Оставить в прошлом (ЛП) - Уильямс Уитни Грация

— Я должен спросить у тебя кое-что, — произнес я, взяв ее руку в свою.

— Что угодно.

— Почему ты перестала отвечать на мои звонки много лет назад? Мне казалось, мы были друзьями, а затем ты уехала в колледж и просто перестала отвечать на мои звонки.

— Потому что ты перестал быть хорошим другом, — тихо ответила она. — И я была зла на тебя.

— Из-за чего?

— Из-за того, что ты не был хорошим другом.

Я удивленно поднял бровь.

— Я что-то сделал? Сказал?

— И то, и другое. — Она пожала плечами. — Я была довольно наивна тогда, потому что полагала, что нравилась тебе, когда была старшеклассницей. Больше чем просто подруга.

— Когда тебе было восемнадцать?

Она кивнула.

— Да. Но я всегда забывала, несмотря на то, что между нами была разница всего в пару лет, Джонатан был старше тебя, и ты всегда тусовался с его друзьями, так как вы были одного с ним поля ягоды. А затем ты посмеялся надо мной, когда я сказала тебе, что ты нравишься мне…

— Хейли, ты никогда не говорила мне, что я нравлюсь тебе, до того раза, когда я отвел тебя в твой номер, после вечеринки на крыше.

— Что?

— Вечеринка на крыше, — ответил я. — Ночь, когда я отвел тебя в твой номер. Помнишь?

Она сделала глоток вина и улыбнулась.

— Не думаю, что воспоминания когда-нибудь вернутся ко мне. Я не помню.

— В таком случае поверь мне на слово. — Я ласково погладил ее руку. — Я не знал.

— Ты знал, — она сузила свой взгляд на мне. — И ты смеялся.

— Ладно, Хейли. — Я не хотел спорить. — Поверю тебе на слово, если ты поверишь мне.

— Ладно. — Она встала, подошла ко мне и села ко мне на колени. — Мне плевать на наши тайные свидания, но я понимаю твои чувства по этому поводу.

— Уверена?

— Ага.

Она поцеловала меня.

— Однажды я чувствовала то же самое. Больно хранить секреты от лучшего друга.

— Это так.

— Знаешь, что еще причиняет боль?

— Что?

— Свидание со своим парнем, когда он думает о твоем брате. Черт, готова поспорить, он должно быть в течение дня думает о моем брате больше, чем обо мне.

— Он определенно этого не делает.

Я поцеловал ее в губы, прежде чем нежно снять с колен. Затем встал, подошел к двери и запер ее.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь показать тебе, о ком и о чем я думаю целый день.

Я схватил Хейли за руку и потянул к окну. Не дав ей возможность задать вопросы, развернул ее лицом к океану и задрал подол платья.

Раздвинув ноги Хейли, я сорвал с нее трусики и позволил им упасть на пол.

— Мистер Уолтерс, можно подавать первое блюдо? — кто-то постучал в дверь.

Проигнорировав вопрос, я шлепнул Хейли по заднице, а потом еще раз и еще раз, издавая стон каждый раз, когда она хрипло вздыхала. Я расположил ее так, чтобы она слегка наклонилась, а затем перекинул ее волосы через плечо.

— Упрись руками в стекло, — прошептал я ей на ухо, и она медленно подчинилась, позволив пальцам коснуться стекла.

— Только не прямо здесь. Подними их выше, чтобы я мог лучше трахнуть тебя.

Она кивнула и подняла руки выше, громко застонав, когда я укусил ее за шею.

Я провел рукой между ее ног, улыбаясь от того, какой мокрой она была для меня.

— Ты всегда такая чертовски мокрая для меня…

Расстегнув штаны, я надел презерватив и резко вошел, сжав ее бедра.

— А-а-а, Кори…

Она убрала руки со стекла, и я шлепнул ее по заднице.

— Верни руки обратно. Сейчас.

— А-а-а.

Она вновь застонала и вернула руки на место.

Я крепко сжал ее талию, безжалостно вдалбливаясь в нее, а она с каждым толчком все громче и громче выкрикивала мое имя.

Скользнув левой рукой по ее животу и поднявшись к груди, я обхватил ее и подразнил соски — нежно сжимая их, чтобы приблизить ее к грани.

