Бертрис Смолл - Внезапные наслаждения

Эшли села в свой «солстис» и поехала домой. Но не успела она переступить порог, как сотовый взорвался звоном. Она откинула флип.

– Эшли у телефона.

– Я дома, – объявил Райан, – вернее, в такси по пути в город. Когда мне завтра выходить из дома?

– Хочешь приехать вместе с матерью и Фрэнки? Лимузин заберет их в два. Сегодня Анджелина ночует у Фрэнки.

– Да, это мысль! Пусть за мной заедут в последнюю очередь, хорошо? Я захвачу костюм и переоденусь у тебя, если не возражаешь.

– Только побрейся, – предупредила Эшли. – Если на шоссе будут пробки, до церемонии у тебя останется полчаса или того меньше.

– Договорились. Нервничаешь?

– Немного, – вздохнула она. – А ты?

– Тоже. Видишь ли, я никогда не думал, что это случится, и, возможно, не случилось бы, если бы не чертово завещание моего папаши. Наверное, я по натуре закоренелый холостяк.

– Но разве ты не мечтал о детях? – удивилась Эшли.

– Разумеется, мечтал.

– В таком случае ты не можешь быть закоренелым холостяком, Райан. А если хочешь, чтобы Анджелина приняла твоих детей, придется жениться. Лина очень консервативна и придерживается традиций.

– Как тебе удалось уговорить ее приехать на свадьбу, если она знает, что это чисто деловое соглашение? – допытывался он.

– Пообещала, что, если вдруг брак по расчету окажется не совсем таковым, мы позовем священника и обвенчаемся. Разве Фрэнки тебе не говорила?

Она услышала, как Райан громко сглотнул.

– Нет. Фрэнки сказала, что ты сумела уговорить и утешить маму, после того как сказала ей правду. Что маме ты действительно нравишься, и она позволила себя убедить.

– Я всего лишь успокоила ее совесть, – рассмеялась Эшли. – Она хорошая женщина, и мне совсем не нравится ее расстраивать.

– А может, в конце концов, все и уладится, – мягко предположил он. – Может, через два года мы позовем священника.

– На свете все бывает, – согласилась Эшли. Сердце ее забилось сильнее. Неужели она нравится ему настолько, что он подумывает о настоящем браке? – Попытайся отдохнуть, – посоветовала она. – День будет нелегким.

– Я надеюсь на грандиозную ночь, – объявил он.

– Ты сейчас вскидываешь брови, верно? – неожиданно спросила Эшли.

– Откуда ты знаешь? – хмыкнул он.

– Ты всегда вскидываешь брови, когда говоришь непристойности, – пояснила она. – И это ужасно смешно, потому что ты становишься похожим на озорного мальчугана.

– До завтра, Эш. Постарайся увидеть меня во сне, ладно?

Увидеть его во сне?

Эшли едва не выпалила, что благородный трибун, ее муж в «Ченнеле», как две капли воды похож на Райана. Ей вдруг захотелось включить «Ченнел» сегодня же вечером. Но если она, прожив ночь в мире грез, утром будет выглядеть усталой, то не сможет по достоинству насладиться реальностью. Он хотел спать с ней. Нет. Хотел поиметь ее. И она позволит ему. И сама будет наслаждаться каждой минутой. Они по закону муж и жена, так почему бы нет, если он этого хочет? Их соглашение давало право выбора. И невозможно отрицать существование сильнейшего сексуального притяжения между ними. Может, после того как они проведут несколько ночей вместе, прелесть новизны померкнет.

Но в глубине души Эшли знала, что этому не бывать. Он пристрастится к сексу с ней, а она позволит ему все… все на свете.

Ночью погода переменилась, выгнав жару в море и принеся дождь, который прекратился к десяти утра. Оказалось, что день выдался великолепным! Черт, да почему бы нет! Она, в конце концов, Кимбро. И это день ее свадьбы. На этот раз все будет хорошо. Никаких сюрпризов. Никакого позора. Все будет хорошо!

Бернс принес ей кофе. Эшли наскоро съела яичницу, прежде чем поспешить в сад и убедиться, что все готово.

Старый Тони, ее садовник, и молодой Тони, его внук и временный помощник, провели лето, всячески ухаживая за поднимающимися по деревянной решетке розами сорта «стерлинг силвер». Усилия их не пропали даром: решетка была буквально увита полураспустившимися бутонами и розами в полном цвету. Эффект был поразительно живописным. Перед решеткой стояли десять стульев в белых полотняных чехлах. По обеим сторонам решетки возвышались садовые вазы с лавандой и белыми цветами. Фиолетовый был любимым цветом Эшли.

– Надеюсь, цветы продержатся до половины пятого? – спросила Эшли садовника.

Тот кивнул:

– В это время года солнце здесь бывает после половины четвертого, миссус. Все будет лучше не надо.

– Спасибо, – кивнула Эшли. – Только держите собак подальше от этого места.

– Обязательно, миссус, – заверил Тони. Вернувшись в дом, Эшли направилась в столовую.

Стол уже был накрыт белой камчатной скатертью, вышитой по краям цветочным узором.

– Откуда это? – удивилась Эшли.

– Она хранилась в бельевом шкафу со дня свадьбы ваших родителей, – пояснил Бернс. – С тех пор мы ее ни разу не стелили. Пришлось выстирать и выгладить ее, чтобы избавиться от складок по сгибам. Я и забыл о ней, но вы знаете, как сентиментальна миссис Би. Она посчитала, что сегодня эта скатерть должна быть на столе.

– Цветочная аранжировка просто восхитительна, – отметила Эшли, с восторгом разглядывая большую хрустальную чашу с пурпурными, фиолетовыми, розовыми и белыми георгинами вперемежку с зеленью.

– Сам делал, – похвастался Бернс. – Сегодня мы поставим на стол «Ройял вустер» и «Уотерфорд».[7] Но, может, вы хотите другую марку? «Горем Ферфакс» или «Рид и Бартон»?

– Лучше «Ферфакс». Он нравится мне больше, чем «Ройял вустер», – подумав, велела Эшли, после чего покинула столовую. Делать было абсолютно нечего. В саду и доме все в порядке. А если она посмеет заглянуть на кухню, смертельно обидит миссис Би.

Она отменила субботний сеанс массажа, но на двенадцать записалась в «Прайм катс» на маникюр и педикюр.

Большие напольные часы в холле пробили один раз. Эшли рассеянно взглянула на циферблат, увидела, что уже одиннадцать сорок пять, и бросилась к машине.

В салоне ее окружили знакомые. Здесь были Тиффани, Карла Джонсон и Нора Бакли. Они заговорщически улыбались. Эмили Шански, теперь Эмили Девлин, в конце июня родила своего первенца. Сейчас она делала педикюр, пока младенец мирно спал рядом в корзинке.

– Выглядите просто супер для недавней роженицы, – заметила Эшли.

– Вы так думаете? – усмехнулась Эмили. – Я все еще чувствую себя коровой, которая вот-вот отелится. Эшли, когда вы выйдете замуж, а вы обязательно выйдете замуж, несмотря на все предыдущие неудачи, постарайтесь воспользоваться каждым романтическим моментом, пока еще есть время. Поверьте знатоку: написать роман куда легче, чем ходить с огромным животом.