Патрик Санчес - Привет, красотка!

— Неужели нам принесут сырое мясо? — не выдержала Руби, обращаясь к Ванде, единственной из них, кто уже бывал в этом заведении.

— Вначале мы возьмем сырное фондю — будем обмакивать всевозможные вкусности в растопленный сыр. Затем вы выберете салаты. Потом нам принесут глубокую сковородку с жиром для жарки стейка, курицы или креветок, а на десерт… м-м-м… объедение, слюнки текут… мы получим шоколадное фондю!

— Ох, как много еды, — лицемерно вздохнула Руби, которой ничего не стоило за двадцать минут смолотить гораздо больше перечисленного. Например, во время просмотра программы «Будьте здоровы» по «Ник эт найт»[37].

— Мне столько не съесть, — поддержала ее Симона.

— Девочка, но ведь я здесь. Не справишься — помогу, — успокоила Ванда.

— Слушай, я запуталась, — пожаловалась Руби Ванде, откладывая меню. — Слишком большой выбор. Может быть, ты и для меня закажешь?

— И для меня, — подхватила Симона.

Когда вернулся официант с заказанными напитками, Ванда заказала для всех фондю из сыра чеддер, три порции фирменного салата, нарезанные кубиками курятину и филе-миньон для жарки и шоколадное фондю на десерт.

— Курятину леди будут жарить на арахисовом масле, или принести более полезный для здоровья мясной бульон? — осведомился официант.

— Вы что, смеетесь? Несите арахисовое масло, — ответила Ванда, не спрашивая остальных.

— Прекрасный выбор. Я скоро вернусь, — пообещал официант и пропал за стенкой, окружавшей столик.

— Девочки, вы будете в восторге. Устраивайтесь поудобнее, все четыре перемены займут несколько часов.

— Значит, у нас достаточно времени, чтобы познакомиться. — Симона отпила большой глоток джина с тоником. — Итак, Руби, давно ты живешь в округе Колумбия?

— В Вашингтоне три года, до этого жила в пригороде, — ответила Руби, которую всегда коробило обращение по имени: это звучало снисходительно и отдавало доморощенной психологией, словно собеседник проходил обучение на семинарах «Помоги себе сам», участникам которых внушают, что люди любят слышать свое имя, — это якобы позволяет им ощутить собственную значимость — и прочую ахинею.

— А ты, Ванда? — спросила Симона.

— Я выросла в Трентоне, штат Нью-Джерси. Когда посмотрела «В ожидании выдоха»[38], загорелась поехать в Аризону, но вовремя поняла, что дом, как у Анджелы Бассетт в Скоттдейле, при моих доходах — несбыточная мечта. В Вашингтоне я уже шесть лет… А ты, Симона, латиноамериканская пожирательница сердец?

«Ничего себе, — опешила Руби, — Ванда познакомилась с Симоной сегодня утром и уже дает ей прозвища?! Просто бесит, как легко она сходится с людьми!»

— О Боже… Я родилась в Боливии, в городе Кочабамба. Родители иммигрировали в Штаты, когда я была совсем маленькой. Сначала мы поселились в Нью-Йорке, затем переехали в Мэриленд, где я окончила школу и Мэрилендский университет. Работала на разных телестудиях, много переезжала… До того, как перебраться сюда, я жила в Сан-Антонио и…

— А вот и ваш заказ, — прервал Симону подоспевший официант. Смешав мелко накрошенный сыр, чеснок и другие приправы и заправив все это пивом, он поставил горшок на огонь и взбил ингредиенты в однородную, как сметана, массу. — Осторожно, горячо, — предупредил он, ставя на стол хлебные кубики, овощи и нарезанные яблоки.

Когда официант отошел, все три девушки накололи на специальные длинные вилки хлеб и все остальное и принялись макать это в растопленный сыр.

«Три-четыре кусочка, не больше, — ты же не хочешь, чтобы Симона и Ванда сочли тебя обжорой». — «Ныряй в горшок, как в бассейн, и выхлебай сырную смесь!» — «Ох, Руби, где же твой самоконтроль!»

— Ну как? — спросила Ванда.

— Очень вкусно, — отозвалась Руби, пытаясь скрыть восторг. Дымящийся расплавленный сыр — просто объедение!

— Прекрасно, — подтвердила Симона, откладывая вилку.

— Как, ты уже все? — удивилась Ванда.

— Нет-нет, у меня перерыв.

— Нам с Руби больше достанется! — радостно заключила Ванда, дорвавшись до удовольствия погружать вкусные кубики в сырную смесь и смаковать лакомство. В отличие от нее Руби старалась есть неторопливо, повторяя про себя: «Медленно, медленно, не забывай о приличиях». Когда горшок опустел, Руби едва удержалась от искушения взять кубик хлеба и вылизать оставшийся на стенках сыр.

Когда принесли салаты, Ванда и Руби с аппетитом уничтожили свои порции, Симона, подцепив пару ломтиков огурца и помидора, снова отложила вилку.

— Девочка, ты ешь как птичка, — заметила ей Ванда.

Симона улыбнулась:

— Я просто не очень голодна.

«Естественно, тощие девицы никогда не ощущают голода», — с завистью подумала Руби, у которой посасывало под ложечкой даже после половины кастрюли расплавленного сыра и хорошей порции фирменного салата.

— Как ты нашла этот ресторанчик? — спросила она Ванду, когда подоспевший официант выставлял на стол тарелки с красиво разложенными ломтиками сырого мяса, овощами и целой батареей соусов.

— В прошлом году мне назначили свидание в роквилльском «Волшебном горшочке». Парень разочаровал, а ресторан — нет.

— Вот как? А почему разочаровал? — Руби вдруг захотелось побольше узнать об отношениях Ванды с мужчинами.

— Ну, он оказался ничего, но не высший класс. Высокий, худощавый, с миловидным лицом цвета карамели…

— Карамельный цвет лица? — перебила Симона. — Я слышала это выражение по радио, но не понимаю, как можно сравнивать человека с провизией.

— Еще как сравнивают, детка, тебе нужно этому научиться. Я шоколадный пасхальный зайчик, а ты, — Ванда смерила Симону оценивающим взглядом, — пожалуй, яблочное масло или тост с корицей.

— А я? — не выдержала Руби.

— Хм-м, этот тест не для белых. Вообще все вы числитесь у нас ванильной помадкой.

Руби постаралась скрыть разочарование — она предпочла бы быть кокосовым пирожным или рисовым пудингом.

— Так что случилось с парнем цвета карамели? — не отставала Симона.

— Ох, я даже не помню. По-моему, я ему не перезвонила. Нет, подождите, я смотрела у него «Эйч-би-о»[39]. Крутила с Карамелькой до окончания «Клиент всегда мертв»[40], а потом дала отставку. К повтору сериала найду другого парня с хорошим кабельным.

— А сколько у тебя было мужчин? — спросила Руби. Послушать Ванду, так кавалеры вокруг нее вьются сотнями…

— Бросила считать после окончания школы. Наверное, уже трехзначное число. Сейчас я немного притормозила с этим делом — в настоящее время у меня мало приятелей. Единственный, с кем я вижусь регулярно, — Джексон. Мы собирались встретиться сегодня, но его неожиданно вызвали на работу.