Сандра Мэй - Чистое сокровище

– А почему не хочешь сделать то же самое ты?

– И к чему я должен привыкать? К питанию всухомятку, сиротской квартирке с видом на помойку и запаху вареной капусты на лестнице? Больше мне как-то ничего из твоей лондонской жизни не запомнилось.

– Ой! Извините, что мы тут с немытыми руками вперлись в высший свет! Ты всерьез считаешь, что люди, у которых нет горничных и дворецких, которые сами стирают свои трусы и зарабатывают на жизнь меньше миллиона в год, недостойны уважения? В таком случае, ты дешевый сноб и пижон. А свои миллионы можешь сунуть себе в задницу и гулять в таком виде по улице – чтобы все знали: вот гуляет великий и ужасный Алессандро ди Каррара!

Алессандро, смертельно побледнев, шагнул к ней, сжал огромные кулаки, на скулах захо-.дили желваки…

Теперь точно ударит, обреченно пискнула первая половина сознания Кэти. Ну и пусть, устало откликнулась вторая. Все равно дороги назад нет.

Алессандро молча и тяжело прошагал к двери, но на пороге остановился и обернулся через плечо.

– Мы не понимаем друг друга. Ты зла на меня, на мою семью, на весь свет. Возможно, у тебя действительно есть на то причины, а я был к тебе не слишком внимателен. Если так – я прошу прощения. И еще об одном прошу: будь снисходительнее к окружающим. Пожалуйста, Кэти…

– Сандро…

Она рванулась к нему – но Алессандро молча вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

9

О, Кэти очень старалась – Бог свидетель!

Субботняя ссора вымотала ее душевно и физически, все воскресенье Кэти провалялась в постели с больной головой. Ночью же состоялось молчаливое и бурное примирение – Алессандро пришел в ее комнату и любил ее так 'неистово и нежно, что Кэти ненадолго почувствовала себя абсолютно счастливой…

Но потом наступил день – и она с тоской поняла, что секс больше не примиряет их по- настоящему. Алессандро был занят и не обращал на Кэти никакого внимания, а она так [нуждалась в его поддержке и сочувствии!

Кэти почти воочию видела, как вокруг нее растет непробиваемая стена одиночества и отчуждения. Она бродила по огромному дому, стараясь не попадаться на глаза синьоре Франческе и Лучиане, и некому было рассказать о том, как она несчастна.

Рождество пролетело незаметно – хотя все обитатели дома изо всех сил старались сделать вид, что любят друг друга. Даже Лучиана притихла и почти не приставала к Кэти. Однако праздники закончились – а с ними закончилось и перемирие.

Алессандро улетел по делам в Штаты, сообщив Кэти об отъезде лишь накануне. Она подозревала, что мог и вовсе не сообщить – попросту не считая нужным ставить ее в известность о своих передвижениях. Теперь Кэти с горечью понимала: ее муж, жесткий и успешный бизнесмен, поступает только так, как считает нужным сам, нимало не прислушиваясь к чужому мнению. Кэти иногда просыпалась в холодном поту, вспоминая во сне ту веселую и беззаботную девушку, которая всего полгода назад приехала в солнечную Италию и с восторгом впитывала красоту этой изумительной страны…

После отъезда Сандро неожиданно собралась и уехала на несколько дней Франческа – навестить свою старую подругу, жившую в Венеции. Кэти осталась один на один с душенькой Лучианой – и тут та выступила в полном блеске своего темперамента. В первый же вечер она обозвала Кэти приблудой, плебейкой, авантюристкой, охотницей за чужими денежками и присовокупила, что рассчитывать Кэти не на что – как только родится ребенок, Алессандро заберет его и разведется. Он уже понял, что совершил ошибку, женившись на Кэти, но исправить ее никогда не поздно. В заключение этой пламенной речи Лучиана выплеснула Кэти в лицо бокал вина – и, как ни странно, это привело Кэти в хорошее расположение духа. По крайней мере, стало совершенно очевидно, что: а) Миа была абсолютно права и б) Лучиана чокнутая.

Кэти решила заодно потренироваться в роли хозяйки – и отдала распоряжение Микеланджело подготовить комнаты в хозяйском крыле, а синьорину дель Боска перевести в гостевое. Показалось ей – или она просто выдавала желаемое за действительное, – но в глазах дворецкого при этом промелькнул дьявольский огонек удовлетворения…

Когда Лучиана попыталась закатить скандал, Кэти невинно затрепыхала ресницами и сообщила, что собирается начать готовить детскую для наследника ди Каррара – а для этого лучше подходят комнаты в восточном крыле, да и комнаты Алессандро там поблизости. Лучиана скрежетнула зубами, но против такого довода выступить не осмелилась. Вернее затаилась – чтобы дождаться подкрепления и смести соперницу с лица земли.

Переехав в соседние с Алессандро комнаты, Кэти почувствовала себя намного лучше и приказала отныне накрывать ей завтрак, обед и ужин в ее собственной маленькой гостиной. Взбешенная Лучиана, лишенная всякой возможности скандалить, укатила в Рим – и в доме воцарились мир и покой.

Беременность давалась Кэти нелегко – и она решила потихоньку возвращать себе былую форму. В отсутствие надзирателей можно было ни перед кем не отчитываться – и Кэти стала много гулять пешком, заодно изучая окрестности. В первый день прогулка ее совершенно измотала, но уже на следующий день от токсикоза не осталось и следа – свежий воздух в буквальном смысле исцелял измученный организм будущей матери.

Вскоре она совершила вылазку в деревню Корто д'Амбруццо и была совершенно очарована и аккуратными белостенными домами, и приветливыми жителями. Деревня была довольно большой, здесь имелись почта, несколько магазинчиков и маленькое уютное кафе, в котором Кэти выпила чашку вкуснейшего шоколада и съела вазочку взбитых сливок…

Жизнь вроде бы налаживалась, только без Сандро было очень одиноко…

Через десять дней вернулась свекровь, вслед за ней прикатила и Лучиана. Синьора Франческа немало удивила Кэти тем, что рассыпалась в горячих извинениях за то, что так надолго оставила невестку в одиночестве. Лучиана немедленно вклинилась и наябедничала, что Кэти заставила ее переехать – и тут молодую синьору ди Каррара ждал очередной шок.

Франческа спокойно и одобрительно кивнула в ответ на рассказ Лучианы и повернулась к невестке.

– Ты молодец, Катарина. Пора начинать готовиться к появлению на свет самого маленького и самого главного обитателя этого дома. Я и сама хотела переговорить с Алессандро, но ты меня опередила.

Кэти решила, что у нее слуховые галлюцинации, но уточнять благоразумно не стала. Франческа безмятежно продолжала:

– Думаю, детскую нужно сделать в маленькой гостиной – там тихо, в окнах двойные рамы, а вход только один, через твою спальню. Весной, когда малыш присоединится к нам, с той стороны дома расцветет глициния – это божественное зрелище!