Робин Пилчер - Океан любви

Алисия протянула свою руку ладонью вверх. Софи посмотрела на нее, улыбнулась и ударила по ней сверху.

— Договорились, бабуля.

В этот момент открылась дверь и в нее влетели Харриет и Чарли. Алисия повернулась и только успела развести руки в стороны, чтобы подхватить Харриет, но та уже подпрыгнула фута на три вверх и обхватила ее первой.

— Поаккуратней со спиной бабушки, Харри, — заворчала Софи.

— Все в порядке, — успокоила Алисия, целуя младшую внучку в макушку. Она посмотрела на Чарли, который стоял возле Софи и катал игрушечную машинку по столу секретаря мистера Хантера, одновременно пытаясь тайно прочитать одно из многочисленных писем, которыми был усыпан стол доверху.

— Чарли? Как ты, мой дорогой?

— Прекрасно, — ответил он, не отрываясь от писем. Но через секунду повернулся лицом к бабушке: — Бабуля, — взглянул он на нее с таким серьезным вопрошающим видом, что Алисия подумала, что сейчас он спросит ее о смысле жизни.

— Да?

— Ты не привезла с собой конфеты?

— Чарли! — воскликнула Софи. — Ты просто невыносим!

Лицо мальчика осветила озорная улыбка, и все они взорвались хохотом. Опуская Харриет на ноги, Алисия подошла к дивану и взяла свою сумочку. Чарли и Харриет последовали за ней. Алисия достала три плитки шоколада «Кэдбери», дала по одной каждому, и дети с шумом начали разрывать фольгу.

— Дорогая, возьми и ты, — обратилась она к Софи.

— Нет, спасибо, бабуля. Мне что-то не хочется.

Алисия положила шоколадку в карман платья Софи:

— Хорошо, тогда съешь позже. А если не захочешь, поделишься со своими друзьями. А сейчас, — сказала она, глядя на часы, — мистер Хантер позволил нам вместе пообедать.

Глаза Чарли округлились от восхищения:

— Мы можем пойти в «Макдоналдс»? Мы ходили с папой в субботу. Это правда потрясающе, бабуля!

— Да! — крикнула Харриет, поддерживая брата. Пожалуйста, бабуля.

— О, дорогой, я думаю, что это невозможно. Во-первых, я не на машине, да и мистер Хантер попросил, чтобы я привела тебя сюда к двум тридцати — ко времени начала твоего крикетного матча.

Чарли и Харриет простонали от разочарования.

— Мы могли бы пойти в деревенский паб, — предложила Софи. Я была там один раз с моей подругой и ее родителями. Это всего в трехстах ярдах от школы, и у них довольно вкусные чипсы.

Алисия улыбнулась Софи и поблагодарила ее за предложение:

— Хорошо, значит, идем в паб.

Чарли ударил кулаками по воздуху:

— Да! — сказал он, бросаясь к двери. — Давайте, идем!

— Минутку, — заметила Алисия, — милые дети, давайте сделаем это организованно, выйдем все вместе тихо, чтобы не помешать ни одному из классов. — Она взяла Харриет за руку и пошла к двери.

— Бабушка, — произнесла Харриет тихим голосом.

— Да, дорогая.

— Я думаю, папа ушел так же, как и мама.

Все резко остановились, и Алисия почувствовала, как ее сердце кольнуло от шокирующего, неожиданного утверждения:

— Нет, милая. Он лишь улетел в Америку, это ненадолго, чтобы выполнить кое-какую работу. Он скоро вернется. Разве он не говорил, что приедет к тому времени, как вы вернетесь домой?

— Не совсем, бабуля, — продолжала Харриет сухим голосом, — мне кажется, папа покинул свое тело. Он где-то в другом месте.

Алисия посмотрела на остальных внуков. Софи оторопела и не отрывала глаз от сестренки. Чарли, с силой толкнув дверь, не переставая дергал ручку.

— Давайте присядем на минутку, хорошо? — предложила Алисия, ведя за собой Харриет обратно к дивану. Вернулась и Софи, села на подлокотник, — Чарли остался на своем месте.

— Итак, — медленно начала Алисия, пока устраивалась около внучки, — объясни, что означают твои слова.

— Ну, это что-то типа того, что произошло с мамой.

— Прости, дорогая?

— Дух мамы витает вокруг нас, но ее тела нет рядом, — так говорит Софи. А с папой наоборот — его тело с нами, а духа нет.

Алисия не знала, что на это ответить, она гладила Харриет по голове и быстро соображала, что ей следует сказать.

— Послушай, милая, я знаю, что папа был немного растерян в последние несколько месяцев, и, должно быть, вам действительно сложно понять, почему он такой. Но это абсолютно точно, что он еще с нами, и я знаю, что он постоянно думает о вас и очень вас любит. Сейчас я уверена, что поездка в Америку поможет ему, и когда он вернется, он снова будет таким, каким мы его знали прежде. — Она взглянула в глаза Харриет. — Ты понимаешь меня, дорогая?

Харриет кивнула, весьма довольная объяснением.

— Теперь мы можем идти? — спросил Чарли, открывая дверь.

— Хорошая идея! — произнесла Алисия, насколько могла, бодро. — Скорее! В паб! — Она еще раз прижала к себе Харриет и встала. — Я не завтракала, поэтому с нетерпением жду большой-большой тарелки с картошкой.

Харриет бросилась вдогонку за Чарли. Однако Софи задержалась и остановила бабушку, беря ее под локоть:

— Бабуля? — Алисия повернулась к ней. — Мне кажется, он не вернется.

— Конечно, вернется. Очень скоро он вновь обретет себя.

— Нет, я имею в виду, что ты права, ему нужно быть подальше от Инчелви, чтобы дать зажить своим ранам. Я не думаю, что ему стоит возвращаться в ближайшее время.

Алисия нежно погладила маленькую худую ручку, державшую ее за локоть:

— Посмотрим, дорогая. Но помни о нашем договоре. Ты приглядываешь за Харриет, а на мне — сделать так, чтобы папа вернулся тем человеком, которым он был прежде, хорошо?

Софи кивнула и заулыбалась. Алисия облегченно вздохнула и поцеловала ее в щеку.

— Я открою тебе одну тайну, Софи. Мистер Хантер сказал, что ты для него одна из самых замечательных девочек, которых он когда-либо встречал. И я скажу тебе еще кое-что, моя дорогая: я думаю, ты уже превращаешься в очень красивую девушку, и я горжусь тобой. — Алисия прижала к себе Софи и крепко обняла, прежде чем повернуться к двери. — Теперь надо идти, чтобы догнать тех двоих, пока они не разгромили школу.

Глава одиннадцатая

Как только самолет приземлился и подъехал к зданию аэропорта в Кеннеди, соседка Дэвида подпрыгнула с места, не дождавшись разрешительного сигнала. Женщина деловито начала собирать детей и вытаскивать свой багаж из верхнего шкафчика, желая, как можно скорее покинуть самолет. Другие пассажиры незамедлительно последовали ее примеру, но те, кто находился в бизнес-классе, не проявляли какой-либо активности, посетовав на чрезмерную медлительность, с которой открывали двери, большинство из них снова сели, положив сумки на колени и качая головами.