До последней строки - Юлия Обрывина
— А зачем тебе Вив? Нокс не отдаст за тебя свою дочь, ты это понимаешь?
— Хватит вопросов! Ты сделаешь или нет? — рявкаю я.
— Хорошо. Я попытаюсь узнать, — с недоверием говорит он. — Но! Никаких глупостей.
— Какие нахрен глупости? Она нужна мне, вот и все! — опять кричу, чтоб он понял наконец, в какой заднице я нахожусь.
— Жди.
Луис отключается, и минуты начинают тянуться, как вечность, а я не перестаю думать о том, как круто повернулась моя жизнь за какие-то сутки.
Как же так вышло? Столько лет я потратил здесь зря, но так и не понял, кто я на самом деле. И не знал, что одержимость Марией была сродни тоске по дому, из которого я так хотел сбежать, но все это время хранил в памяти.
Я все равно бы вернулся, тем более мне нужно отдать флеш-карту Хосе, и это не зависит от решения Вивьен. Я дал обещание Джону и сдержу его, а уход его дочери останется на моей совести.
— Луис! Наконец-то!
Хватаю телефон и слышу:
— Она в отеле Hilton Howlinbale. Номер 413. Шестой этаж. Заселилась час назад. С ней трое телохранителей. У них приказ не подпускать тебя к ней. Ну что, стало легче?
— Чей приказ? Джона? — спрашиваю я.
— Нет. Лекса. Он главный среди них.
— Значит, они караулят ее… — я начинаю искать решение, но в голову лезет какой-то бред. Говорить с ними бесполезно, атаковать сомнительно, да и пушки с собой нет. Как же мне пробраться к Вив? — Их трое и все у дверей?
— У дверей один. Остальные в машине внизу.
— Придется рискнуть.
Я собираюсь идти в лобовую, но Луис чувствует, что мое появление там грозит серьезными проблемами, потому после паузы решает перейти на тот самый разговор по душам, от которого я так отвык.
— Эв, ты правда хочешь, чтоб она осталась с тобой?
— Да, — цежу я, уткнувшись в руль. — И мне не к кому обратиться. Черт…
Когда думаю об этом, то начинаю жалеть сам себя.
Это похоже на смертельную болезнь! Таким беспомощным я никогда не был, и вообще не понимаю, что так ломает меня изнутри, раз я сижу перед развилкой и звоню Луису, чтобы выбрать дорогу.
— Сейчас приеду, — неожиданно отвечает он. — Мы часто работали вместе. Скажу, что у меня приказ от Джона. Вряд ли они дозвонятся до него так быстро. Проведу тебя, но дальше сам.
Стираю пот со лба и говорю:
— Спасибо.
— Хотел бы я сказать — не за что, но теперь ты мне должен акции, — напоминает он.
— Меркантильный говнюк, — смеюсь я, потому что по тону понимаю, что он шутит. — Я рад, что ты не лег под Уолдера.
— Не поверишь, но я тоже, — говорит он и отключается.
Раньше мы были не разлей вода, но после его крепкой дружбы с Максом я не думал, что когда-то еще наберу его номер.
И все-таки этот разговор возвращает мне веру в людей и в то, что всегда можно свернуть и пойти назад. Даже если дороги уже нет, главное — знать направление и по мере сил прокладывать новый путь.
Сейчас мой ведет только к Вив, и я стараюсь не думать о том, что будет, если она скажет мне — “нет”.
Глава 16
Как только дверь за спиной захлопывается, и я остаюсь наедине с собой, меня охватывает отчаяние. Не в силах сделать даже шаг, я бросаю сумку на пороге и медленно сползаю вниз, дрожа от нахлынувших слез. А следом тишину нарушают шаги Мэта, решившего осмотреть весь этаж, пока я борюсь с нарастающей тревогой.
Я знаю, что эта ночь будет самой тяжелой, и мне нужно просто пережить ее, пропустить через себя и попрощаться. Однажды тоска закончится, и я смогу спокойно думать об Эване, а пока рассыпаюсь на тысячи частей, чтобы вытащить ту, что случайно осталась после нашей встречи.
Его глаза, губы и руки по-прежнему со мной, и я больше не сопротивляюсь, а жадно впитываю воспоминания о каждой секунде нашей близости. Прокручиваю все, что было снова и снова, пока не оказываюсь на самом дне бессмысленной и непонятной обиды. И только поняв это, нахожу в себе силы подняться.
Никто не виноват! Ни Эван, ни отец, ни даже Тина! Только я, потому что захотела стать кем-то другим вместо того, чтобы быть счастливой на своем месте! И как капризная девчонка пустилась за мечтой стать свободной от условностей, которые надежно защищали мой мир от безразличия и похоти!
Наконец я осознала, что мой побег — это путь в темноту, которая сейчас заполняет дыру в моей груди и отчаянно рвется наружу.
Сделав немного шагов, я снова останавливаюсь и долго смотрю, как фары проезжающих машин на миг освещают блеклые стены. Как блики ламп проскальзывают сквозь щель под дверью и плывут по полу, теряясь в складках тяжелой портьеры. Слушаю шаги Мэта, стихающие на пороге, как только новый гость прибывает на этаж, и разговор горничных, проходящих мимо.
Я должна была довериться выбору Лекса! Тогда мне было бы не так трудно находиться в номере, предназначенном для двоих.
Каждая деталь в нем вопит о моем одиночестве: Эван мог быть рядом с тобой! И даже громкий протест разума бессильно пропускает эту мысль, совсем не замечая ее.
Чтобы наконец закончить эту битву, я уверенно иду в ванную, смахиваю лишнее полотенце в корзину, а следом — второй гигиенический набор.
Теперь хотя бы здесь я не чувствую себя покинутой, и раздевшись, залезаю в душевую кабину, чтоб смыть с лица липкие дорожки слез. Вместе с ними меня покидает и чарующий запах парфюма Эвана, и воспоминания тела об остром пульсирующем желании при одном только взгляде на него.
Оставь его в прошлом, Вив! Он наверняка уже забыл о тебе и проводит вечер в постели с какой-нибудь девицей! Ты знала, на что шла, когда соглашалась уехать с ним! Так будь сильной и следуй его примеру! Продолжи жить как ни в чем не бывало!
Спустя полчаса я чувствую себя такой уставшей, что не замечаю, как оказываюсь в кровати, и, свернувшись калачиком, утыкаюсь в подушку.
С волос бегут капли, а по ногам мурашки, но я не чувствую их, потому что нахожусь уже не здесь, а где-то на грани сна и яви, тайно мечтая, что, проснувшись, смогу без содрогания произнести его имя.
