Мейр Ансворт - Что подскажет сердце

— Не слишком ли это жестоко? Умерла Марджи, а ты грубо третируешь его.

— Зато вы слишком уж мягкая, — возразила Дерина и протянула кожаный мешочек, который оставил Дэн. — Вот, это он принес деньги. Очень нужно, сказала я ему. Он так разозлился! Нужно было видеть, как он здесь расхаживал… прямо как тигр в клетке!

— Он приходил только для того, чтобы оставить деньги?

— Не знаю… Но он постоял у колыбели и разглядывал ребенка. Мне кажется, Дэну было любопытно увидеть дочку. Пора уже ему стать разумнее, — сказала Дерина с нажимом в голосе и вышла из кухни с чайником в руке.

В субботу, ближе к вечеру, Дерина отправилась на ярмарку, и Шарлотта осталась с ребенком одна. Она уселась за стол, взяла перо, пузырек с чернилами и в приступила к написанию письма Эдварду.

Оказалось, не так-то просто было сочинить это письмо. Она надумала спросить Эдварда, могут ли они удочерить дочку Ллойдов, и мысль о том, что девочка останется у нее, согревала ей сердце. Со стороны Дэна, разумеется, возражений не будет, и таким образом она выполнит свой долг перед Марджи. У нее есть деньги в банке — Эдвард об этом знает. Так разве можно найти для них лучшее применение? И хотя идея удочерения казалась ей безупречной, она затруднялась письменно изложить ее. То и дело она представляла себе лицо Эдварда и начинала во всем сомневаться.

Она уже в пятый раз скомкала написанное и начала снова. И как раз тогда, когда план стал представляться ей нереальным, до нее донесся стук ворот и почти сразу же в комнату ворвался Дэн Ллойд. Его возбужденный вид сначала заставил ее подумать, что он пьян — он так грубо схватил ее за руку, что она закричала от боли. Затем, когда он резко повернул ее лицом к себе, она увидела, что глаза у него полыхают яростью.

Сердце у нее отчаянно билось, но она попыталась скрыть тревогу.

— В чем дело, Дэн?

— В ту ночь, когда Марджи умерла, и вы были там… — Он перевел дыхание. — Когда вы послали за доктором?

Шарлотта вырвала у него руку. Так вот в чем дело!

Она подробно все ему рассказала, ответила на все его вопросы, которыми он то и дело прерывал ее. Он снова пришел в бешенство:

— И доктор Прайс так и не пришел… Никто не пришел, пока не стало слишком поздно!

Она имела возможность отвечать уклончиво на его вопросы, убедить его не поднимать шума — отчасти потому, что в ней самой росла склонность к этому, — но внезапно обрадовалась, что наконец-то нашла себе союзника, человека, который действительно любил Марджи.

— Но как… как вы об этом узнали?

— Соседский мальчик, который отнес доктору записку, мне обо всем рассказал. Доктор Прайс… доктор Прайс… — бессознательно повторял он. — По его вине умерла моя Марджи! Господи, да я сверну ему шею!

Он стукнул кулаком по столу, перевернув чернильницу. Шарлотта сдернула скатерть, промокнула чернила, и тут вдруг Дэн бросился к выходу. Она успела добежать туда раньше и загородила собой дверь.

— Куда вы?

— Прочь с дороги! К доктору Прайсу, конечно. Он ответит за это!

Дэн попытался оттолкнуть ее, но она схватила его за руку.

— Послушайте, Дэн, я на вашей стороне в этом…

— Вы мне ничего не говорили…

— А с вами никто не мог говорить, Дэн, — напомнила она ему. — Я пыталась с вами поговорить. Я сама намеревалась выяснить правду о смерти Марджи, но этот способ… ваш способ… это неправильно. Мы должны поступить иначе… потребовать расследования.

С минуту Он тупо смотрел на нее, затем вырвал руку, оттолкнул Шарлотту и открыл дверь. Держась за косяк, он процедил:

— А я намерен действовать по-своему — как я это представляю! Не так, как это делают женщины. Умерла моя жена! Она не должна была умереть. И кое-кто должен за это ответить…

Он выбежал, оставив Шарлотту в страшной тревоге при мысли о том, что может произойти.

Марк только что закончил прием пациентов, который продолжался дольше, чем обычно. Во время приема ему показалось, что доктор Прайс прошел к себе, но он его не видел. Марк вымыл руки и вытирал их полотенцем, собираясь запереть входную дверь, когда услышал, как она стукнула.

Через мгновение в приемную ворвался Дэн Ллойд — задыхаясь, весь покрытый пылью, с яростью во взгляде.

— Мне нужно видеть доктора Прайса, немедленно! — заявил он.

Марк загородил ему дорогу.

— Зачем? — спокойно спросил он. — Сегодня я веду прием.

Дэн огляделся.

— Та дверь… — Он кивнул на дверь, ведущую в дом, и шагнул к ней. — Это к нему?

И опять Марк встал перед ним.

— Дэн Ллойд, успокойтесь! Здесь я главный. Сядьте. А теперь скажите мне — в чем дело и почему вы пришли?

— Я пришел, потому что доктор Прайс все равно что убил мою жену. Я пришел совершить правосудие!

Он вскочил и направился к двери.

— Стойте! Это я занимался вашей женой.

— Знаю… только было слишком поздно. Почему доктор Прайс не пришел, когда его вызвали? Скажите мне это?

Пока Марк раздумывал, как поступить, Дэн распахнул дверь и выскочил в коридор, но Марк догнал его. В этот момент из столовой в коридор вышел доктор Прайс.

— Почему вы… — Сжав кулаки, Дэн едва не ударил старого доктора, но Марк схватил его за правую руку выше локтя и вывернул ее за спину так ловко, что Дэн, издав крик боли, рухнул на колени.

Марк крепко держал его.

— Если станете вырываться… предупреждаю… я ее сломаю!

— Что это еще… за скандал? — Доктор Прайс сурово посмотрел на Марка. — Для врача крайне недостойное поведение… да еще у меня в доме!

— Я защищаю вас от того, что может оказаться весьма серьезным скандалом, — сдержанно ответил Марк.

На следующее утро, надев большой клетчатый передник, Шарлотта занялась в кухне чисткой медной и серебряной посуды, а Дерина, воспользовавшись тем, что кто-то согласился довезти ее до ближайшего городка Пенгарта, где она собиралась купить шелк на платье и ленты, уехала. Шарлотта увидела в окно, что двуколка Марка подкатила к их дому, но не ожидала, что он так быстро войдет.

— Это вы послали вчера вечером ко мне Дэна? — требовательно спросил он.

Шарлотта положила медный подсвечник, стянула рабочие перчатки и покачала головой:

— Я его не посылала, даже пыталась его отговорить от этой затеи.

Марк смотрел на нее с сомнением.

— Но вы же на его стороне, не правда ли?

— Разумеется. И рада, что Дэн наконец знает, что…

— Это вы ему сказали?! — прервал ее Марк.

— Нет, не я. Когда он пришел сюда, он уже все знал. Я только честно ответила на его вопросы.

— Другими словами — вы разожгли его ярость.

— Это несправедливо с вашей стороны! — холодно сказала она.