Кейт Уайт - Не верь глазам своим

— Конечно, — сказала Эмми, развернув огромный органайзер, который, очевидно, принадлежал Моне. — Но вам придется подождать. Сейчас с ней не связаться: она летит в Нью-Йорк. Мэри Кей не пропустит такого события ни за что в жизни.

— Спасибо, — поблагодарила я, взяв протянутый листок с записью. — Дай мне знать, если тебе понадобится какая помощь. Тебе сейчас трудно справляться со всем сразу.

— Да, и что же мне делать? — страдальчески произнесла она и пожала плечами. — Остается благодарить Бога, что меня не было в офисе в тот момент, когда пришел убийца.

— Как думаешь, кто это мог быть? — спросила я.

Она вздохнула и размякла.

— Все говорят, что это Робби, — сказала она. — Вполне логично. Конечно, Мона достала всех, но вчера она привела в ярость именно его.

— Ты слышала их разговор?

— Еще бы. Я же сижу прямо на выходе из кабинета. Она не просто уволила его. Она объяснила, почему это делает. Слово «бестолковый» прозвучало раз десять.

— Робби угрожал Моне?

— Нет. Он ушел от нее как побитая собака. Но кажется, рассвирепел потом у себя на рабочем месте. Так всегда бывало. Люди проклинали Мону за спиной, а лицом к лицу становились робкими, как овечки.

Уходя, я намекнула, что пытаюсь связаться с Карлом, и попросила Эмми устроить мне с ним встречу. Возвращаясь в «чрево», я прокручивала в голове ее последнюю фразу о том, что ни у кого не хватало смелости высказать все Моне в лицо. Что ж, вчера у кого-то хватило.

Я решила поговорить с Дикером. Сразу стало как-то неспокойно, но нужно сделать это, чтобы подтвердить версию Эмми и выстроить четкую временную последовательность событий. Его помощница ответила мне с дежурной вежливостью, что свяжется со мной позже. Судя по голосу, она мнит себя секретарем компании из фантастического фильма, где людей тайно превращают в роботов или искусственно выращивают органы для экспериментов с инопланетянами.

Я набрала номер Харрисона, полученный от сотрудника отдела оформления, но наткнулась на автоответчик. Зато повезло с Тревисом, обозревателем «Трека». В редакции его не оказалось, но там мне дали номер сотового, по которому он заверил, что видел, как Мона проскользнула через заднюю дверь без четверти восемь. Сам он находился в это время у себя в кабинете, а не на вечеринке и поднял глаза, когда она проходила мимо.

Затем я снова попыталась связаться с Кимберли — тщетно. Тогда позвонила в офис Кики. Мужской голос назвал мне агентство, куда можно обратиться, правда, ее там якобы тоже нет. Я оставила сообщение о том, что хочу взять у нее интервью для «Базза». Интуиция подсказывала, что не стоит надеяться на откровенность.

Если Кики не перезвонит мне, будет крайне сложно выяснить, из-за чего они с Моной повздорили. Все в тот момент оказались слишком далеко. Интересно, смогу ли я найти ответ на страницах «Базза» ?

Я убрала ноутбук в ящик и отправилась в комнату, где хранятся старые выпуски. Собрала все за последние девять месяцев и свалила на стол.

За это время вышло невероятное количество статей о Еве. Практически ни один номер не обходился по крайней мере без двух заметок о ней. Конечно, не сравниться с успехом трилогии «Властелин колец», но результаты весьма близкие. Кругом бесконечные фотографии на приемах — Ева с длинными шелковыми волосами в платье от Версаче, или Дольче и Габбаны, или Кавалли, каждый раз с глубоким V-образным вырезом, подчеркивающим широкие плечи и большую грудь идеальной формы. Далее следовали советы от ее стилистов и визажистов. Очевидно, она и дня не могла обойтись без того, чтобы не смазать лицо гликолевой кислотой, а секрет невероятного блеска кожи заключался в использовании двух, а не одного бронзового оттенка. О да, прямо-таки первооткрывательница.

Потом шли сплетни. Внешность примадонны давала немало пищи для размышления: она укоротила нос? нарастила волосы? И самый трепещущий вопрос: шикарная грудь — дар природы или результат пластической хирургии? Но больше всего типографской краски ушло на обсуждение личной жизни. Только за последние полгода «Базз» опубликовал пять полномасштабных статей о браке (третьем по счету) с в подметки ей не годном актере Брэндоне Котте. В феврале писалось о страстном желании иметь детей (Ева: «Боже, пошли мне ребенка!») с намеком на то, что молодая пара подумывает об усыновлении. В мае пошли слухи о семейном разладе (конец отношениям или душевная боль Евы) вместе с подозрениями в измене обеих сторон.

Я вспомнила разговор между Брэндоном и Кики, коему явилась свидетелем. Очевидно, в супружеской жизни Евы возникли проблемы, раз уж благоверному плевать, какое недоумение вызовет его уход. И вдруг в моей памяти всплыла любопытная фраза Брэндона: он спросил, где пропадала Кики весь вечер. Может, она последовала в кабинет за Моной, чтобы продолжить горячий спор?

Я погрузилась в чтение. В отличие от большинства звезд, которые клянутся, что ненавидят внимание прессы, Ева им наслаждалась. Она никогда не бегала от папарацци и всегда с радостью отвечала на вопросы. Я достаточно долго работала в «Баззе», чтобы знать, насколько знаменитостям опасно раскрывать все свои карты. В один прекрасный день читатели могут пресытиться Евой. Она умудрилась засветиться на премьере диснеевского мультфильма, хотя не участвовала даже в озвучке.

С особой тщательностью я просмотрела последние статьи, вышедшие в рубрике «Клубничка». Ничего оскорбительного по здешним стандартам. Так что же вывело Кики из себя? «Базз» только собирался выпустить в печать нечто скандальное?

— Джесси, у тебя есть лишняя минутка? — спросила я, сбив ее с мысли. — Ты не знаешь, за что Ева Андерсон могла разозлиться на «Базз»?

Джесси выпрямила спину, от любопытства или удивления у нее расширились зрачки.

— Да вроде не за что, — ответила она. — Мы довольно лояльно к ней относились, несмотря на то что основной ее талант в рекламе духов, а не в пении и актерском мастерстве.

— Почему Мона так ее обхаживала?

Джесси глубоко вздохнула:

— Мона всегда любила Еву. Мне кажется, Мона достигла такого успеха, потому что была помешана на звездах. Она выпускала статьи о том, что интересовало ее больше жизни: изменяет ли Брэд Питт Дженнифер Энистон, сколько съела на ужин Кристи Элли. Еву она обожала больше всех, не спрашивай у меня почему. Ева наполовину мексиканка, наполовину датчанка, а в Моне тоже невероятная смесь кровей. Видимо, это их и связывало. Однако Брэндона Мона не жаловала, по крайней мере в последнее время.

— Что ты имеешь в виду?

— Она нелестно говорила о нем на планерках. Брэндон раздражал ее, понятия не имею почему.

— А у кого я могу спросить о причине такого отношения?