Элизабет Винфри - Больше, чем друг

— Ты просто ревнуешь, потому что Делия никогда не станет встречаться с таким жалким типом, как ты, — со злостью проговорил я.

— Делия проиграла, — гнул свое Джош. — Спроси кого хочешь.

Ребекке вздумалось внести свою лепту.

— Он прав, Кейн. Все знают, что Делия… как бы это сказать… немного странная.

— Благодарю за твое мнение, Ребекка. Но я разговариваю с Джошем.

— Хочешь подраться, Парсон? — спросил Джош. приблизив морду чуть ли не к самому моему носу.

— Много чести, — ответил я.

Я заметил, что Патрик и Барт подкатили к нам и с любопытством переглядываются.

Пока я отвлекся, Джош воспользовался ситуацией. Неожиданно его кулак заехал мне прямо в челюсть. Я отлетел назад и со стоном приземлился на задницу.

— Делия — самая классная девушка из всех, кого я знаю, — закричал я. — Да ни одна девчонка ей и в подметки не годится.

Пока я пытался подняться на ноги, Джош снова сделал выпад. Но прежде, чем он успел ударить меня еще раз, Патрик и Барт схватили его. Они оттащили его на несколько футов, не выпуская из рук.

— Я думаю, катание на сегодня закончено, — сказал Барт, и они с Патриком поволокли Джоша со льда.

Я был в бешенстве. Оторвав наконец взгляд от Джоша, я увидел, что Ребекка сердито смотрит на меня, прикрыв рукой губы.

— Если тебе так нравится Делия, то почему бы тебе не встречаться ней? — пронзительно крикнула она. — Вы друг друга стоите.

Я потрясенно уставился на нее, не в силах произнести ни слова.

Поскольку я промолчал, она холодно улыбнулась:

— Между нами все кончено.

Я следил за тем, как она скользит прочь, чувствуя себя, словно только что лопнувший воздушный шарик. Добравшись до края пруда, Ребекка развязала коньки и побежала к парковке.

— Джош, подожди! — донесся до меня ее голос. И она скрылась из виду.

Я был так измучен, что вновь опустился на лед, не в состоянии пошевелиться. Мне было очень больно, что Ребекка порвала со мной, но в глубине души я понимал, что наши отношения обречены. У нее всегда было больше общего с Керри и Амандой, чем я хотел себе признаться, и теперь я, наконец, увидел, насколько она на самом деле оказалась несерьезна.

Холодный ветер свистел у меня в ушах. Но, несмотря на это, вечер был тихий. Вот и завершились праздничные дни — а с ними вместе и наши отношения с Ребеккой Фостер.

Я оглядел опустевший пруд и покачал головой.

— Полагаю, это означает, что я проиграл пари, — вслух произнес я.

Глава 13

ДЕЛИЯ

Когда в понедельник утром мы с Эллен пришли на писательское творчество, меня слегка подташнивало, ладони вспотели. С того вечера в День Благодарения мы с Джеймсом ни разу не разговаривали, и все воскресенье я провела, придумывая всевозможные объяснения, почему он мог мне не позвонить. Прежде всего, в городе были его бабушка и дедушка. К тому же, я знала, что «Радиоволны» пригласили в скором времени выступать в местном колледже, и, вероятно, они репетировали каждый день. Я даже приняла во внимание снегопад, который был в четверг вечером, — может, Джеймс полпятницы расчищал подъездную аллею к дому.

Так или иначе, руки тряслись при одной мысли о том, что я его увижу. Я была настроена пессимистично, как никогда, и даже ожидала различить на нем какой-нибудь признак, который бы мне выдал: «Я провел праздник с Таней Рид».

— Я уверена, что он просто был занят, — успокаивала меня Эллен. — Таня Рид ничто по сравнению с тобой. Одна сплошная форма и никакого содержания.

— Ну, теперь мне намного лучше, — насмешливо проговорила я. — Всем известно, что семнадцатилетние парни предпочитают форму содержанию. Ты как с Луны свалилась.

Эллен пожала плечами.

— По крайней мере, я смотрю на это оптимистически.

— Нет тут ничего оптимистического, — мрачно ответила я.

Когда мы с Эллен сели, Джеймс еще не появлялся. Мисс Хейнссон попросила показать домашнее задание — короткий рассказ. Я открыла тетрадь, кося одним глазом на дверь.

— Ты о чем написала? — спросила Эллен, заглядывая ко мне в тетрадь.

— Ни о чем. Так, всякие глупости, — быстро сказала я.

Мой рассказ был о парне и девчонке, которые были лучшими друзьями. Однажды вечером они сидели у огня, обстановка была очень романтичная, и они поцеловались. И это чуть не погубило их дружбу. В конце они помирились. Сюжет был не особенно оригинален, но все говорят, что когда пишешь, становится легче. Я решила все, что случилось у нас с Кейном, изложить на бумаге — для меня это будет хорошая терапия. Странно, но ведь и впрямь помогло.

Я повернулась к Эллен.

— А ты?

— У меня тоже ерунда, — ответила она.

Я сунула нос в листы бумаги, которые держала Эллен. Название вверху первой страницы она написала заглавными буквами: «ПОМОГИТЕ! Я ПОТЕРЯЛА ГОЛОВУ ОТ ЛУЧШЕГО ДРУГА СВОЕЙ ЛУЧШЕЙ ПОДРУГИ!» Из этого заголовка было ясно, о чем ее рассказ. Будь мисс Хейнссон недогадливее, она бы, наверняка, заметила поразительное сходство между мужскими персонажами наших историй. Я вздохнула. Похоже, и понедельник не подает особых надежд.

Через пять минут после звонка в класс вошел Джеймс. Он виновато улыбнулся учительнице и тихонько сел на стул рядом с дверью. Я старалась поймать его взгляд, но он уткнулся в стопку листков с заданиями, которые мисс Хейнссон положила на парту.

Следующие пятнадцать минут я заставляла себя не смотреть в тот угол, где сидел Джеймс. Если он собирается делать вид, что не знает меня, то я не стала пялиться на него через весь кабинет глазами самки, «Все кончено», — повторяла я про себя снова и снова. Он все еще влюблен в Таню.

Когда Эллен слегка толкнула меня в плечо, я чуть не подпрыгнула на стуле. Она передала мне сложенную записку и мотнула головой в сторону Джеймса.

Пульс забился часто-часто. Я развернула послание. «Делия, давай встретимся после школы. Люблю. Джеймс».

Я подняла глаза и увидела, что он смотрит на меня. Я кивнула и улыбнулась, затем вновь перевела взгляд на преподавателя. Сердце ликовало. Может быть, у него действительно была серьезная причина не звонить мне. Но теперь у меня уже была надежда на лучшее.

— Я не могу с тобой долго разговаривать, — сказала я, захлопывая пассажирскую дверцу его джипа. — Через полчаса мне нужно быть у Нины Джонсон.

В черной водолазке и выцветших голубых джинсах Джеймс, как всегда, был просто красавец. Глаза его блестели, почти сверкали. «Он счастлив видеть меля!» — обрадовалась я. От удовольствия у меня вдоль позвоночника забегали мурашки. В конце концов, все возвращается в нормальное состояние.

— Прости. Я не позвонил тебе в выходные, — тихо произнес он.