Запретная. Ты всё равно будешь моей - Катерина Лазарева

А вот это мне уже совсем не нравится. Можно было бы и Игоря попросить… Хотя понятно, что девчонки всё это продумали не ради него. И, наверное, не столько даже ради стиралки.

Интересно, Антон в курсе, что меня поселили сюда? Вроде не должен быть, если только соседки не упоминали моё имя.

Почему-то не решаюсь уточнить.

— Круто же, да? Сегодня проведём день с ними, — подытоживает Таня, а у самой глаза загораются.

— Круто, — соглашаюсь как можно более уверенно, хотя самой не по себе. И ведь мне некуда будет деться. Из-за ног далеко не пойду. Ну не Игоря же навестить? Неловко, да и он не один живёт наверняка. К тому же, такой внезапный визит наверняка двусмысленным будет. — Сколько там с меня за стиралку? — решаю пока закрыть хотя бы один вопрос.

Девчонки называют, я расплачиваюсь. Мы вместе едим, и за перкусом я узнаю, что соседки решили сначала сходить в магазин, приготовить всё парням, а потом уже их звать и со стиралкой решать.

Значит, я снова увижу Антона примерно через пару часов, может, больше.

*******************

Таня и Лена явно хотят понравиться Антону. Но при этом подходят к подобному мудро — оставляют себе равные шансы, не ссорятся на этой почве и не пытаются одна перехитрить другую. Во-первых, у обеих вряд ли такая уж сильная симпатия к этому малознакомому для них парню, а во-вторых, девчонки явно нацелены дружить. И это подкупает.

Даже их интерес и попытки сблизиться с Антоном их объединяют, своеобразная авантюра и способ увлекательно проводить дни за планами об этом, как они говорят, красавчике. Хотя если объективно — не ошибаются в формулировке. Но будь речь о любом другом, я, может, даже и вовлеклась бы с ними, обсуждала бы охотнее, поддерживала. А так приходится лишь натянуто улыбаться и вставлять бездушные фразы.

Готовим мы вместе. И довольно многое — ну тут уж Таня и Лена перестарались, закупив всякого и решив организовать чуть ли не праздничный стол. Делаем мясной салат, пасту с морепродуктами, овощное рагу, запекаем бататы, курицу, режем ещё сырную тарелку с черри и оливками, разные свежие овощи, зелень и фрукты. И тортик тоже на десерт ждёт. Мне даже не по себе от такого изобилия. Парни наверняка решат, что мы излишне заморочились.

Когда я мягко намекаю на это, Лена только загадочно улыбается:

— Так даже интереснее.

— К тому же, мы не знаем точно, что он любит, так что пусть будет выбор, — подхватывает Таня.

Заботливые какие.

В голову вдруг приходит мысль, что от меня Антон ничего подобного не получал никогда — я не то что не заморачивалась с его вкусами, но и делала всё, чтобы оттолкнуть этого парня от себя. Не то чтобы я жалею об этом или беспокоюсь на тему того, что он может оценить отношение к нему девчонок и начать сближаться именно с ними… Просто… Сама не знаю, к чему вообще об этом всём думаю. Как и о том, что я настолько не беспокоилась о вкусах или чувствах этого парня, что даже при совместном заказе доставки и ужине вчера под фильм не обратила внимания, что было в его порции. А то, может, могла бы и подсказать девчонкам, что там Антон любит.

Впрочем, необходимости в этом с нашим разнообразием нет.

— Юль, доготовишь тут всё, ладно? — вдруг говорит Лена, посмотрев время на экране своего телефона. — А то мы можем не успеть насчёт стиралки.

— Не проблема, — соглашаюсь, тем более что всё основное уже сделано.

Неудивительно, что они вместе за стиралкой собираются, по тому же принципу иметь равные шансы.

Ухмыляюсь этому, а потом и тому, что стою тут и готовлю Антону, получается. Хотя он мне в гостях уж точно не сдался ни разу, особенно после своей выходки возле лестницы универа.

Странное это чувство — готовить что-то ему, ещё и думать о том, как лучше разложить и с чего начнёт. Не по себе от этого. А особенно от того, что, получается, пришедшие парни застанут именно меня за этим занятием, пусть и скорее его окончанием. Но запросто могут решить, что это я тут по своей инициативе так расстаралась. А Антон и без таких поводов напирает нагло.

Ладно. Неважно. Я делаю всё это ради девчонок, а этому парню в любом случае придётся отвалить. Рано или поздно.

А мне придётся выбросить из головы уже наконец воспоминания о его поцелуях. И я сделаю это. Рано или поздно…

Уже заканчиваю, когда слышу — пришли. Шум, приближающийся к нашей двери, ещё без её открытия слышен и не оставляет шансов на то, что это не сюда. Тревожное чувство сдавливает лёгкие, но я старательно задвигаю его на задний план. Какая теперь разница, всё равно встречи уже не избежать. И наплевать, что там Антон подумает. Я стараюсь не для него, а ради девочек.

Неосознанно внимаю разговорам вот уже в нашем коридоре. Слышу, как парни обмениваются шутками с девчонками. Лёгкие элементы флирта тоже слышу. И голос Антона… Вот его я наиболее отчётливо слышу. Именно он спрашивает, куда ставить стиралку, на что Лена отвечает, что в ванной уже освбодили место для неё.

А ванная, кстати, совсем рядом с кухней. С того коридора прекрасно будет видно меня, и шаги неумолимо приближаются, вместе со звуками возни с тяжёлым.

Не решаюсь выйти из кухни, хотя у меня тут уже и стол накрыт. В голову запоздало приходит мысль, что Антон может заговорить со мной, как со знакомой. А я ведь не говорила девчонкам, что знаю его. Точнее, я вообще особо не вставляла ничего своего, когда разговоры заходили об этом парне. Но молчать о знакомстве  — такое себе, наверное. Мало ли что подумают о подобной скрытности. И сама не знаю, почему делала вид, будто не понимала, о ком речь.

Ну да ладно. Не заморачиваться же теперь об этом. В конце концов, я могла бы и не запомнить его, просто пересечься пару раз и забыть имя, не понять, что этот тот самый Антон. Вряд ли девчонки станут так уж вдаваться.

Зачем-то подхожу к двери балкона, которая как раз