Сюзанна Симмонс - Заманчивые обещания

Шайлер глубоко вздохнула и сосредоточилась на темной ленте дороги, вьющейся перед ней.

Прошло почти десять лет с тех пор, как она в последний раз видела бабушку, и вот теперь похороны самой Коры — вернее, поминальная служба — и необычные условия ее завещания, которые в конечном счете и привели Шайлер домой.

Согласно семейным преданиям (а их было немало), Кора Лемастерс Грант была типичной представительницей своего времени и сословия — послушная дочь, признанная красавица, благонравная и скромная дама, жена и мать, идеальная хозяйка, столп общества и обладательница утонченного вкуса, но все это — до трагедии.

Жизнь Шайлер тоже совершенно изменилась, после того как в нее вторглась смерть.

Несмотря на шестьдесят лет разницы, на долгую разлуку и на то, что между ними, казалось, было очень мало общего, их с Корой объединяло одно — обе они потеряли всех, кто был им дорог.

«Нет, я не буду сейчас об этом думать», — приказала себе Шайлер, поправляя черный шелковый шарф, повязанный вокруг головы на французский манер. Ей сейчас надо сосредоточиться на вполне конкретной цели — доехать из аэропорта в Грантвуд.

Ночь была дождливая и темная. Воздух был явно холодноват для конца апреля. Шайлер устала — просто-таки лишилась сил — после долгого перелета из Парижа, и, как ей вскоре стало ясно, она уже знала трассу номер девять не так хорошо, как когда-то.

Она никого не винила в сложившейся ситуации, кроме самой себя. Это было ее собственное решение. Поверенный Коры прислал за ней в аэропорт лимузин с шофером. Но по прибытии в Нью-Йорк она вдруг решила взять напрокат автомобиль. Дала чаевые шоферу в униформе и отпустила его на все четыре стороны.

Она хотела остаться одна, и вот она одна. Ну и что с того, что темно? Что с того, что идет дождь? Она неплохой водитель. Чертовски хороший водитель! Разве она не попадала в парижские пробки?

И тем не менее последние несколько миль, чтобы не сбиться с пути, она ориентировалась лишь по свету фар ехавшего впереди автомобиля.

Шайлер еще раз глубоко вдохнула и, досчитав про себя до трех, задержала дыхание. Затем медленно выдохнула и расслабила плечи. Из стереосистемы «ягуара» доносился голос неподражаемого Шарля Азнавура, поющего на своем родном французском. Она тихонько замурлыкала вслед за ним. Песня была совершенно во французском духе и при этом весьма грустная: об обретенной и вновь утраченной любви и об одиночестве, которое неизбежно следовало за этим.

Шайлер сейчас никого не любила и не разлюбила и, естественно, не чувствовала себя одинокой. У нее были десятки, даже сотни друзей по обе стороны Атлантики. Практически по всему миру.

Шайлер протянула руку и выключила музыку.

— Вот и нечего зря себя расстраивать!

Она сделала еще один глубокий вдох и почувствовала знакомый едкий запах.

Скунс!

Она сморщила нос от отвращения.

Затем, совершенно неожиданно, в зеркале заднего вида она заметила быстро приближающийся свет фар какого-то автомобиля — на мгновение он просто-таки ослепил ее.

— Что-то ты слишком уж близко подъехал! — вслух проворчала она.

Поставив ногу на педаль газа — в этот момент она запоздало пожалела, что перед выездом не сменила «шпильки» на пару простых удобных туфель без каблуков, — Шайлер наблюдала, как скорость на спидометре постепенно растет — на пять, десять и, наконец, на пятнадцать миль в час.

Машина сзади тоже прибавила ходу.

Шайлер решила испробовать другую тактику и намеренно уменьшила скорость, надеясь, что нетерпеливый преследователь на скорости сорок, а затем тридцать пять миль проедет мимо.

Автомобиль тоже сбросил скорость и пристроился в хвосте, снова ослепив ее светом фар.

Шайлер тихо выругалась по-французски. Если бы на пути попался ресторан фастфуд, автозаправочная станция или что-то подобное, она бы давно уже свернула в поисках убежища. Все, что угодно, лишь бы избавиться от преследователя. Но, на ее беду, вокруг не было ничего, кроме черного полотна дороги, свинцового неба и темной пелены дождя.

Шайлер прибавила ходу.

Преследователь сделал то же.

Она сбавила скорость.

Автомобиль сзади последовал ее примеру.

«Это не значит, что я боюсь, — сказала себе Шайлер. Она утратила чувство страха перед многими вещами, перед большей частью вещей, девять лет назад. — Просто мне это надоело».

Огни автомобиля медленно приблизились, затем на мгновение как будто исчезли. Потом послышался отчетливый звук удара, и «ягуар» стукнули сзади по бамперу.

Шайлер нервно облизнула губы и нажала на газ.

Еще удар — и «ягуар» накренился вперед, снова атакованный сзади.

Вот теперь она испугалась. Это больше не было похоже на заурядную неприятность и даже мало походило на чью-то дурную шутку. Все было гораздо серьезнее. Кто-то пытался ее сбить.

Она, конечно же, читала об автомобильных авариях, о подстроенных несчастных случаях, о кражах кошельков и похищении женщин… и даже хуже.

У Шайлер внезапно пересохло во рту. Казалось, в горле застрял ком, который она никак не могла проглотить. Душа ушла в пятки, засосало под ложечкой. Она изо всех сил вцепилась в обернутый кожей руль.

Яркий свет приблизился снова. Впереди как раз был поворот. Шайлер прибавила скорость. Затем в отдалении она заметила огни машины, припаркованной на обочине.

Надо рискнуть. Черт побери, лучше бы ей не видеть того, что должно произойти.

Шайлер стала снижать скорость. В долю секунды она охватила взглядом открывшуюся перед ней картину: джип, приподнятый сзади домкратом, и склонившийся над ним мужчина, меняющий, как она предположила, проколотую шину. Рядом сидела большая собака, наблюдавшая за его действиями. И мужчина, и пес были насквозь мокрыми.

Слишком близко.

Шайлер осознала, что она находится слишком близко к выведенному из строя джипу, когда преследовавший ее безумец третьим ударом спихнул «ягуар» с дороги. Таинственный автомобиль на бешеной скорости пронесся мимо и растворился в ночи.

Как будто в замедленной съемке мужчина поднял голову и выпрямился во весь рост. На мгновение в свете фар он напомнил ей раненого оленя. Шайлер Грант вывернула руль резко вправо и взмолилась, чтобы не задеть его.

Глава 3

Громкий скрежет раздался совсем неподалеку.

Просто дьявольски близко.

Еще секунду назад Трейс собирался поменять спущенное колесо, чтобы они с Бадди могли продолжить свой путь, а уже в следующее мгновение — когда его ослепили фары несущегося прямо на него автомобиля — перед глазами у него пронеслась вся жизнь.

В самый последний момент машина резко повернула и завертелась на задних колесах, с ног до головы оросив его брызгами дождевой воды и осколками гравия.