До последней строки - Юлия Обрывина
Красивого и пустого, как и моя жизнь.
Глава 15
Рожа Эймса почти как задница — слишком мягкая для драки. Мне даже напрягаться не пришлось, чтоб уложить его на лопатки. А у дружков все еще хуже. Они в принципе не умеют использовать кулаки по назначению, потому корчатся рядом и пищат, как девчонки.
Эймс получил по делу и теперь боится встать, а гости уже разъехались по клубам или проверяют на прочность кровати в трюме. Мы одни на палубе, и парню пришлось прищемить его длинный язык, чтоб дать мне время успокоиться. Да, и помощи просить уже не у кого.
Все как и в обычной жизни.
Стоит попасть в передрягу и все, как тараканы, разбегаются по щелям, зато оторваться приезжают даже с другого города, бросая съемки и контракты на сотни тысяч баксов. Вот и сейчас никто не вмешался бы. Не из уважения, конечно, а из страха потерять виниры по цене хорошей тачки или заляпать кровью дорогое шмотье.
Таков мой мир, и мне осточертело делать вид, что меня все устраивает. Я здесь такой же лишний, как и Вив. Просто я не был готов посмотреть правде в глаза, пока она не появилась рядом.
— На Косте люди пропадали и за меньшее, а здесь вы забыли, что такое отвечать за слова, — говорю я, поднимая Бака за окровавленную футболку.
Он позволяет мне поставить его на ноги, но после отмахивается и делает вид, что поднялся сам.
— Вот и вали туда! — кричит Эймс, щурясь от боли из-за разбитого носа.
— Так и сделаю. А ты думай перед тем, как лить грязь на тех, кого не знаешь.
— Признайся, — не унимается он, качаясь от похмелья и шока. — Девчонка просто не дала тебе, вот ты и бесишься…
Похоже, у Эймса и правда отсутствует мозг, раз после всего он продолжает играть на моих нервах. Я бы с радостью убедился в этом, но меня останавливает мысль, что я как можно скорее должен уехать отсюда.
Все это время я жил по инерции и очень успешно прикрывался работой. А на деле всегда хотел вернуться туда, где трусы не доживают до старости. Где страх только мотивирует шевелить мозгами, а адреналин — хороший повод стать сильнее, а не показаться врачу.
Черт, я правда рад, что снова увижу Косту. Там люди не разучились слушать, радоваться и помогать. Я мог зайти в любой двор или лачугу на отшибе, и всегда получил бы стакан воды и дельный совет, а здесь говорить с кем-то по душам, все равно, что сунуть руку в осиное гнездо.
Только я пошел дальше и залез туда почти целиком!
Сначала мне нужно найти Вивьен! Чего бы это ни стоило! Попробовать ей все объяснить. Хотя бы рассказать правду, если она позволит, и оставить в покое, если захочет уйти. Без этого шага я не смогу идти дальше.
Чтобы сделать это, я бросаю пьяного придурка и под возгласы его дружков прыгаю в тачку. Но только берусь за руль, как о себе дают знать разбитые костяшки, а в зеркале маячит уставшее лицо с приличной щетиной. На шее — синяк и ссадина от ногтей Эймса, и вся кофта в бурых пятнах, будто не я отделал его, а он меня.
Плевать, сначала Вив! Куда же те трое увезли ее?
Скорее всего они едут по тому же маршруту, но могут выбрать и более длинный путь, чтоб избавиться от меня. В этом случае на поиски уйдет несколько часов, но это слишком долго! У меня нет этого времени!
Минуту я думаю о том, как найти Вив, и медленно выезжаю на шоссе.
До развилки остается миля, дальше нужно принимать решение, в какую сторону ехать. И я не стану полагаться на удачу или интуицию. С обеими у меня по жизни серьезные проблемы, но знаю того, кто поможет мне.
Неужели я сделаю это? Конечно, ради нее.
Я останавливаюсь на обочине рядом с поворотом и достаю телефон, чтобы позвонить Луису.
Гудки, еще гудки, а потом тишина, и на экране появляется надпись: “нет ответа”. Я повторяю звонок раз десять подряд, но с тем же нулевым успехом, пока окончательно не теряю самообладание и не швыряю телефон на приборную панель.
Куда же вы могли поехать? Куда? Как мне найти тебя, Вив? — спрашиваю себя почти без остановки, пока не решаю набрать партнеру в последний раз.
Наконец мне везет, он отвечает с третьего гудка и с ходу начинает орать, как бешеный:
— Эван? Какого хрена звонишь? Уже ночь!
— Что ты сказал Уолдеру? — спрашиваю, чтобы как-то подвести разговор к нужной точке. — Он знает, что ты работал на Нокса?
— Знает. Я вне игры, — хриплым голосом продолжает Луис. — Завтра продаю свою долю в “EL” и уматываю подальше. Это все?
— Продаешь? Кому?
— Дэну Питерману, — спокойно отвечает он, будто не видит в этом проблемы.
— Воротничку? — ору я, не понимая, зачем красавчик хочет влезть в шоу-бизнес. — Для чего ему твоя доля? Он же занимается судостроением, как и папаша.
— Не знаю. Просто он предложил хорошую цену. Так, зачем ты звонишь?
Мне трудно вытащить из себя эти слова, особенно в отношении бывшего партнера, но при всех моих связях и возможностях, он единственный, кто сейчас способен вытащить меня из этой ямы.
Конечно, это нервирует и подрывает самолюбие, только какой у меня выбор?
— Мне нужно узнать, где Вив, — бурчу я, с трудом вытягивая каждое слово.
— Она же уехала с тобой. Что случилось?
— Я поступил, как мудак, и она сбежала. Вернее, ее увезли люди Нокса.
— Ну ты и дерьмо, — протягивает он. — И чего ты от меня хочешь?
Стучу пальцами по приборной панели и, взяв волю в кулак, продолжаю:
— Я предлагаю тебе выкупить мою долю в компании по низкой цене. Так, ты сможешь продать весь бизнес Питерману и выручить большие деньги. Но одно условие: помоги мне узнать, где сейчас Вивьен. Я знаю, что ты можешь.
— Спятил? Никак не пойму, сегодня Рождество? — издевается Луис.
— Это первое и последнее предложение, — серьезно отвечаю я. — Ты знаешь. Если согласен, сегодня же созвонюсь с Анной для оформления сделки.
— Значит, дело — дрянь, если ты предлагаешь мне то, за что чуть не набил рожу, — удивляется партнер и замолкает на секунд десять. — Но с чего вдруг?
— Я
