Мейр Ансворт - Что подскажет сердце

— Это несправедливо с вашей стороны! — холодно сказала она.

— Может, вам будет интересно узнать, что я, едва успел уберечь доктора Прайса от серьезных увечий.

— Вы должны понимать, что я против жестоких мер, но я считаю, что Дэн имеет право встретиться с доктором Прайсом и выяснить, почему… — Она замолчала, потом добавила: — Людям нужен врач, на которого они могут положиться.

— Я с вами согласен. Но очень важно не подорвать доверие потенциальных пациентов к лечащему врачу. И так довольно трудно убедить их приходить на прием, возможно, отчасти потому, что они боятся расходов. Но, кроме того, они проявляют неоправданное упрямство и часто позволяют болезни зайти слишком далеко, когда уже поздно ее лечить. Вы просто не понимаете, с какими трудностями приходится сталкиваться врачам.

— И все равно я настаиваю, что людям нужен врач, на которого они могут положиться. Я не считаю доктора Прайса…

— Я знаю, что вы хотите сказать. Это очень опасное заявление, и я предостерегаю вас — никому его не повторяйте.

По лицу Марка Шарлотта видела, что он с трудом сдерживает гнев.

— Думаю, вы защищаете честь мундира и, возможно, кого-то покрываете…

— Вы имеете право на собственное мнение, но должен вам еще раз посоветовать соблюдать осторожность в высказывании его другим. И конечно, вы не местная… Не забывайте об этом.

Ничего себе! Марджи погибла по чьей-то вине, а она должна помалкивать?

— Я буду делать то, что считаю нужным, — спокойно сказала она, подошла к окну и остановилась там, повернувшись спиной к Марку.

Марк молчал и долго смотрел на ее силуэт на фоне окна, на решительную позу. Потом вышел, хлопнув дверью, и быстрой походкой направился к воротам.

После его ухода Шарлотта снова принялась за уборку, она работала автоматически, мысленно снова и снова переживая весь разговор с Марком Уолдроном.

Она почти закончила свое занятие, когда пришел почтальон и протянул ей конверт со штемпелем Хаддстоуна. Поняв, что письмо от Эдварда, Шарлотта торопливо вскрыла конверт и быстро прочла письмо, потом перечитала еще раз. Эдвард писал:

«Я не вижу, что твоя дружба с матерью девочки является достаточной причиной для желания удочерить ее. Наверняка со временем отец ребенка преодолеет свое равнодушие и захочет, чтобы девочка находилась с ним. А если этого не произойдет, устроит так, чтобы за ним как следует позаботились где-либо в другом месте. Разве у них нет родственников? Не думаю, чтобы твое предложение было разумным… Больше того, я настолько возражаю против него, что намерен приехать к тебе, как только смогу вырваться».

Шарлотта опустилась на стул с письмом в руке. Эдвард считает ее идею легкомысленной, он определенно не хочет, чтобы она удочерила девочку. Марк Уолдрон тоже против нее… Внезапно к Шарлотте вернулось то состояние крайнего одиночества, которое преследовало ее после смерти родителей.

Она едва успела убрать письмо в конверт, когда появилась Салли с выстиранным бельем. Шарлотта вдруг вспомнила, что давно хотела кое о чем расспросить прачку. Дело касалось того дня, когда она заходила к Салли, а ее дочь лежала больная. Того самого дня, когда на ее глазах Марк Уолдрон вылил, содержимое аптечного пузырька, уверенный, что его никто не видит.

Некоторое время она выслушивала сплетни Салли о жителях поселка, угостила ее чашкой чаю, а затем завела разговор о дочери, о которой Салли готова была говорить без конца.

— В тот раз, когда ваша дочь заболела, к ней приходил доктор Прайс?

— Да… да. Сначала пришел он, но его лекарство… вроде как почти и не помогло ей. Тогда уже пришел доктор Уолдрон и дал ей что-то другое. Такое розовое… Я помню. И ей сразу стало лучше.

— А что стало с лекарством доктора Прайса? — спросила Шарлотта.

Салли немного подумала, потом покачала головой:

— Доктор Уолдрон сказал, что пришлет ей новое лекарство, и выполнил обещание.

— А что стало с тем лекарством?

Салли снова покачала головой:

— Ой, я и не знаю. Наверное, я его выбросила.

Не желая дальнейшими расспросами возбудить подозрение Салли, Шарлотта перевела, разговор на другие темы. Однако, хотя она и была уверена, что вылитое Марком лекарство было то самое, которое выписал доктор Прайс, у нее не было доказательств.

Она припомнила разговоры в поселке о двух-трех случаях, которые указывали на небрежность доктора Прайса, — ребенку, страдающему от боли в животе, он послал микстуру от кашля; как-то раз прописал мазь, которая вызывала раздражение кожи, а не заживление. Она решила выяснить все обстоятельства, ставшие причиной этих разговоров. Но сначала ей нужно повидать Дэна, заручиться его поддержкой и попытаться заставить его действовать цивилизованным способом. События, происшедшие накануне и сегодня утром, вызвали у нее сильную головную боль. Будет неплохо прогуляться одной по берегу моря, решила она.

Она дождалась, когда вернулась из Пенгарта Дерина. Раскладывая на столе свои покупки, Дерина внимательно посмотрела на нее.

— Вы такая бледная? — спросила она. — Вы не заболели?

— Нет, просто у меня болит голова. Если ты присмотришь за малышкой, пойду немного подышу воздухом.

Выходя из дома, она оглянулась и увидела, как Дерина смотрит ей вслед с растерянным видом.

Шарлотта медленно шла по мысу среди зарослей вереска, направляясь к коттеджу Дэна.

Торопиться ей было ни к чему, и она пошла медленнее, потом спустилась на берег и села на валун. Соленый запах моря, крики птиц в высоком синем небе, равномерный шум волн — все это благотворно подействовало на нее. Она встала и направилась дальше.

Выстроившиеся в ряд коттеджи казались пустыми. Застанет ли она Дэна? Когда никто не ответил на ее стук в дверь, она толкнула ее, и дверь распахнулась. Шарлотта вошла в дом.

Пару раз она позвала Дэна, но ответа не последовало. Внутри было еще хуже, чем в последний раз, когда она приходила поговорить с ним. Как изменился этот дом по сравнению с тем, каким был при жизни Марджи! И как, наверное, тяжело Дэну видеть его в таком запустении! А может, он даже не замечает этого? Говорят, он отказался от предложения соседей помочь ему.

Вероятно, вид передника, который висел рядом с буфетом, навел Шарлотту на мысль навести порядок. Забыв на время о своей миссии, думая только о том, чтобы побыстрее справиться с беспорядком, она сняла пальто и шляпу, надела передник и стала искать тряпки и мыло.

Спустя некоторое время Шарлотта отступила к двери, с удовлетворением оглядывая кухню. Она распахнула окно, чтобы впустить солнечное тепло и свежий воздух, убрала увядшие цветы, принесла букет цветков львиного зева и лаванды, поставила в кувшин на подоконнике.