Неправильная няня или Уборщица для олигарха (СИ) - Кроваль Яна

Что бы там Дима ни говорил, о сыне директор беспокоился. И заботился… В меру своего понимания.

— И много у него любовниц? — всё-таки не удержалась от вопроса.

Коварная штука, это извечное женское любопытство…

— Понятия не имею, — пожала плечами горничная. — Хозяин мне не докладывает… Но домой он вроде никого не приглашал. И на нянь не косился… Так что особо на его благосклонность не рассчитывай, — проницательно добавила женщина. — И постарайся больше не оставлять всё на самотёк. А то в следующий раз может и не повезти…

— Да, разумеется, — кивнула, усердно пряча за волосами вмиг заалевшие щёки. — Я и не планировала. Это случайно получилось… Знаешь. Пойду-ка я лучше Диму будить. А то что-то мне всё это не нравится…

И поспешила ретироваться, пока Наргиза меня не раскусила. С её интуицией догадаться о моих чувствах к Игорю Алексеевичу было проще простого…

Впрочем, горничной я практически не соврала. Состояние подопечного действительно сильно меня волновало. И потому я была готова к любому исходу, начиная с необходимости тормошить уснувшего на клавиатуре пацана до стандартной побудки в кровати — с водой, криками и праведным возмущением. Даже стакан прихватила… Однако прибегать к радикальным методам не потребовалось.

Дима не спал. Сидел на кровати, задумчиво уставившись в одну точку, вертел в руках уже знакомый мне миниатюрный мотоцикл и не обращал на меня ровным счётом никакого внимания… Хотя был полностью одет и, в принципе, готов к выходу!

— Я смотрю, в школу ты не торопишься, — помедлив, небрежно плюхнулась рядом.

— А тебе не пофиг? — неожиданно зло огрызнулся парень, выбив меня из колеи.

— Эм… Вообще-то нет.

— Тогда почему вчера вечером ты ни разу ко мне не заглянула? — Дима стремительно поднял на меня глаза.

И я поняла, что не могу соврать. Как бы мне ни хотелось выкрутиться и сохранить авторитет… Не могу!

— Я уснула, — понуро опустила взгляд.

— То есть теперь папа тебя уволит? — с лёгкой растерянностью уточнил парень.

Здесь мне так и хотелось выплюнуть: "А если и так — тебе-то какая разница? Ты же вроде мечтал от меня избавиться!" Но я мужественно подавила это подлое желание.

Не стоило опускаться до уровня подопечного. В силу нестабильности переходного возраста он просто не мог выразить эмоции иначе… Или в силу воспитания — но этот вопрос тоже меня не касался.

— А у него есть повод? — осведомилась, взяв себя в руки. — Ты что, всю ночь не ложился?..

Надо же было выяснить, насколько всё запущено!

— Нет, я вовремя лёг! — возмутился Дима.

Правда, прозвучало это не очень правдоподобно. Ведь окажись так, его бы не беспокоили перспективы моего увольнения… А за пропуск ужина в прошлый раз нам ничего не было.

— Ну ладно. Не вовремя, — поколебавшись, всё-таки признался пацан.

Видать, не вынес моего осуждающего взгляда.

— Всего на полчаса задержался. Заигрался…

— Ничего страшного, — я поспешила успокоить подопечного и, заодно, закрепить в нём стремление говорить правду и только правду, не беспокоясь о возможных негативных последствиях… По крайней мере, с моей стороны. — Бывает.

В ответ Дима настороженно на меня покосился, словно не верил услышанному.

— Папа тебя уже уволил, да? — сделав акцент на слове "уже", обречённо обронил он.

— Нет. Мы ещё не виделись.

— Тогда почему ты так реагируешь? Ты совсем его не боишься?

— А должна? — мягко парировала я. — Самое большее, что он может мне сделать — накричать и уволить. Из фирмы в том числе. А это не страшно. Уборщице всегда найдётся место…

— А разве тебе хочется вечно оставаться уборщицей? — тотчас поинтересовался парень.

Притвориться безразличным он даже не пытался — и я не стала лгать. Правда, и совсем откровенничать тоже не решилась, не обнаружив никаких намёков на моё нерегламентированное отношение к работодателю.

— Конечно, не хочется, — кивнула, деловито закинув ногу на ногу. — Мыть полы очень тяжело, спина первое время вообще отваливалась. Уважения никакого. Да и оплата оставляет желать лучшего… Но у меня нет высшего образования — соответственно, и выбора нет.

