Запретная. Ты всё равно будешь моей - Катерина Лазарева

не привыкать натыкаться на препятствия на пути к целям. И как-то умудрялся при этом достигать их все. А тут, к тому же, цель особенная. Во всех смыслах.

*******************

Возвращаюсь почти даже в приподнятом настроении. Папаша Юли легко купился на всю ту ложь, что я ему вешал. Значит, и дальше смогу выгораживать девчонку. Может, даже постепенно создавать ей благоприятную обстановку для того, чтобы обрести настоящую свободу, а не эту фальшивую. И проблему её с куратором, можно сказать, решил.

Вот только ей об этом точно не стоит знать. Детали Юле не понравятся.

В задумчивости уставляюсь вперёд, и сразу конкретно так напрягаюсь. Девчонка здесь, в университетском дворе, не общажном. Какого чёрта? Врач ей запретил по парам расхаживать.

Но куда больше вымораживает другое — возле неё трётся чёртов Игорь. И не просто трётся. Лыбится довольно после того, как она ему что-то сказала. Да и Юля тоже светится вся.

А потом ещё и обнимает этого мудака.

Меня нехило так штормит от увиденного. Причём и отвести взгляд не могу, как заклинило. Просто… Нахрена вот это вот?

И я это сразу обо всём. Юля ощутимо прихрамывает. Это даже когда она стоит, заметно. А уж ходить ей отсюда до общаги немало. Девчонка наверняка уже на этом этапе заживлению ног вредит, а потом ещё обратно переть. Я вроде как в ответе за неё, допустить такое не могу.

Это с одной стороны. С другой — претит теперь мысль как ни в чём не бывало подойти и предложить свои услуги переносчика отсюда до дверей её комнаты. Не после того, как Юля тут с Игорем уже охренеть как долго обнимается. Серьёзно, они что, приклеились там друг к другу?

У меня в башке звенит воспоминаниями той дурацкой игры в «Правду или действие». Вертится её ответ, что в роли своего парня из собравшихся Юля видит именно долбанного Игоря.

Эта фигня почти вылетела у меня из головы после наших с девчонкой поцелуев. Горячих таких, что плавилась и она, причём очень заметно. Думал, дурь про Игоря у неё уже выветрилась. Но нет, эти двое тут офигенно радостные стоят.

— Получилось! — доносится до меня её счастливый голос. — Игорь, ты смог!

Не знаю, что он так смог, но и предполагать не хочу. Хочу просто развидеть это всё.

Не могу отступить от Юли. Но что мне, спрашивается, теперь делать? Не взвалить же её на плечо и забрать себе, как пещерному человеку? Мысль не то чтобы отталкивает, кстати. Я так уже по-своему делал — во время той игры. Только это были импульсивные порывы, которые ничем хорошим не кончились.

И сейчас ничего из подобного не получится. Нельзя. А жаль…

Запретная для меня эта Юля. И сама не даёт подступиться, и папаша бдит, и игореподобные рядом трутся, а она им только рада.

Ладно. Разберусь со всем этим потом.

А пока иду в универ. У меня ещё последняя пара остаётся, и не то чтобы я такой примерный студент, но лучше развеяться в компании однокурсников, чем уныло втыкать в работу, утопая в зацикленных мыслях.

Игорь и Юля у меня как раз на дороге стоят. Устроили эти убогие обнимашки прямо посреди лестницы нужного мне университетского корпуса. И нет, я не собираюсь их обходить. Вместо этого пру вперёд, прямо на них, и продолжаю путь, хорошенько так задевая Игоря плечом. Тот заметно шатается.

Боковым зрением вижу, что разъединил их объятия. И вот уже оба смотрят мне вслед. Юлин взгляд особенно прожигает мне спину.

Вроде бы я не задел девчонку. Увы, ни в одном из смыслов. Но пусть хотя бы смотрит, видит меня. Даже злость лучше, чем безразличие.

Глава 12. Юля

Еле доковыляла обратно в общагу. Когда в универ шла в компании Игоря, было проще гораздо. Во-первых, он слегка поддерживал, а во-вторых, тогда, видимо, ноги не настолько устали. А с ними теперь надо осторожнее быть.

Но, увы, это понимание окончательно пробирает, когда уже поздно. Но хотя бы сходила к врачу, получила второй укол и укор в беспечности. Больше выходить никуда не буду.

Вообще, надо было, наверное, попросить Игоря меня проводить. Но он на пары пошёл, а я и не подумала. И потом, парень и так ради меня напрягался, вот, с куратором проблему умудрился решить. Думала, с возвращением назад уж сама справлюсь, но увы.

Хотя теперь это кажется пустяком, когда я уже в своей комнате сижу после укола и мазей. И улыбаюсь тому, как неожиданно было получить от папы сообщение, что всё в порядке и что он ждёт меня теперь в выходные следующей недели, не этой.

Не успеваю приготовить себе обед, как возвращаются девчонки-соседки.

— Угадай, кого мы в лифте сейчас встретили? — сразу обращается ко мне воодушевлённая Лена.

А Таня слегка краснеет, не оставляя шансов, что речь не об Антоне. Который, кстати, довольно грубо прошёл мимо нас с Игорем недавно, ощутимо так задел. Взбесил, конечно. И не одну меня. Я видела, что Игорь смотрел ему вслед взглядом, полным ненависти. Ещё бы. Не в первый раз Антон задирался именно на него.

— Того новенького, которого утром обсуждали? — с натянутой улыбочкой выдаю очевидное предположение.

Не знаю, почему по имени Антона не называю. И вроде как даже делаю вид, что не помню.

Но девчонкам до этого, конечно, никакого дела.

— Да, — довольно подтверждает Таня.

— И мы кое-что придумали, — подхватывает Лена. — Короче, смотри, есть возможность получить стиралку из прачечной к себе в комнату. Надо заплатить, конечно, но почему бы не скинуться всем?

Пробивные у меня соседки, раз так быстро про такую возможность выяснили. И лишним оно, конечно, не будет, хотя пока не совсем понимаю, при чём тут Антон.

— Ну да, — настороженно соглашаюсь. Скинуться я готова, да и кто бы отказался? В итоге мы только в плюсе будем за все эти годы обучения и жилья здесь. Ведь за каждым из нас уже закреплено это место до конца.

— Так вот, мы уже договорились, а Антон с Демьяном согласились помочь нам её перенести, — и не сомневаясь в моём согласии, сообщает Лена. —