том же месте, расправив плечи и приняв боевую стойку. У меня по позвоночнику бегут мурашки, а страх поднимается до нечеловеческого уровня. Открыв дверь, я уже собираюсь залезть внутрь, когда раздается удар. Острое жало вонзается мне прямо в голову, и я падаю.

Подняв глаза, я вижу, как вдали появляются и исчезают верхушки деревьев. В ушах начинает звенеть, и я наклоняю голову, когда солнце палит прямо мне в лицо. Дэвил там, но его лицо размыто, и он кричит на меня. Почему он кричит? Почему я на земле? Я на земле? Глаза Дэвила в ярости, почти черные. Из его рта летит слюна, когда он кричит на меня, но я ничего не слышу, потому что меня оглушает звон в ушах.

Я смеюсь, потому что впервые вижу, как Дэвил выходит из-под контроля. Почему он такой несговорчивый? Он не был бы таким, если бы что-то не было очень плохо. Металлическая жидкость заливает мое горло, и я начинаю паниковать. Мое сердце замирает в горле, а дыхательные пути начинают медленно сжиматься, делая дыхание почти невозможным.