Мой жаркий Марокканский роман (СИ) - Волкова Ольга

Шанталь так резко соскочила с лавочки, что я подпрыгнула от испуга. Не совсем понимая, что происходит, будто в замедленной съемке, перед моим взором оказался Амир. Хмурый и уставший. Так быстро? Ведь уехал чуть больше двух-трех часов назад… ничего не понимая, я встала, выронив из рук миску. Несколько персиков покатились по земле, а сама чаша с глухим стуком разбилась напополам.

— Прошу прощения, — Шанталь испуганно склонила голову, а затем дала деру, оставляя меня наедине с Амиром. Знаю, сейчас мне попадет за самовольство.

Мой незнакомец обошел фонтан, но при этом не сводил с меня своих черных глаз. При приближении, я ощутила по телу нарастающее тепло. Внешний жар был абсолютно несопоставим с тем, который разрывал меня изнутри – я пылала. Увидев Амира, я забыла обо всем, ведь кроме него мне никто не был нужен.

— Ты же уехал…, — прошептала одними губами, едва дыша. Глаза в глаза, и вот Амир обнимает меня, притягивая к себе вплотную. Темные круги под глазами, тучный взгляд, стиснутые зубы, на скулах вибрировали желваки. Он пристально и молча сканировал мое выражение лица, будто мог прочитать что-то важное и нужное прямо сейчас.

— Скажи, что любишь меня, — хрипло обрушил на меня свои мысли. В его словах я слышала не приказ, не просьбу, а необходимость. Он желал знать, что не безразличен моему сердцу.

Обив его крепкую шею одной рукой, другой я провела ладонью по его щеке, чувствуя колкость кожей. Между нами была невероятная сила магнетизма, как плюс и минус сошлись в своих полюсах, и теперь никто не мог нарушить баланс.

— Если я потребую от тебя того же, каким будет твой ответ? — с опаской задала вопрос, на который боялась получить отказ. Я сомневалась в себе, в своей значимости для Амира, и мне боязно, что может я для него всего лишь временное развлечение. Мужчина еще крепче обнял меня, целуя в шею и плечо. Его нежность с сочетанием горечи резали мое беспокойное сердце на части.

— Люблю… — единственное слово, прозвучавшее в саду стало для меня смыслом жизни. — Полина, я люблю тебя, — еще более отчетливее произнес Амир, отстраняясь. Убирая с моего лица волосок, он глядел только в глаза, не скрывая и не лукавя. — Я не хочу давить на тебя. Но попрошу лишь об одном, — рвано задышав, Амир соприкоснулся лбом с моим, теперь мы делили горячий воздух на двоих. — Что бы не происходило… что бы не случилось, Полина, пообещай, ты придешь ко мне за объяснениями. Не станешь делать поспешные выводы.

Я нахмурилась. Мне не понравился его настрой, и тем более сказанное. Так говорят, когда знают, к чему нужно быть готовым.

— Что с твоим отцом, Амир? Я узнала от твоих придворных, и то, вскользь, что его без сознания выволокли на носилках из твоего кабинета, — на нервной почве, я вновь почувствовала легкий озноб. Амир напрягся. Даже голос предательски дрогнул, выдавая мое внутреннее переживание.

— Отец в коме, — грустно произнес Амир, — мне не разрешили остаться с ним в палате. И, — его голос надломился, — я просто хотел быть рядом с тобой.

— Ох, Амир, — я крепко обняла мужчину. — Мне очень жаль…

Мы стояли в обнимку в вечерней тишине, хотя вокруг нас было столько звуков. Амир молчал, только наши дыхания в унисон создавали свою музыку. Когда мы оказались в доме, держась рука об руку, я знала, что никто не посмеет разрывать наше время с Амиром. Кажется дом опустел, словно по приказу все испарились в воздухе.

— Полина, — Амир остановился у входа в его спальню, переплетая пальцы наших сцепленных в замок рук, — я хочу провести с тобой ночь.

— Хорошо, — кивнула в ответ, ведь я сама желала этого больше всего. Отдаться его силе, его любви. Быть им любимой.

