Эмили Магуайр - Приручение зверя. Новая Лолита

Сара сохраняла невозмутимое выражение лица. Она раздумывала, сколько времени ей понадобится, чтобы собрать достаточно денег и исчезнуть. Вероятно, это займет недолго, если удастся что-нибудь придумать. Она может поехать в Лондон, или во Францию, или Новую Зеландию. Куда угодно, только бы там никто ее не знал.

— Почему ты больше не видишься с твоей мамой?

Она улыбнулась его отражению.

— Мне нравится твоя рубашка. Голубой — твой цвет.

— Мне показалось, что она очень милая. Она о тебе спрашивала.

— Тебе надо чаще носить голубое, этот цвет так чудесно сочетается с твоими глазами.

— Она немного похожа на тебя. У тебя ее глаза и подбородок Нос, наверно, достался тебе от папы. Мне не удалось с ним познакомиться. Кажется, он работал.

— Это Джесс тебе ее купила? У нее хороший вкус в одежде, уж этого у нее не отнимешь.

— Наверно, он настоящий трудоголик. Представляешь, уйти на работу в Рождество! Он бухгалтер или что-то в этом роде?

— Актуарий. Насколько я знаю, он не взял ни одного выходного в своей жизни. Может оыть, в день собственной свадьбы, но я не уверена. — Сара отстранилась от Майка. — Если я когда-нибудь узнаю, что ты разговаривал обо мне с моими родителями, это будет конец. Не только нашей грязной любовной истории, но вообще всяким отношениям между нами.

Майк потянулся к ней.

— Сара, они ведь твои родители, ты...

— Хватит! — Сара несколько раз глубоко вздохнула; протянула руки перед собой, ладонями вперед. — Если ты вообще хочешь когда-нибудь еще со мной разговаривать, ты заткнешься на эту тему немедленно.

— О господи, Сара, успокойся. Прости меня. Иди сюда. — На лице Майка было раскаяние, и Сара позволила ему обнять себя.

— Мне просто было любопытно, — прошептал он ей на ухо. — Джесс сказала, что они тебя выгнали из-за какого-то скандала? Из-за чего-то, связанного с сексом? Я подумал, что, возможно, достаточно времени прошло. Может быть, вам как-нибудь удастся помириться?

Сара вжалась головой в его плечо, цепляясь за его тело. Из-за прилива адреналина и резкого напряжения мышц кровь отлила от ее головы, и она испугалась, что упадет в обморок. Он неправильно истолковал ее напряжение и стал гладить ее по голове. «Все нормально, — говорил он. — Все будет хорошо, моя маленькая». Снова и снова он говорил это, в то время как Сара молча кипела от ярости и старалась собраться с силами настолько, чтобы устоять без посторонней помощи.

Наконец ее пульс замедлился, приближаясь к нормальному.

— Ты ничего не знаешь обо мне, — сказала она, медленно отступая назад.

— Сара? — Он протянул к ней руку. Она отпрыгнула, держа ладони перед собой.

— Не прикасайся ко мне. Больше никогда.

Его ладони взлетели к голове. Он таращился на нее несколько секунд, уронил руки, потянулся, было, к ней, потом снова стал перебирать волосы пальцами.

— Сара, я...

Она заставила его замолчать одним движением руки и вышла из комнаты с высоко поднятой головой. Она не заплачет. Это недостойно ее.

Джейми увидел, как Сара и Майк скрылись вместе, а двадцать две минуты спустя он увидел, как Сара подошла к высокому чернокожему мужчине с бритой головой и прижалась к нему всем своим бесстыдным вертлявым телом. Через три минуты они уже целовались, прижавшись к забору. Джейми надеялся, что это зрелище придаст ему мужества, что вид ее, бросающейся на первого встречного, поможет ему ожесточиться. Он напомнил себе, что он в гораздо лучшем положении теперь, когда знает, что она воспринимает его всего-навсего как очередной одноразовый член в нескончаемой череде одноразовых членов.

Было так больно, что хотелось вырвать это чертово сердце из грудной клетки.

Но это было хорошо. Сара значит боль; Шелли значит утешение. Пока он будет помнить это, он сможет держаться подальше от нее и сосредоточиться на том, чтобы стать именно таким отцом, какого заслуживал его ребенок А ведь его ребенок действительно заслуживал хорошего отца — как каждый ребенок. Сара — яркий пример того, насколько может испортиться человек, у которого дерьмовые родители.

— Джейми, можно тебя на минутку, — Майк хлопнул его по спине.

Джейми посмотрел на Майка, на его потное лицо и всклокоченные волосы и быстро отвернулся.

— Что такое?

— Сара вроде бы всерьез со мной рассорилась.

— Почему? — спросил Джейми, стараясь не вспоминать о непристойном представлении у забора.

— Будь я проклят, если понимаю. Типичная безголовая женщина. Может, у нее скоро месячные.

— У Сары не бывает месячных. — Когда эти слова вырвались, он понял, насколько по-дурацки они прозвучали. И разумеется, Майк вытаращился на него так, как будто он вдруг заговорил по-гречески. Джейми подумал, что в таком случае лучше объяснить все до конца.

— Она специально принимает противозачаточные таблетки без перерыва. Она считает, что глупо терять пять дней в месяц, чувствуя себя полной развалиной.

Майк скривился и потряс головой.

— Я, конечно, знал, что вы дружите, но представления не имел, что разговариваете о таких вещах. Какая мерзость.

— Короче, смысл в том, что расстроило ее не это, понятно? — Джейми не придавал особого значения тому, что о нем подумает Майк. Сара собиралась уйти вместе со своим новым другом, а Джейми даже не успел поздравить ее с днем рождения. Он не пропустил ни одного ее дня рождения с тех пор, как, когда ей исполнилось тринадцать, он подарил ей книгу о средневековой Европе, и она впервые поцеловала его в щеку.

— Раз уж ты знаешь о ее жизни все до малейших подробностей, может, хоть намекнешь мне, какая муха ее укусила.

Джейми вздохнул. Просто Сара страдала каким-то душевным расстройством, не позволяющим ей быть счастливой, не причиняя боли и страданий себе и всем окружающим.

— А что случилось? — спросил он, зная, что пожалеет об этом вопросе.

— Я просто хотел поговорить с ней о том, почему она больше не видится с родителями, а она распсиховалась и выскочила из комнаты.

Джейми насторожился.

— Что ты ей сказал?

Майк вздернул подбородок с вызывающим видом:

— Сказал ей, что глупо держать зло на своих родных за то, что ее выгнали из-за того, что она потрахалась с парой мужиков.

— Блин, Майк. Ты так ей и сказал?

— Не совсем так, — Майк пнул ногой газон. — Я пытался говорить вежливо.

— Даже если так, все-таки зря ты это сказал. Правда, зря.

— Ну и что теперь? Почему она не хочет с ними видеться?

— Это дело Сары. Если бы она хотела тебе сказать, она бы сказала. — Джейми был рад благородному предлогу промолчать. Не такая это была история, чтобы ее хотелось все время пересказывать.