На краю несбывшихся надежд - Оксана Алексеевна Ласовская

вздохнула подруга. — Это не может подождать до утра? Я не одна…

— Ты постоянно не одна! — заорала я. — Соня, это очень срочно! Очень! — в моем голосе прорезались истеричные нотки.

— Тихо-тихо, успокойся! — испугалась она. — Я приеду! Где встречаемся?

— У аптеки на нашей улице, найдешь?

— Найду. А почему в таком странном месте?

— Потом скажу, — я швырнула телефон на кровать, натянула майку и, схватив сумочку, бросилась на улицу.

Дожидаясь подругу, я купила целых два теста и сидела на скамейке, боясь пойти и сделать их.

Сонька появилась через полчаса. Вся запыхавшаяся, подбежала ко мне и села рядом.

— Прости, пробки. Спешила как могла. Что случилось?

— Сонь, мне кажется, я беременна, — заревела я, уткнувшись в плечо подруги.

— Что?! — ахнула она. — Подожди, кажется или беременна?

— Еще не знаю, — утерла слезы я и зашмыгала носом. — Мне было плохо, и Антонина Викторовна сказала, что это похоже на токсикоз.

— Мало ли что она сказала! — смешно всплеснула руками Сонька. — Тест сделай!

— Вот, я уже купила, — всхлипнула я. — Я боюсь!

— Сидеть и трястись не выход! — отрезала подруга и огляделась по сторонам. — Идем, где-то здесь должен быть платный туалет.

Туалет мы нашли достаточно быстро, и я, тяжело вздохнув, скрылась в кабинке. Соня замерла на улице, нервно куря.

— Ну что? — бросилась она ко мне, когда я вышла. Я молча протянула ей оба теста. Кинув на них взгляд, подруга выронила сигарету и коротко выругалась.

— Мирка, а отец-то кто? — широко открыв глаза, спросила она. — Антон?

— Хуже, — горько усмехнулась я.

— Неужели он? — ахнула подруга. — Тот мужик из гостиницы?

— Ага, — кивнула я. — У меня больше никого не было.

— Обалдеть, — протянула Сонька, доставая новую сигарету, и спохватилась: — Ой, не надо же при тебе курить…

— Прекрати, — поморщилась я. — Я не собираюсь рожать.

— Аборт хочешь делать?

— А ты как думаешь? — взвилась я. — Рожу и принесу ребенка в съемную комнату? К чужому человеку?

— Да ты не горячись, — успокаивающе погладила меня по плечу Соня. — Нужно найти этого мужчину.

— Зачем?

— Ну, вообще-то, он отец.

— И что? Думаешь, он поверит в это? Да он же проституткой меня считает!

— Да пусть считает кем хочет, а деньги тебе не помешают.

— Какие деньги? — поразилась я. — Ты хочешь, чтобы я родила и деньги у него требовала? Нет уж, спасибо! Я лучше на аборт!

— А аборт ты на какие шиши делать собираешься? — разозлилась Соня. — Это, между прочим, не бесплатно! Да и потом, может, у вас вышло бы что-то с этим мужиком, и ребеночка можно было бы оставить!

— С чего бы вдруг ты такой моралисткой стала?

— В этом вопросе я всегда такой была, — насупилась Сонька. — Между прочим, моя мама в свое время тоже аборт хотела сделать. И что? Если бы не передумала, не стояла бы я сейчас с тобой! Подумай!

— У меня нет другого выхода, — опять заплакала я.

— Выход есть всегда.

— Это всего лишь слова.

— Нет. Просто нужно пересилить свою гордость и найти отца ребенка. Сходить в гостиницу, поспрашивать людей… — принялась рассуждать Сонька. Я так и не рассказала ей, что прекрасно знаю, кто такой этот человек и где искать его.

— Сонь, перестань, я не буду этого делать. Ты не знаешь, что это за человек…

— А ты знаешь? — прищурилась подруга. — Ты что, виделась с ним с того раза?

— Ничего я не знаю, — поспешила увести разговор от опасной темы я. — А у тебя что, новый кавалер?

Этот обычный с виду вопрос неожиданно привел Соню в смущение. Она покраснела, опустила глаза и пробормотала:

— Ну да, новый…

— Эй, ты чего? — поразилась я. — Сонь?

— Мира, мне кажется, я влюбилась, — подруга подняла на меня совершенно счастливые глаза. — Первый раз в жизни по-настоящему влюбилась, представляешь?

— Ну, так это же здорово! — искренне обрадовалась я. — Я так рада! Кто он?

— Здесь не все так просто… — помрачнела подруга. — Он… В общем, не важно. Я потом расскажу, ладно?

— Как хочешь, — пожала я плечами.

— Мира, прошу тебя, — взяла меня за руку Соня, — прежде чем идти на аборт, хорошенько подумай. Может, судьба этому ребенку родиться, ведь ты никогда не пила, а тут на тебе, напилась и полезла в койку к незнакомому мужику.

— Ну и что из этого ребенка получится? Зачат, когда мама была в невменяемом состоянии, а папа вообще непонятно кто? Может, он псих или болезни какие имеет генетические?

— Ты же понимаешь, что это все отговорки? Если бы ты реально думала, что он чем-то болен, уже давно сходила бы в больницу и проверилась. А так ты уверена, что он нормальный приличный человек.

— Приличный человек тоже может быть психом, — упрямо повторила я.

— И все-таки подумай, — попросила Сонька. — Я пойду, хорошо? И ты иди домой.

— Пойду, — кивнула я. — Не переживай за меня.

На этом мы попрощались. Соня исчезла за углом, а я медленно побрела домой. Осознать то, что во мне зародилась маленькая жизнь, было трудно. Да и не хотела я это осознавать. Что бы там ни говорила Сонька, я сейчас не в том положении, чтобы заводить детей. Никогда не думала, что буду стоять перед таким выбором, ведь всегда мечтала о детях. Но жизнь распорядилась по-другому…

Глава 11

— Мира, это правда? — выскочил ко мне Степка, едва я вошла в квартиру.

— Что правда? — вздрогнула я.

— Ты беременна?

— Та-ак, — шумно выдохнула я, бросая сумку на тумбочку. — Кто тебе сказал? Соня?

— Нет, Антонина Викторовна. А что, Сонька тоже знает? Ну вот! Я твой брат, а такую новость последним узнаю!

— Ну, Антонина Викторовна, не ожидала! — покачала головой я. Женщина тут же материализовалась в прихожей. — Ну, зачем? Вы же ничего не знаете наверняка, зачем рассказали?

— Я всего лишь сказала Степе, что, возможно, он скоро станет дядей, — виновато пряча глаза, созналась хозяйка.

— Не станет! — отрезала я.

— То есть ты не беременна? — лицо брата разочарованно вытянулось.

— А тебя это расстраивает?

— Ну, я был бы не против получить племянника.

— Племянника еще нужно воспитывать и кормить, — напомнила я. — На какие шиши, позволь спросить?

— А чего ты злишься, я не понимаю? — обиделся Степка. — Как будто я тебя заставляю срочно идти и беременеть.

Я закатила глаза, понимая, что разговор свернул в какую-то не ту степь.

— Ты нам зубы-то не заговаривай! — исправила ситуацию Антонина Викторовна. — Куда сорвалась, как оглашенная? И пришла вон вся заплаканная! Немедленно говори правду.

— Да, я беременна! Да! — мой голос задрожал, а к глазам опять подступили слезы. — И, что с того?

— Почему ты тогда сказала, что я дядей