— Почему нет? Ты же отлично справляешься с обязанностями няни, — совсем по-взрослому возразил Дима. — Вот и оставайся ей.

— И водить тебя за ручку до самой старости? — криво усмехнулась я. — Спасибо, обойдусь. По-хорошему, тебе уже сейчас мои услуги без надобности. А если мы всё сделаем правильно, то твой отец тоже скоро это поймёт — и тогда у тебя начнётся новая жизнь. Без меня или какой-либо другой няни.

Свободная от любого контроля, кроме внутреннего…

— Если папа тебя уволит, ничего этого не будет, — мрачно напомнил парень.

И я сдалась, не в силах смотреть, как он убивается.

— Не уволит, не волнуйся, — улыбнулась. — Игорь Алексеевич не ночевал дома и ничего не видел.

Уж что-что, а проводить подобные эксперименты в его присутствии я пока не собиралась! Да и в отсутствие, честно говоря, тоже. На всякий случай.

— Правда? — расцвёл подопечный.

— Да. Нам с тобой крупно повезло. Тебя никто не накажет за злостное нарушение режима, а я смогла безболезненно выяснить, что оставлять компьютер под твою ответственность пока рановато. Не дорос ты ещё до абсолютной самостоятельности… А раз так, то мне всё-таки придётся некоторое время побыть твоей няней. И на её правах я смело заявляю — иди умываться. А то в школу опоздаешь!

Как ни странно, шутка подействовала. По конец речи Дима даже хмыкнул — но быстро совладал со рвущимся наружу смехом и в ванную направился ленивым неторопливым шагом, словно делая мне одолжение… А я была и не против.

Неважно, что изображал подопечный. Главное, что я знала правду… И она мне нравилась.

20

Дальше всё шло по привычному сценарию — долгая дорога, уроки, остановка у школы и перемещение к бизнес-центру. Единственное, Виктор не притормозил возле входа, как делал обычно, а полноценно припарковался на удачно освободившемся месте метрах в десяти от дверей… Словно собирался кого-то ждать. Но тогда я не придала этому значения. Попрощалась, вышла… И нос к носу столкнулась с Игорем Алексеевичем, идущим мне навстречу.

От неожиданности я буквально приросла к асфальту, расширенными зрачками уставившись на мужчину, которого никак, ну никак не ожидала здесь увидеть! Идея с любовницами слишком глубоко въелась в моё подсознание — ведь она сулила хотя бы небольшую надежду на личное счастье… А теперь всё рухнуло.

Директор просто работал. Притом без перерыва на сон и отдых, если судить по его усталому виду и огромным чёрным мешкам под глазами, в которых не отражалось ни малейшего удовольствия от сладко проведённой ночи. Непонятно, правда, почему он предпочёл торчать в офисе, а не дома… С тем же ноутбуком, например. Да и вообще, зачем занимался этим лично — помощников у него доверенных не было, что ли… Впрочем, неважно. Меня его отношения с подчинёнными не касались. А стремительно разрастающаяся пустота в душе лишь помогла мне отрезветь и коротко кивнуть работодателю в знак приветствия… На что Игорь Алексеевич тупо не отреагировал! Хотя меня заметил — это я точно видела. Он до последнего не отводил от меня взгляда! И всё равно сделал вид, что мы незнакомы. Отвернулся, не дойдя до меня какого-то шага — и молча уселся в машину рядом с Виктором, недвусмысленным жестом приказав ему трогаться. А я осталась растерянно глядеть им вслед…

Чтобы прийти в себя, мне потребовалось около пяти секунд. Чтобы дойти до лифта — минута. Чтобы подняться и приступить к обязанностям уборщицы — ещё минуты три… И всё это время меня не отпускало горькое разочарование. Какая-то внутренняя, сердечная боль, которую никак не удавалось прогнать, сколь бы остервенело я ни работала. Как бы энергично ни тёрла этот чёртов пол. Сколько бы энергии ни выкладывала — отчаяние никуда не исчезало… И не слушало никаких доводов разума.

Похоже, купание в бассейне всё-таки не прошло бесследно. Узнав, как приятно звучит задорный смех работодателя, познакомившись с его открытой, честной улыбкой, я окончательно влюбилась. Полностью и бесповоротно. Можно даже сказать, втюрилась по уши… И сама же всё испортила.