Роз Бейли - Шопинг-терапия

— Так… так красиво.

Я держала волосы, пока она застегивала молнию на вызывающем полосатом зеленом платье с завышенной талией, без рукавов и бретелей.

Джоди скрепляла лиф, поджав губы.

— Здесь можно было бы убрать побольше — ты такая худенькая! — но в целом сидит неплохо.

— Просто мечта! Я чувствую себя как Джулия Робертс, когда Ричард Гир повел ее по магазинам в «Красотке».

Обычно невозмутимая, Джоди слегка улыбнулась:

— Да, мне нравится этот эпизод. Теперь примерь туфли. По сценарию ты должна сбросить их, когда выходишь на карниз, поэтому я выбрала тебе туфли без застежек и ремешков.

Я сунула ноги в туфли с открытым носом и порадовалась, что вчера сделала педикюр. Туфли были из голубого шелка с бледно-зеленой ленточкой вокруг пальцев, на тонком каблуке. И в горошек! С каким бы удовольствием я скинула их с ног прямо в лицо Деанне, чтобы она увидела, что горошек — это модно.

— Замечательно, — сказала я. — Сказочно. Очень удобно.

— Чтобы такое платье сработало на все сто, необходимы аксессуары: не забудь колье и серьги. Лучше всего серебряные, каплями — по контрасту с горизонтальной полоской на платье.

Все мое внимание было приковано к зеркалу, к новой, нарядной Ариэль.

— Господи, как хорошо выбраться из унылых одеяний, напоминающих водоросли, хотя и это платье тоже зеленое.

Джоди наморщила нос, дергая сантиметр, висевший у нее на шее.

— Время пришло. Об этом и раньше все знали, но тут сработала целевая группа, и они буквально обрушили результаты дискуссии на Габриель. Зрители не желают смотреть по телевизору на людей, одетых в лохмотья. Пришло время для Ариэль носить стильную одежду.

— Спасибо тебе. — Я бы ее обняла, но подозревала, что ей это не понравится. Надо же, как раз тогда, когда мне так нужна была поддержка перед встречей с Деанной, я получила эту поддержку от Джоди. — Спасибо, спасибо!

Она отодвинула занавес, тем самым указывая, что я готова и могу идти, освободив место для следующего персонажа. И я выплыла из гардеробной в своих туфельках в горошек от Маноло, ошеломленная и красивая, преображенная волшебной палочкой феи-костюмерши.

20

Алана

— «Эсперанса»! — шептала я, пытаясь придать голосу таинственное, экзотическое звучание, — «Эсперанса»!

Если честно, то от духов «Эсперанса» у меня разболелась голова, а может, я подхватила инфекцию. Сначала они отдавали гвоздикой и цветочным ароматом. Потрясающе! Или я так считала, когда поднялась в отдел косметики, готовая произвести переворот в торговле парфюмерией.

Но вскоре этот запах достал меня; и когда одна девчонка пошутила, что он напоминает ей запах тигриной мочи, это сравнение сделало свое черное дело. Теперь стоило мне нажать спрей, как услужливая память тут же переносила меня в туалеты Центрального зоопарка. Вряд ли такие ассоциации могут пойти на пользу торговле.

— Дамы, попробуйте «Эсперансу»! Духи с мистическим ароматом… — Черт его знает, что это означало, но именно так именовалась тема духов, и Грег, мой босс, хотел, чтобы «она дошла».

— Надо, чтобы тема дошла, — внушал мне Грег по телефону. — Если женщины не попробуют духи, они не узнают, нравятся они им или нет. Так что твоя главная задача — увлечь их темой духов.

Если честно, то единственные, кто «увлекся темой», были этот извращенец Грег и еще большая извращенка певица Эсперанса, которая, по слухам, жила с двумя сибирскими белыми тиграми в двуспальной квартире где-то на окраине города. Странная выходила математика: две спальни — и два тигра? Видимо, тиграм приходилось делить спальню на двоих. Вот вам задачка: квартирный вопрос в Нью-Йорке.

В «Вашингтон пост» я прочитала, что Эсперанса вылизывала их шкуру, как тигрица-мать, а правление кооператива хотело ее выселить, потому что вся квартира пропахла тигриной мочой. Еще они писали, что представители Ассоциации защитников домашних животных подкарауливали ее в Центральном парке, чтобы облить «кровью», то есть красной краской, и что она бросила учебу в Университете Джона Брауна и умолчала об этом в анкете, которую подавала на молодежный конкурс «Главная хулиганка Америки».

Все, что я прочитала о моей работодательнице, возмущало меня до глубины души, но факт оставался фактом: она была богата и знаменита, а я никто и ничто, попирающее мраморные полы магазина «Бон Ни» в попытке преодолеть свои финансовые затруднения и вернуть богатство. Где справедливость в этом мире?

Впрочем, богатство было весьма отдаленной перспективой, а пока попирание мраморных полов наносило непоправимый ущерб моим сандалиям «Дольче и Габбана» и моим нежным ножкам. Как раз вчера Сэки делала мне педикюр в салоне «Армидж» и обнаружила трещинку на моей левой пятке.

— Ай-ай-ай! — воскликнула она, показывая мне пятку.

Мне пришлось, скрывая ужас, попросить компресс с горячим воском. Сэки сделала все, что могла, но все удовольствие от салона было испорчено. Трещина на пятке, как у старушки! Я вас умоляю!

— «Эсперанса»! — прошептала я, протягивая флакон проходящей мимо престарелой блондинке с синими тенями на веках. — Не хотите попробовать духи «Эсперанса»?

— Пожалуй, — неуверенно произнесла она.

Я опрыскала ей запястье из флакончика в форме тигра. Она осторожно нюхнула, отвернулась и поспешила дальше.

— Есть еще туалетная вода и одеколон «Эсперанса», — крикнула я ей вслед. Может, она еще вернется потом. Может, вернется и купит два флакончика — для себя и в подарок.

— «Эсперанса»! — шипела я, напоминая сама себе змею.

Я шагнула навстречу проходившей мимо девушке, но она ускорила шаг, обходя меня. Торопится, наверное, подумала я, но она повернула назад.

Повернула назад и снова обошла меня.

Повернула назад, чтобы понюхать пробник «Вечная страсть» у стойки напротив.

Кого я обманываю?

Работа вызывала у меня отвращение, и я прекрасно сознавала это. От нее болели ноги, а получила я за первую полную рабочую неделю всего триста тридцать долларов, за вычетом налогов, и вообще весь этот торговый прием «понюхай и купи» устарел еще десять лет назад. Теперь любая уважающая себя женщина не выходит из дома, не подушившись любимыми духами, и никто не станет смешивать духи, разве что если вам достанется столик возле мужского туалета в ресторане «Нобу». Понятно, что женщины, пробующие духи в парфюмерном магазине, — это в основном новички, туристы в мире парфюмерии: они с удовольствием приходят и торопятся уйти, пока не кончилась виза. Если турист может получить что-то бесплатно, зачем платить?