Сандра Мэй - Теория страсти

— Нет, не шучу.

— Мы же в середине острова!

— Во-первых, не в середине. Во-вторых, бывают волны, которым ничего не стоит накрыть целую Кубу. Песок в этой пещере означает только то, что сюда волны точно доходили, и не один раз. Это не есть здорово, но мы с тобой будем надеяться, что все обойдется. Возможно, ураган выдохся, возможно, шторм будет не слишком сильным, возможно, все ограничится только ливнем, хотя и этого уже достаточно для беспокойства.

— Ты так говоришь о дожде, как будто это потоп.

— Конни, ты просто не видела тропических ливней. Это самый настоящий потоп и есть. Стена воды с неба до земли. К тому же он может идти целую неделю, не ослабевая ни на час.

— О Господи!

— Не волнуйся, сейчас не сезон. Но и короткий ливень может быть сильным.

— Странно. Небо совсем чистое.

— Хочешь искупаться?

— Сейчас?

— А чего ждать? Потом поднимутся волны, а сейчас должно быть совсем спокойно, если я не ошибаюсь и шторм все-таки будет.

— До океана далеко…

— Эх ты, девушка из большого города. Океан прямо под горой.

— Но мы же шли сюда часа два!

— Мы ходили кругами сквозь незнакомые заросли. Обычное дело. Пошли, покажу, как мы близко.

Дорога к океану и впрямь заняла не больше четверти часа. Констанция смогла оценить предусмотрительность Дика. Спуск с горы оказался крутым, так что с этой стороны волны им не угрожали, а более пологий подъем находился гораздо дальше от океана. В целом остров оказался совсем небольшим.

Конни вступила на белоснежный пляж и немного оробела, но потом сердито тряхнула подсохшими и бурно завившимися кудрями. Завязала растерзанную блузку узлом под грудью, решительно сбросила драные брюки и пошла в воду, решив не думать о том, что на ней обычное нижнее белье с кружавчиками. Психологический прием — думайте о том, что на вас самый настоящий купальник, мисс Шелтон. Представляйте его в деталях. Верьте в это.

Дик вообще не страдал стыдливостью, тем более что у него под брюками оказались плавки. Он с гиканьем и свистом кинулся в воду и сразу поплыл мощным и красивым баттерфляем. Конни, по-собачьи плюхавшая вдоль берега, немного устыдилась и предприняла попытку изобразить кроль.

Купание в океане оказалось удивительным. Вода была даже солонее, чем в море, и держаться на воде было легче. Кроме того, океан явно был живым. Огромное сказочное существо, древнейший из титанов, он подхватил девушку и ласково закачал на своих нежных ладонях-волнах. Он дышал мерно и негромко, но это дыхание отдавалось рокотом волн, плеском кружевной пены, безостановочным ритмом движения воды.

Конни не успела опомниться, как берег остался далеко позади. Она случайно взглянула в ту сторону — и немедленно испугалась. Пловец из нее был неважный, хотя плавать она научилась еще в детстве. Однако то были река, озеро, бассейн — что-то, имевшее границы. Здесь все было иначе. Перед ней расстилался бесконечный простор, позади — широкая полоса воды, и только за ней — далекий бело-зеленый берег. Конни запаниковала и тут же приказала себе прекратить. Пара простейших тестов — и она успокоилась, смогла выровнять дыхание и даже повернуть к берегу. Вот только плыла она, почти не двигаясь с места. Во всяком случае, берег ближе не становился. Тут она вспомнила об акулах, и ей стало совсем нехорошо. Мысль о том, что где-то под ней, возможно, уже бесшумно плывет безжалостная убийца с тремя рядами зубов и холодными глазками монстра, и придала ей сил, и добавила паники. Берег качнулся, стронулся с места… и стал приближаться. Констанция Шелтон молотила руками и ногами, забыв об усталости и мечтая только добраться до берега.

Возможно, знай она, что все акулы ушли в открытый океан в ожидании шторма, ей не удалось бы доплыть, но вот берег оказался совсем близко, и обессиленная Конни легла на спину, раскинув руки и ноги.

Вдруг что-то схватило ее и поволокло к берегу, а потом обратно, а потом притопило и вытащило на поверхность, и вот тогда мисс Констанция Шелтон выплюнула соленую воду и продемонстрировала миру мощь своих легких.

Она рвалась и билась, лупила руками и ногами по воде и неизвестному чудовищу — и орала, орала, орала. Самозабвенно, ничего не стесняясь и не сдерживаясь. Начав с простого «а-а-а», она перешла к адресным воплям. На седьмом возгласе «Дик!!!» у нее кончился запас воздуха, и тут же раздался восхищенный голос рыжего:

— Вот это да! А чего ж ты врала, что не умеешь орать? Если Босуорт не возьмет тебя в психологи, можно будет пристроиться на маяк. Противотуманной сиреной.

Она в ярости отпихнула руки Дика Джордана и выползла на берег, как первое земноводное. Легла на песок, закрыла глаза и лениво подумала, что не сможет встать уже никогда в жизни.

Солнце быстро высушило тонкую ткань, начало припекать. Потом ей на ноги опустилось что-то прохладное, легкое и широкое. Конни приоткрыла один глаз, удостоверилась, что это Дик накрыл ей ноги пальмовыми листьями, и процедила сквозь зубы:

— Убью тебя. Как только наберусь сил — убью.

— Прости, сестренка. Я думал, ты слышишь, как я подплываю.

— Я чуть жива была от усталости.

— Ерунда. Ты же недалеко заплыла.

— Да? Не меньше мили!

— Это только кажется.

— Потом: я вспомнила об акулах.

— Можешь забыть обратно. Перед штормом вся живность уходит подальше в океан, чтобы не разбиться о берег. Я же говорю, сейчас самое время купаться.

Помолчали. Дик вытянулся рядом с ней на песке и закрыл глаза. Конни исподтишка наблюдала за ним сквозь ресницы, очень надеясь, что он не чувствует ее взгляда.

… Рядом со мной лежит почти голый мужчина. Я тоже почти голая. На всем острове никого нет. В целом мире никого нет. Только он и я. Как странно… Любая другая девушка, наверное, знала бы, что делать. Вела бы себя иначе. А я? Что я знаю о мужчинах и женщинах?

Нет, я знаю, что у них разный тип психики. Я знаю, что они по-разному реагируют на всякого рода возбудители нервных окончаний.

Я — крупный, потому что единственный, специалист по любви!

А при чем здесь любовь? Кто говорит о любви? Кто вообще говорит хоть что-нибудь?

Какая тишина…

Конни уснула.

Она проснулась — и увидела прямо над собой лицо Дика, встрепанные рыжие волосы и зеленые глаза. В былые времена единственной ее реакцией было бы: шарахнуться и зыркнуть исподлобья так, что Дик немедленно потерял бы всякую охоту приближаться к мисс Шелтон ближе, чем на пять метров.

Однако былые времена остались в прошлом. Теперь Конни просто сонно и доверчиво улыбнулась Дику Джордану.

— Я заснула, да? Надолго?

— Минут на пятнадцать. Я ходил окунуться и несу тебе благую весть, как архангел Гавриил.