Сесиль фон Зигесар - Вы в восторге от меня

— Понимаю. Но это прекрасно, когда у человека есть какая-то страсть в жизни. Ведь тогда и труд становится в радость. — Бриджит приветливо улыбнулась и сделала в блокноте пометку. Похоже, Нейт задел какую-то ее любимую душевную струну.

Нейт нервно погладил колени и подался вперед:

— Боюсь, что моя успеваемость не на уровне.

Бриджит откинула голову и весело рассмеялась и чуть не свалилась со стола. Нейт протянул руку, чтобы удержать ее.

— Спасибо, — сказала Бриджит и уселась потверже. — Знаете, в школе я практически завалила выпускной экзамен по биологии и тем не менее поступила в наш университет. Может, вам это покажется неожиданным, но нас интересуют личности, а не роботы с пятерками.

Нейт радостно кивнул головой. Эта Бриджит явно была на своем месте. Нейт так расположился к ней, что чуть было не ляпнул, что ему, собственно, даже все равно, поступит он или пет. Но такой промах она ему вряд ли простит.

Бриджит явно собиралась раскрутить его на поступление.

— Скажите, а в вашем университете есть клуб яхтсменов?

Бриджит оживленно закивала:

— Есть, и еще какой!

— Итак, вы много читаете. — Собеседование с Дэном проводила изможденная гранитом науки дама по имени Мэрион. Она сидела на краешке стула, переплетя свои сухонькие ножки. Она все время что-то строчила в блокноте. — Попрошу вас назвать две любимые книги и обосновать, почему именно они и никакие другие.

Дэн нервно откашлялся. Его язык одеревенел от волнения: просто сейчас отвалится и со стуком упадет на пол. Он подумал: «Как там справляется Серена. Хоть бы у нее все было в порядке».

— «Страдания юного Вертера» Гете. И «Гамлет» Шекспира, — произнес наконец Дэн.

— Неплохо, — проговорила Мэрион и снова сделала пометку в своем блокноте. — Продолжайте.

— Я понимаю, что Гамлет многим представляется как смелая личность, — заговорил Дэн, — но на самом деле он глубоко несчастный человек.

Мэрион удивленно вскинула брови.

— Что касается Вертера, то я бы сказал так. Он поэт. Живет своей внутренней жизнью, тем, что творится у него в голове, но в то же время… в то же время он восхищается окружающим миром. Поэтому он не может не писать об этом.

— Вы считаете, что Вертер менее трагическая фигура, чем Гамлет? — поинтересовалась Мэрион.

Да. — Дэн вдруг почувствовал себя более уверенно. — У Гамлета на душе лежит тяжелое бремя. Его отца убили, любимая девушка теряет рассудок, друзья предают его, его собственная мать заодно с отчимом желают его смерти.

Мэрион согласно кивнула, машинально щелкая ручкой.

— Да, я совершенно с вами согласна. А у Вертера только одна, но большая проблема. Он любит Лотт, но та его не любит, и это печальное объяснение уже произошло между ними. Вертер чувствует себя обреченным. Но надо как-то жить.

Дэн судорожно глотнул воздух. Эта Мэрион буквально дала ответ на все его вопросы. Как он раньше не видел этого! Ведь Вертер — это он сам, а Серена — Лотт. И Серена не любит его. И это печальное объяснение уже произошло между ними — ведь он видел, как она и Нейт держались за руки во сне.

А ему, Дэну… Ему надо как-то продолжать жить.

Дэн зарылся лицом в ладони, он весь дрожал и боялся, что сейчас расплачется.

— Должна признать, что мне нравится, с какой страстью вы говорите о литературных произведениях, — сказала Мэрион и сделала очередную пометку в блокноте.

Дэн сидел, не поднимая головы. Серена не любит его. Теперь он знал это точно.

Мэрион несколько раз щелкнула ручкой, ожидая продолжения разговора.

— Дэниэл?…

…Мучитель Серены погладил свою седую бородку и посмотрел на Серену прищуренным взглядом.

— Какие интересные книги вы читали в последнее время?

Серена выпрямилась на стуле, усиленно напрягая память. Ей хотелось поразить преподавателя: надо вспомнить книгу, название которой она знает наверняка.

— «Выхода нет» Поля Сартра, — выпалила Серена и сама испугалась. Это была та самая книга, которую посоветовал ей Дэн. Правда, она так и не дочитала ее до конца.

— Но это же пьеса, — удивился преподаватель. — Жалобы пребывающих в аду.

— А мне это показалось довольно забавным, — сказала Серена, припомнив слова Дэна, что он смеялся, читая эту книгу. — Ад, он пребывает в людях, и все такое, — констатировала она. Это было единственное умозаключение, которое запомнила Серена.

— Ну что ж, допустим. Похоже, в этом вы разбираетесь больше меня, — сказал преподаватель, но в голосе его звучало сомнение. — И вы читали эту книгу на французском?

— Mais bien, sur. — Серена соврала и глазом не моргнула.

Преподаватель нахмурился и сделал себе какую-то пометку.

Серена попыталась натянуть юбку ниже на колени. Она чувствовала, что все идет не так, как надо, но не могла понять почему. Этот человек просто топил ее, он невзлюбил ее с того самого момента, как она вошла в комнату. Может, от него ушла жена, и она была француженка, и у нее были такие же светлые волосы, как у Серены. А может, у него умерла собака.

— Чем еще вы занимаетесь? — спросил преподаватель без тени эмоции в голосе.

Серена оживилась:

— Я сняла фильм. Любительский, конечно. Первый раз в жизни.

— Вы пытаетесь браться за что-то новое, это похвально. — Голос преподавателя потеплел. — Расскажите про ваш фильм.

Серена села на руки, чтобы не поддаться искушению и не начать грызть ногти. Как бы ей так расписать свой фильм, чтобы поразить экзаменатора наповал? Она очень смутно представляла идею собственной картины. Серена сделала глубокий вдох, и ее понесло:

— Ну, камера неотступно следует за мной, очень много крупных планов. Сначала я еду в такси по городу. Потом я вхожу в огромный магазин на 14-й улице, расхаживаю возле прилавков и комментирую все, что вижу вокруг себя. Ну, потом еще я примеряю платье.

Преподаватель нахмурился, и Серена поняла, что сказала клюкву. Она тупо уставилась на свои черные туфли на плоских каблуках и начала стучать каблуком о каблук. Так поступала Дороти из «Великого чародея страны Оз», чтобы вернуться обратно в свой родной Канзас.

— Вообще, фильм очень красивый, — робко добавила Серена. — Чтобы понять его идею, нужно просто посмотреть его.

— Ну да, — сказал преподаватель, с трудом сдерживая гримасу брезгливости. — У вас есть ко мне какие-то вопросы?

Серена судорожно пыталась придумать вопрос, чтобы хоть как-то изменить ход событий. «Покажите им свою заинтересованность», — так учила мисс Глос.

Серена уперлась взглядом в пол, на ее веках выступили капельки пота. Что бы сказал брат Эрик на ее месте? Уж он-то умел выкручиваться из трудных ситуаций. Он бы сказал им всем: «А пошли вы…» Его классическая фраза.