Луис Реннисон - И тогда оно упало мне в руки

— Мисс Уилсон, — перебила ее Джулз. — Неужели это было так давно, что вы знали самого Эйвонского лебедя?

— Джулия, если ты имеешь в виду Шекспира, то он звался Эйвонским бардом, а не лебедем.

— Понятно, — говорит Джулз. — Вам виднее. Все-таки личное знакомство…

Полкласса не удержались и прильнули к стеклам, наблюдая за мойщиками. Поняв, что одной ей с нами не справиться, мисс Уилсон побежала за подмогой. И привела Ястребиный Глаз. Та приоткрыла окно и велела мойщикам переключиться на окна в коридоре.

Ууу, какая жалость… Зато полчаса мы провели в свое удовольствие. А остальное время придется бродить по дурацким вересковым полям «Грозового переврала».

Возле окон в коридоре собралась ликующая толпа, как будто это не мойщики стекол, а поп-звезды. Толпа медленно передвигалась вслед за парнями, строя им глазки и улюлюкая. Линдси с дежурными пыталась разогнать сборище, но на смену одним девчонкам вставали другие. Даже первалкашки завелись и стали распевать дурацкую песенку: «Мойщик — ой-ой, мойщик — мой!..»

Тогда Элвис выставил вдоль окон цепочку из дежурных. Но на него напирает Мелани Гриффит, угрожая нокаутом своими нунгами.

Короче, было весело. Даже Джаска воспряла духом и по дороге домой объявила, что пойдет с нами на концерт спе-ци-ально, чтобы продемонстрировать Тому, как сильно она его игнорирует. Когда мы дошли до ее ворот, Джас говорит мне:

— Ты должна поддержать меня, когда я буду его игнорировать. Он должен заревновать и все такое.

— Джас, лучше смерть, чем целоваться с тобой.

Уже знаю, что надену завтра на концерт. Решила строить из себя неприступную. Особенно мою неприступность должны подчеркнуть сногсшибанцы[57].

Суббота, 23 апреля

По нашему дому ходят хоббиты: это вати с дядей Эдди нацепили огромные уши и валяют дурака. Особенно они идут в кавычках моему толстопузому дядюшке. И еще у меня вопрос: разве в книжке Толкиена были «голубые» эльфы? Глядя на моего папочку, напрашивается именно такой вывод. Он скачет по комнате в зеленых лосинах и приговаривает: «Привет! Я Легалет!»[58]

Либби с Горди будут ночевать у дедушки. Молю бога, чтобы они там не свели друг друга с ума.

И еще. Ужас. У бабуленции, что живет по соседству с домом престарелых, навязчивая идея. Будто дедушка — ее бойфренд, ну а она, соответственно, его «девушка». «Девушка» связала дедушке свитер. И дедушка чуть не задохнулся, потому что никак не мог просунуть туда голову. Оказалось, что эта «девушка» забыла вывязать горловину.

Моя комната сейчас — как гримерная у какой-нибудь артистки. Я даже выгнала Ангуса. Но он и так при деле — борется за свою любовь с новым ухажером Наоми — Дрипой. Сосед, чей дом напротив, считает моего кота террористом — но он еще не видел этого Дрипу. Сегодня на рассвете Ангус вызвал его на дуэль и вернулся домой с кусочком его хвоста. Пора устроить в гостиной зал боевой славы Ангуса.

Набросала план подготовки к макияжу:

1. Распарить лицо и очистить его тоником. Нанести тональный крем-основу оттенка «слоновая кость», особенно тщательно маскируя маленькие прыщики.

2. Покрыть ресницы рассыпной пудрой — тогда при нанесении туши они будут казаться гуще. (Это, кстати, подсказка от топ-моделей. Правда, они еще советуют по средней линии губ — для эффекта пухлости — делать белый вертикальный акцент. Но это уж слишком. Не хочу быть похожей на клоуна в такой решающий для меня день.)

3. Чтобы не было жирного блеска, покрыть лицо пудрой…

Так, это я сделала, это сделала, теперь дальше:

4. Прежде чем приступить к основному макияжу, проверить состояние ног.

Возможно, придется делать эпиляцию. Рассматриваю икры, обернувшись на свое отражение в зеркале. И тут в комнату заходит «Легалет»:

— Привет, я Легалет… Черт, Джорджия, ты похожа на привидение!

Я спряталась в шкафу и кричу оттуда:

— Не смей подглядывать! Это пока базовый слой, и я еще не накрасилась по-человечески! И вообще — это моя комната! У меня же хватает такта делать вид, будто ты пустое место!

Папа ретируется, бормоча себе под нос:

— Маленькие детки — маленькие бедки… Кстати, Джорджия, во сколько тебя нужно отвезти?

Что? Отвезти? В костюме эльфа? На клоунской машине? Нет!

— Папочка, — говорю я, — ты что, забыл? Мы же договорились с Джаскиным папой.

Папа слишком вошел в образ эльфа, чтобы вспомнить, что на самом деле Джаскин папа сейчас в Бирмингеме.

Не помню, чтобы меня так колбасило, даже когда у меня был БЛ. Из-за густо накрашенных ресниц, к которым я еще приклеила «сногсшибанцы», я с трудом держу глаза открытыми. Надеюсь все же, что со стороны это выглядит естественно. Я же не купила ресницы с блестками — остановилась на тех, что погуще и подлиннее.

Может, лучше снять? Столько старалась, столько клея извела. Попробовала — а ресницы не отдираются, хотя на упаковке написано, что это делается просто. На какие только жертвы не пойдешь ради любви.

По дороге на концерт мы с девчонками уржались. Джаска тоже. Она твердо решила доказать Тому, что у нее есть своя голова на плечах. В чем я сильно сомневаюсь, но развивать эту тему не стала. А еще Джаска сказала, что и без Тома мальчишек — пруд пруди.

И вот идем мы по Хай-стрит, цокая каблучками, и распеваем хором: «Расступись народ, красота идет». Идем, взявшись за руки, сплошной цепью, разрывая ее, только когда переходим улицу или заворачиваем за угол. Идем, и нас не объехать не обойти. Поэтому все пешеходы, завидев нас, перебегают на другую сторону улицы.

Возле входа в «Феникс» мы, наконец, разомнули руки. Я очень волнуюсь и даже малость побаиваюсь. Кстати, Эллен, Мэбз, Рози и Джас еще ведь не видели моего Масимо.

Заходим в дамскую комнату и еще разок (в сотый) подкрашиваем губы.

Рози и говорит:

— И каким путем ты пойдешь, Джорджия? Полным ходом по поцелуйной шкале или станешь изображать снежную королеву, которую все же можно расколдовать?

— Я буду снежной королевой.

— А зачем тогда накладные ресницы?

Я гляжу на подругу, если не волком, то Клингоном[59] точно, и говорю:

— Это не просто накладные ресницы, это сногсшибанцы! Они делают меня старше.

Мы вышли из тарталета и еще раз оценивающе посмотрели на себя в зеркало. Я попробовала взгляд «тягучая ириска» и осталась собой довольна.

Входим в зал. Тут класно, но темно, а глаза еще не привыкли к темноте. Мои сногсшибанцы, увы, также не способствуют хорошей видимости.