Нора Филдинг - Приговоренные к любви

— Что ж, может быть, вы и правы. Только я никого не привезла. Нет у меня четвероногого питомца. Я не люблю кошек и собак, да и к другой живности отношусь равнодушно. Я при­ехала совсем по другому поводу. Я приехала про­сить вас о помощи, умолять не губить меня, но, думаю, вы не тот человек, который может мне помочь.

Я молчала. Что я могла сказать? Что с радос­тью приду ей на помощь? Это было бы явной ложью, но оставлять людей в беде я не привык­ла. Решение было за Ширли.

— Джейн, у вас находится сэр Чарлз, и вы знаете, как он к вам попал. Вы пока не сказали Роберту об этом. Не знаю, почему вы так посту­пили: не было времени или ждали более благо­приятного момента, чтобы облить меня грязью. Возможно, он разговаривал о сэре Чарлзе не с вами. Не буду гадать. Но если до сих пор правда не выплыла наружу, стоит ли ее вытаскивать на свет? Я хотела просить неизвестную мне мис­сис Кроу, чтобы она не говорила, что это я привезла сюда сэра Чарлза и бросила его здесь. Роберт был помешан на этой собаке, а я с тру­дом ее выносила. Вонь, грязь. — Ширли намор­щила свой изящный носик. — Боюсь, что вам меня не понять, если вы можете жить в такой помойке... — Она сделала выразительный жест рукой, обращая мое внимание на обстановку прихожей. — Роберт никогда бы сам не отказал­ся от сэра Чарлза, вот мне и пришлось устроить его лжепобег. Не знаю, каким чудом Роберт на­шел его. Он теперь только и думает, как вернуть доверие пса. Тьфу... — Ширли замолчала, а по­том неожиданно добавила: — Роберт разорвал помолвку.

Пришла и моя очередь удивиться.

— Он разорвал помолвку из-за сэра Чарлза?

— Не знаю, но, как только пес нашелся, Ро­берт изменился. Он не похож на себя прежнего. По-моему, из-за этой чертовой собаки его ра­зум совсем помутился. Вы когда-нибудь слыша­ли, чтобы пес явился причиной разрыва отно­шений?

Ширли, видимо, забыла, с кем говорит. По­ступок Роберта настолько ее поразил, что она искала сочувствия у меня! Возможно, ее ввело в заблуждение выражение моего лица. Сказать, что разрыв Роберта с Ширли меня удивил, — значит не сказать ничего. У меня перехватило дыха­ние, сердце колотилось так сильно, как может биться посаженная в клетку только что пойман­ная птичка; кровь забурлила в висках. В отличие от Ширли я знала, что послужило причиной раз­рыва, но не могла полностью поверить, что это из-за меня Роберт оставил ее.

Ширли неправильно истолковала все те эмо­ции, что невольно отразились на моем лице. Она схватила меня за руку и быстро заговорила:

— Вижу, и вы удивлены. Не знаю, Джейн, возможно, я вам не понравилась, возможно, вы считали, что я не подхожу Роберту. Но, верьте мне, вы ошибались. Лучше, чем я, Роберту не найти. Мы были идеальной парой. Не думайте, что я хочу выплакаться у вас на плече. Нет! — Ширли оставила в покое мою руку и отошла в сторону. — Нет! Мы действительно очень подхо­дили друг другу. Из меня получилась бы хоро­шая жена. Я бы сделала его дом образцовым, таким, что все гости ему бы завидовали. Я была бы такой женой, которой бы восхищались все его друзья и знакомые.

Ширли рисовала ту же картину, что и я пред­ставляла себе, когда решала, что должна рас­статься с Робертом. Только сейчас я обнаружи­ла в ней огромный изъян. А нужна ли Роберту такая жена? Почему Ширли ничего не сказала о своей любви к нему? Если бы я была с кем-нибудь помолвлена, а потом рассталась, разве бы я мечтала о дизайне дома, который могла создать, или о впечатлении, которое произвела бы на знакомых в роли его жены? Нет! Я бы нашла совсем другие слова. Я бы говорила, что жить не могу без него, что мне абсолютно безразличны все вокруг, а нужен только он, толь­ко он один. Я готова была бы поехать за люби­мым на край света, и черт с ним, с домом, если бы он мне не достался. Главное, чтобы Ро­берт был со мной.

Боже, о чем я думаю? Я уже приняла реше­ние. Я не должна даже вспоминать о Роберте. Касаться этой темы — даже мысленно — очень опасно. Я могу сломаться и броситься к Роберту молить его позволить мне остаться с ним.

Вот этого тебе не надо было бы делать, уста­ло возразила какая-то клеточка моего сознания. Он сам готов был остаться с тобой. Это ты ему не разрешила. Снова воздвигла между ним и со­бой гору лжи. Любишь быть правдивой, а сама постоянно врешь самому любимому человеку. Почему? Во имя его счастья, гордо парировал мой рассудок.

— Ширли, я ничего не расскажу Роберту. Ду­маю, мне вряд ли представится случай с ним увидеться. Завтра приезжает миссис Кроу, а пос­лезавтра я улечу в Тунис. Прощайте, Ширли. — Я не стала слушать слова благодарности, расто­чаемые ею, и, повернувшись к ней спиной, мед­ленно побрела наверх.

Наконец ко мне пришло решение. Я уеду в Тунис. Миссис Кроу заплатит мне деньги, на которые я смогу там прожить некоторое время, а обратный билет у меня есть. Перенести дату отлета не составит труда. Вряд ли мистер Кол­линз будет возражать против досрочного начала трудовой деятельности своего секретаря. А в сле­дующий отпуск я не приеду в Англию и больше не стану передавать чьи-либо подарки. Пусть я буду эгоистичной особой, не способной ради близких совершить даже маленький добрый поступок, зато больше никогда не попаду в пе­чальную историю. Буду жить со спокойным сер­дцем. Без любви.

— Собирайся, Джон. Полетишь со мной в да­лекие края, — объявила я псу, дожидавшемуся меня в комнате. — Будем жить с тобой на чуж­бине, зато в мире и спокойствии.

ГЛАВА 15

Все получилось, как я планировала. Для сда­чи дел миссис Кроу мне хватило одного дня. Оформление выездных документов на Джона тоже не заняло много времени. Я попрощалась с Энн — разлука с подругой предполагалась на­долго.

И вот снова Тунис, аэропорт Картаж. Оша­левший от перелета Джон, совершивший его один, в клетке, в багажном отделении, встре­тил меня радостным неумолкаемым лаем. Он забыл все хорошие манеры и, свалив меня с ног, радостно вылизывал мне лицо своим мок­рым шершавым языком. Вокруг собралась тол­па, удивленно смотрящая на бесплатный спек­такль.

Джону было все равно. Он не стеснялся вы­ражать свою радость, меня тоже не волновало мнение окружающих. С трудом найдя такси — никто не хотел везти огромную собаку, — мы с Джоном отправились домой.

Консульство обычно снимало для своих со­трудников небольшие квартиры, находившиеся на втором этаже хозяйской виллы и имевшие свой отдельный вход. Такая квартира-вилла с небольшим участком земли, на котором гордо возвышалась огромная пальма, была и у меня. Около забора, который по арабской традиции представлял собой мощное сооружение из кам­ня высотой около двух метров, я посадила мно­голетние цветы. Сейчас они радовали глаз сво­им ярким пестрым нарядом. Джону будет где немного порезвиться днем, никому не мешая. А поздно вечером, когда улицы опустеют, я смо­гу выходить с собакой на прогулку.