Сьюзен Филлипс - Просто неотразим!

Глаза Теда скользнули по Мег. На секунду. Но он тут же отвернулся и потянул Тори к музыкальному автомату. Спенс проводил их взглядом.

— Твоя сестра — необычная женщина.

— Кому ты говоришь?

— Она и Тед, похоже, очень близки.

— Тори была лучшим другом Теда с самого детства, — кивнул Кении. — Клянусь, она единственная женщина моложе шестидесяти, которая никогда не была в него влюблена.

— А муж не возражает против такой дружбы?

— Декс? — улыбнулся Кении. — О, Декс совершенно в себе уверен.

Похоже, Тед не столько танцевал, сколько читал нотации, и когда парочка вернулась к столу, он первым делом схватил свободный стул и усадил ее как можно дальше от Спенса. Это не помешало Тори описывать все преимущества Уайнета в качестве идеального местоположения для курорта, пытаться узнать размеры его состояния, пригласить к мачехе на праздник в честь Четвертого июля, а заодно и уговорить на партию в субботу днем.

Тед болезненно морщился, но под конец объявил, что присоединится к ним вместе с Кении. Тори глянула на Мег. Лукавый блеск ее глаз достаточно ясно объяснял, почему Тед хотел держать ее как можно дальше от Скипджека.

— Мег снова будет кадди у Теда, верно?

— Нет! — в один голос завопили Тед и Мег.

Но Кении по какой-то непонятной причине решил, что это прекрасная идея, а Спенс заявил, что партия и вполовину не будет такой увлекательной без Мег. Итак, на стене появились кровавые буквы…

Когда Спенс исчез в мужском туалете, беседа стала куда более серьезной.

— Вот чего я не пойму, так это Спенса, — заявила Тори Теду. — Прошлой весной его люди клялись, что он решил не строить курорт в Уайнете. Хотелось бы знать, что заставило его изменить мнение.

— Жители Сан-Антонио удивлены не меньше нас, — заверил Тед. — Они думали, что все улажено.

— Мне их жаль. Но что поделать? — Тори махнула рукой кому-то на другом конце комнаты. — Мы нуждаемся в курорте куда больше, чем они.

Когда настало время уходить, Далли вызвался подбросить Спенса до гостиницы, и поэтому Мег оказалась в «бенце» Теда. Она подождала, пока они не выедут на шоссе.

— Сестра Кении — не твоя любовница.

— Передам ей это — пусть посмеется.

— И ты никогда не изменял Люси.

— Как скажешь.

— И… и если хочешь, чтобы я угождала Спенсу, — что, уверяю тебя, так и есть, — нам нужно достичь понимания.

— Кто сказал, что мне нужна твоя помощь?

— О, нужна, не сомневайся. Забавно, верно ведь, как неприкрыто преклоняется Спенс перед моим отцом и — уже по умолчанию — передо мной! Оскорбительно для моей матери, разумеется, учитывая, ее влияние в среде актеров. Не говоря уже о том, что она одна из самых красивых женщин мира. Все же Спенс упомянул, что повесил ее постер в своей спальне, и он определенно увлечен мной, не знаю уж, по какой извращенной причине. Это означает, что я представляю некоторую ценность, и ты, друг мой, должен самым усердным образом стараться умаслить меня, а не совать жалкие чаевые жалкого скряги! Спенс дал Марку сто долларов.

— Марк не стоил Спенсу трех очков и я не знаю сколько неудачных ударов. Но так и быть, завтра дам тебе сотню. Минус пятьдесят долларов за каждое очко, которое ты мне будешь стоить.

— Минус десять долларов за каждое очко, и по рукам. Кстати, я не слишком увлекаюсь бриллиантами и розами. Но открытый кредит в бакалее будет самым ценным подарком.

Он окинул ее ангельским взглядом.

— Я думал, ты слишком горда, чтобы брать у меня деньги.

— Брать? Да. Заработать — определенно, не настолько уж горда.

— Спенс неглуп. Иначе просто не добился бы такого положения. Сомневаюсь, что он поверил этой идиотской истории о неразделенной любви ко мне.

— Ему лучше поверить, потому что я не позволю этому человеку снова лапать меня даже за все гольф-курорты мира, а неотразимый ты — мой предлог избавиться от него.

Тед вскинул брови и свернул на темную узкую дорогу, ведущую к ее временному жилищу.

— Может, тебе стоит передумать? Он достаточно порядочный парень и богат. Честно говоря, он мог бы стать ответом на твои молитвы.

— Если бы я собиралась повесить ценники на все свои женские причиндалы, нашла бы более привлекательного покупателя.

Теду понравилась шутка. Все еще улыбаясь, он подъехал к церкви. Мег открыла дверцу, чтобы выйти. Он положил руку на спинку ее сиденья и окинул Мег непроницаемым взглядом.

— Полагаю, я приглашен? Учитывая силу твоих чувств ко мне?

Ах, эти янтарные глаза, излучающие внимание и сочувствие. Полное понимание, глубочайшая признательность и прощение всех его грехов.

Опять эти его штучки! Мег трагически вздохнула.

— Мне нужно преодолеть тяготение к твоему совершенству, прежде чем я обрушу на тебя все сладострастие своей натуры.

— Оно так велико?

— Беспредельно.

Мег выскользнула из машины.

— Доброй ночи, Теодор. Прекрасных снов.

При слепящем свете фар она поднялась на крыльцо. Отперла дверь и вошла. Мрак окутал ее. Мрак, пустота и одиночество.

Мег не уволили, и это она посчитала огромным достижением, поскольку не могла удержаться от постоянных напоминаний игрокам о необходимости бросать пустые банки в специальные контейнеры для сбора металлов, а не просто в мусорные баки. Брюс Гарвин, отец Кайлы, подруги Берди, был настроен крайне враждебно, и Мег заподозрила, что ее оставили на работе исключительно благодаря интересу к ней Спенсера. Она также была глубоко благодарна за то, что новости о ее предполагаемом увлечении Тедом не распространились по городу. Очевидно, все участники вчерашней вечеринки решили держать язык за зубами: абсолютное чудо для маленького городка.

Войдя в магазинчик снеков, чтобы запастись льдом и напитками, она поздоровалась с Хейли. Та либо ушила рубашку поло, либо поменялась с кем-то на меньший размер, потому что очертания грудей ясно выделялись под тканью.

— Сегодня играет мистер Коллинз, — сообщила она, — а он любит «Гаторейд»[5]. Так что запаси побольше.

— Спасибо за подсказку.

Мег показала на выкладку шоколадных батончиков.

— Не возражаешь, если я возьму немного? Буду предлагать. Посмотрим, будут ли они продаваться.

— Разумеется. И если наткнешься на Теда, скажи, что мне нужно с ним поговорить.

Мег искренне понадеялась, что не наткнется на Теда.

— Он отключил мобильник, — пожаловалась Хейли, — а мне нужно купить ему продукты.

— Ты покупаешь ему продукты?

— Выполняю всякие поручения. Почту отправляю. Делаю все, на что у него не хватает времени. Я его личный помощник. Говорила же тебе!