Двигая бедрами, она пыталась контролировать темп нашего секса, но я шлепал ее по заднице до тех пор, пока она не вошла со мной в один ритм.

— Кори…— она резко выдохнула. — Кори…

Я не ответил. Еще сильнее вошел в нее, не обращая внимания на второй раунд стуков в дверь.

— Кори, я сейчас…

Ее руки соскользнули со стекла, а ее киска запульсировала вокруг моего члена, когда Хейли начала медленно падать вперед.

Ее тело затряслось подо мной, и я держал ее, чтобы она не упала на пол, целуя в затылок, поскольку мой собственный оргазм наступил лишь через несколько секунд.

— Блядь, Хейли…

Я обнял ее еще крепче, и тело девушки полностью обмякло под моим.

Медленно выйдя из Хейли, я на руках отнес ее обратно к нашему столику, использовав одну из шелковых салфеток, чтобы вытереть между ее бедер.

— Я думаю о тебе весь день, Хейли, — произнес я, целуя ее в губы. — Всякое дерьмо появляется в моих мыслях, но не так часто, как ты.

Она все еще пыталась перевести дыхание, но в итоге ей удалось лишь прошептать:

— Я верю тебе.

Я опустил ее платье и пригладил волосы, не сводя с нее глаз, пока ее дыхание не нормализовалось. Затем выбросил презерватив и поправил одежду.

Подойдя к двери, я начал было отпирать ее, но внезапно Хейли оказалась за спиной и схватила меня за руку.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Нет, — улыбаясь, ответила она. — Но не мог бы ты еще раз показать мне, что весь день думаешь обо мне, прежде чем мы начнем ужинать?

Я улыбнулся.

— Упрись руками в стекло еще раз.

Хейли: Сегодня

(Наши дни)

Сан-Франциско, Калифорния

— Покажи мне браслет с другой стороны, Хейлз! — практически кричала через видеочат Келли.

Я улыбнулась и подняла сверкающий бриллиантовый браслет с подвесками, который доставили в мой офис полчаса назад. На бирке было указано мое имя и подпись «Моей Бро», точно так же, как и утренний букет желтых тюльпанов.

На браслете висели пять подвесок-шармов: чашечка кофе из розовых бриллиантов, сверкающий серебряный самолет, белая оконная рама, хрустальная булочка с корицей и моя самая любимая — красные бриллиантовые буквы из игры «Эрудит», складывающиеся в «Мой Бро».

Келли покраснела, осматривая украшение, но открывшаяся дверь помешала нам обсудить каждую из подвесок.

— Добрый день, Хейли.

Улыбаясь, вошел Джонатан, держа в руках букет красных цветов.

— Келли, я перезвоню. — Я положила трубку. — Добрый день, мистер Стэтхем.

Он засмеялся и поставил цветы на стол.

— Следует ли понимать, что эти цветы от твоего тайного парня?

— Нет, — честно ответила я. — Это от мамы.

Я сорвала бирку со стеблей и показала ему. Ее сегодняшнее сообщение было новым, просто «Я люблю тебя, Хейли. Я буду рядом, когда ты будешь готова. (Лишь прошу пять минут твоего внимания). Мама».

Он кивнул и оглянулся, обратив внимание на другие цветы, стоящие на журнальном столике, книжной полке и туалетном столике.

— И эти тоже от нее?

— Некоторые, — призналась я.

Я перестала резать цветы с момента нашей поездки в Анкоридж и была в некотором роде благодарна, что она не перестала их отправлять. Казалось, что она действительно пыталась поговорить со мной в этот раз.

Он поднял упаковку браслета и удивленно нахмурился.

— Мой закадычный друг?

— Это личное.

Он взглянул на меня, сузив глаза.

— Ты знала, что сегодня утром прошли две встречи с властями Мемфиса? Встречи, на которых ты должна была присутствовать от моего имени?

— Они были сегодня? — я открыла на экране календарь, надеясь, что Джонатан просто перепутал дни, но он оказался прав. Встречи прошли четыре часа назад.

— Джонатан, мне очень жаль.

Он кивнул.

— Уверен. Можешь, пожалуйста, до конца этой недели вести себя так, будто тебе не наплевать?

— Обязательно, обещаю.

— Хорошо. — Он подошел к двери, а затем оглянулся через плечо. — Если бы я познакомился с этим парнем, он бы понравился мне?