Рейчел Джонсон - Ноттинг-Хелл

— И когда он заткнется? — пробормотал Ральф.

— И наконец, хочу заранее напомнить, что нам также потребуется помощь с проведением ночи Гая Фокса. Это значит, что ты, Ральф, поможешь составить схему расположения костров. Не стоит и напоминать, насколько важно, чтобы наш праздник был намного лучше, чем в Монпелье-гарден. Думаю, я не преувеличу, сказав, что вклад каждого дома будет не менее чем семьдесят пять фунтов.

Патрик продолжил:

— Может быть, вам нужно время передохнуть? Остались еще пирожки и очень калорийные палочки сельдерея.

Все зашумели, половина участников поднялась на ноги, но Патрик помахал листками с речью, чтобы призвать к порядку.

— Да, извините, не могли бы вы сесть — я забыл еще кое-что! — крикнул он. — Не знаю, слышали вы или нет, но Вуди Аллен обратился к семейству Додд-Ноублов за разрешением снять сцену для нового фильма с той блондинистой девахой, как там ее зовут (несколько человек выкрикнули «Скарлетт Йохансон»), в саду.

Патрик повернулся к Триш, которая изо всех сил старалась скрыть свое возбуждение.

— Да, Патрик прав. Пару недель назад Вуди пришел на чашку чая, — сказала она с очевидным восторгом. — Он был очень мил, и я показала ему наш сад. — Триш замолчала, давая нам время представить себе ее тет-а-тет с легендарным режиссером и пересмотреть отношение к ней. — Ему все очень понравилось. И потом, разумеется, я позвонила Патрику, чтобы узнать, может ли Вуди снять сцену в саду, — продолжила она. — Я не была уверена.

— Думаю, мы все согласимся, что нельзя позволять кинокамерам вторгаться в нашу частную жизнь и делать существование жильцов невыносимым. Мы не собираемся спотыкаться о кабели, терпеть шумиху и мелькание старлеток. Мы отказали Ричарду Кертису[44], когда он снимал Тот Самый Фильм (именно так мы называем «Ноттинг-Хилл»), и мы скажем «нет» Вуди Аллену.

— Я так и думала, — произнесла Триш бесцветным голосом, скрывая разочарование.

— Значит, вопрос решен, — сказал председатель, открывая папку. — Не о чем и говорить.

Послышался шепот о том, как Патрик прав, не позволяя камерам и голливудскому сброду нарушать наш покой.

— Идем дальше. Последний вопрос — у нас есть копии планов, — Патрик притворился, что читает заметки, — от Эйвери.

Все на собрании прислушались. Я почувствовала, как Эйвери впереди меня и Лакосты напряглись, все взгляды обратились на них и потом в сторону.

Патрик объяснил, что Эйвери собираются перестроить гараж, низкое здание, которое находится, если представить себе сад как прямоугольник, ниже верхнего правого угла рядом с дорогой, которая называется Лонсдейл-райз, и связывает длинные стороны Солвилль-крессент и Лонсдейл-гарденс.

Он сказал, что детальные планы доступны для проверки в муниципалитете, но если кто-то из членов комитета хочет с ними ознакомиться, у него как у председателя собрания есть фотокопии — где-то здесь. Он так думает. Патрик добавил, что разрешение на перестройку уже выдано, но Эйвери в качестве жеста доброй воли говорят об этом уже сейчас, хотя решение было принято надлежащими органами, и так далее.

При этих словах я почувствовала, как волоски поднимаются на моей шее. Прежде чем я смогла сдержаться, я подняла руку.

— Патрик, если не возражаешь, не мог бы ты объяснить, почему дело такой важности для всего сада не всплыло раньше, особенно если учесть, что, по твоим словам, возражать уже поздно? — спросила я. — Я хочу сказать, гараж Эйвери находится в общем саду.

Патрик пожал плечами.

— Единственное, что я могу предположить, — это то, что заинтересованные лица были проинформированы напрямую, но необходимого числа возражений не набралось, — сказал он.

Боб Эйвери встал со стула.

— Дело только в размере строения, председатель, — сказал он с сильным бостонским акцентом. — Были разосланы письма соседям по обе стороны, всем, кто имеет прямой обзор на нашу собственность, но нам с женой повезло получить согласие на перепланировку, и мы намерены начать работы этим летом, когда большинство из вас разъедется, так что шум никому не помешает.

— Отличное предположение, — громко произнес Ральф. Он с Мими входит в число немногих жильцов, у которых нет второго дома в английской глубинке и третьего дома за границей.

На этом все и кончилось. Патрик не сказал больше ни слова, мы немного постояли и разошлись.

Возвращаясь домой с Ральфом и Мими, я позволила себе выпустить пар.

— Не могу поверить, что больше никто не чует предательства, а мы узнаем об этом, только когда разрешение на строительство уже будет выдано, — возмущалась я. — Я знаю, как делаются подобные дела. У нас нет ни малейшего шанса все прекратить. Откуда нам знать, что Эйвери не планируют построить в общем саду какую-нибудь махину, где Боб сможет спокойно услаждать Вирджинию? Знаю я этих американцев. Если они говорят, что владеют домиком в Кейпе, это значит, что в их имении на пирсе не меньше восьми спален с видом на море. По крайней мере мы знаем, ради чего затевалась суши-вечеринка, — продолжила я, когда мы завернули с Лонсдейл-гарденс на Колвилль-крессент. — И как мы могли быть настолько наивны? Эйвери оказались достаточно предусмотрительны, чтобы подкупить нас всех, прежде чем Патрик огласит их планы на ежегодном собрании.

— Успокойся, Клэр, — сказала Мими, взяв меня за руку. — Не предполагай худшего. Им просто хочется нам понравиться, хочется вписаться в общество, как всем американцам. Эйвери такие же, как и мы. Они запросили разрешение — они его получили. Ты слишком близко принимаешь к сердцу все, что происходит в саду. Не уверена, что взвалить на себя дополнительное бремя должности секретаря было такой уж хорошей идеей. Ты не должна думать, что все, что происходит в саду, находится в зоне твоей ответственности. Это сведет тебя с ума и закроет энергетические каналы джинг луо. Тебе понадобятся ежедневные встречи с Донной, если так пойдет и дальше. Побереги себя.

Я знаю, что имела в виду Мими. Она полагает, что мое бесплодие — результат стресса, а не настоящее заболевание, и является моей виной. Это разозлило меня еще больше.

— Что такое, черт побери, «джинг луо»? — потребовал объяснений Ральф. — И кто такая Донна?

— Это невидимый проводник для ци, — ответила ему Мими. — А Донна — иглотерапевт и учитель фэн-шуя для всего Ноттинг-Хилла, вы с ней встречались по меньшей мере дважды. — Она произнесла «фэн-шуй» надменно, чтобы позлить его.

Мы с Мими хором сказали:

— Ральф, разве ты не в курсе? — и исчезли каждая в своем доме.

Мими