Закрыв двери на защелку, Амир резко притянул меня к себе и впился в губы с поцелуем. Страсть затуманила наши разумы, и теперь ничего не имело значения. Раздеваясь на ходу, мы помогали друг другу, срывая с тел лишнюю преграду. Сильные ладони Амира сжимали плоть на моей талии, гранича с болью и удовольствием. Я тоже не щадила его в ласках, а царапала ногтями затылок, шею, плечи и, наконец, провела две параллельных дорожки по бокам спины. Мужчина застонал прямо мне в рот. Кожа Амира покрылась воспаленной мелкой сыпью, и поглаживая ее, я словно залечивала образовавшиеся раны от своих ногтей. Амир прорычал, наступая…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты нужна мне, — разрывая поцелуй, произнес он. Я почувствовала бедром край кровати. Стоя полностью обнаженной перед Амиром, я пылала от его голодного взгляда, и мне хотелось самой скорее испить любви, утолить жажду им самим. Мужчина прикоснулся к моей груди, а потом наклонился и вобрал в рот возбудившийся сосок. Посасывая его, на другой груди он повторял движения массажем. Я ахнула, почувствовал, как начал пульсировать клитор. Схватившись за его плечи, старалась удержаться на ногах.

— Амир…, — запрокинув голову, я закрыла глаза.

— Моя, — зарычал он, опускаясь еще ниже. Встав на колени рядом со мной, Амир крепко вжал обе свои руки в мои ягодицы, а затем поцеловал в лобок. — Закинь ножку мне за плечо, — скомандовал мужчина, и сам уже все проделал за меня. Крепче ухватившись за плечи Амира, я стояла на одной ноге и смотрела вниз. Снова его коварный и голодный черный взгляд пронзил мою душу насквозь, а потом Амир принялся целовать меня там. Он буквально вытягивал из меня душу, соблазняя до одури. Искушая на самые отчаянные поступки. Я хотела большего, гораздо больше, и он мог мне это дать. Как только в комнате раздался первый крик моего удовольствия, мужчина быстро поднялся с колен и повалил меня на кровать. Нависая надо мной и прижимая своим жарким телом, я почувствовала его возбуждённый член, касающийся моего естества. Поддавшись бедрами вперед, я безмолвно просила не медлить.

— Люби меня, Амир, пожалуйста, — взмолилась, вжимая свои пальцы в его спину. Обхватив ногами талию Амира, я уже сама ощутила, как его плоть входила в меня. Поддавшись одним резким толчком, мой король вновь овладел мной. — А-а-а, — застонала, теперь все ощущения были совершенно иными: я чувствовала его пульсацию, наполненность и целостность.

Двигаясь неторопливыми толчками, Амир целовал меня, и я отвечала взаимностью. Когда воздуха совсем не оставалось в легких, наше соитие было более интенсивным. Меняя позу одну за другой, мы никак не могли насытиться друг другом. Наши тела покрылись легкой испариной, мы были одержимы. В комнате пахло сексом и любовью, и это еще больше сводило с ума. Обезумев, Амир наращивал темп, и пару раз резко обрывал, доведя меня до криков отчаяния и потребности в разрядке. Сил совсем не оставалось, потому что я все отдавала ему в его руки. Мои душа, сердце и любовь к мужчине сокрушили меня, молчать не было смысла:

— Я люблю тебя, — прокричала я, когда Амир резко вошел в меня и кончил. Обняв мужчину, поняла, как сильно привязалась к нему.

— Полина, — Амир слегка приподнялся, он все еще пульсировал во мне, — твои глаза давно мне об этом сказали, — хриплым голосом проговорил, целуя в губы. Обессилено, рухнув рядом со мной, он накрыл нас обоих простынею.

— Амир, я сказала правду, — прошептала, — только не делай мне больно. Этого я боюсь больше всего.

Мой незнакомец притянул меня к себе, и мы оба погрузились в сон. Я знала, что стала сейчас отвлечением от проблем. Знала, что была нужна Амиру, и помогла вновь оказаться в той мнимой свободе. Но, главное, я произнесла то, что чувствовала к нему своим сердцем.

Глава 26

Амир Хан

Весь мир перед ногами положен, а главное ускользает из-под носа. Обнимая Полину, я понял, почему мой младший брат так поступил с отцом – и я бы это сделал, но… чертовы правила и трон. Я не мог так просто лишить династию, прервать ее из-за прихоти. Отдавая отчет в здравом уме, сердце обливалось жгучей кровью.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Аккуратно поднявшись с постели, я накрыл девушку, сладко спящую после бурного занятия любовью. Погладив ее по обнаженному плечу, ощутил мелкую дрожь. Даже во сне Полина была моей, и знала – я рядом. На моем рабочем столе стоял ее открытый ноутбук. Мне стало любопытно, как продвигается творчество Стасиной, ведь Тахир уже подал заявку за нее на участие в международном конкурсе. Мужчина не понимал меня и моего поступка. Я не смел лишать Полину возможностей, из-за которых, собственно, она приехала сюда. Вспоминая тот вечер, казалось, словно вечность прошла с тех самых пор.