Связанные - Мэри Калмз

мимо в бизнес, когда летал сам или пересаживался в автобус, когда перевозил свидетеля. Нам не требовался физический контакт, но я был не лучшим пассажиром, и, конечно, Боди это знал. Я вдруг понял, как мне не хватало его рядом, когда я был в паре с Пацци. Он знал меня так хорошо, что мне даже не нужно было говорить.

– Ты ни за что не догадаешься, что сделал Джед, – поспешно сказал Дэвис, и было очень мило с его стороны заполнить пустоту молчания, потому что оно начинало казаться немного неловким.

– Что? – спросил Хейден.

– Бриджет поговорила с ним.

Хейден уставился на своего друга.

– Что, прости?

– Она говорила с ним.

Жених Боди повернулся ко мне.

– Правда?

Я прищурился на него.

– Разве тебя не уволят, если ты не будешь разговаривать с людьми в самолете, миловаться и болтать?

– Нет, – заверил меня Хейден. – У нее смехотворно завышенная квалификация, она работает шеф-поваром-консьержем, когда не занимается этим, знает обычную и детскую сердечно-легочную реанимацию и может управлять самолетом, если пилот окажется недееспособным. Самое главное для нас - она еще и потрясающий миксолог [13].

– Ух ты! – я был искренне впечатлен.

– На борту также есть пистолет и дубинка, которыми она умеет пользоваться. Она хорошо владеет несколькими видами самообороны.

Я усмехнулся.

– То есть ты хочешь сказать, что она крутая во всех отношениях.

– Так и есть, – Хейден улыбнулся мне в ответ. – И по этой причине мой отец нанял ее, и только он мог принять решение отпустить ее, даже когда она выбросила моего друга Майкла из самолета год назад.

– В ее защиту скажу, что он был пьян и пытался до нее дотронуться, – вклинился Дэвис.

– Тебе не нужно защищать ее в этом случае, – укорил его Боди. – Он заслуживал того, чтобы его удалили любым способом за то, что он находился в ее личном пространстве без ее прямого разрешения.

– Нет, я согласен, – ответил Дэвис. – Я просто имел в виду, что...

– Держу пари, она зарабатывает больше денег, чем я, – сказал я Боди, пытаясь разрядить обстановку.

Когда он повернулся ко мне, то ухмыльнулся.

– Но ты паршивый бармен.

– Миксолог, – поправил я его, легонько толкнув своим здоровым плечом.

– И это тоже, – сказал он, хихикая.

Я насмешливо хмыкнул.

Она вернулась с подносом, на ее лице застыла маска безразличия, когда она передала Дэвису салфетку, а затем его напиток. Повернувшись ко мне, она улыбнулась, и я взял сначала бутылку воды «Фиджи», а затем тарелку с сыром, миндалем и нарезанными яблоками.

– Большое спасибо, – улыбнулся я ей.

– Я подозреваю, что вам нужно принимать обезболивающие препараты для плеча, а мы ведь не хотим делать это на голодный желудок?

– Нет, мэм, – согласился я, глядя на ее безупречный цвет лица и сверкающие глаза цвета коньяка, и мне очень понравилось ее лицо.

Она тихонько рассмеялась, а затем повернулась к Хейдену, и ее лицо мгновенно изменилось, вернувшись к деловому виду, как у статуи, вся ее человечность исчезла.

– Я бы хотел «Олд фешн» [14] с ржаным виски, – сказал он ей.

Она посмотрела на Боди.

– О, он тоже будет, – сказал Хейден. – Он любит их так же, как и я.

Я насмешливо хмыкнул, и Хейден посмотрел на меня.

В тот момент я подумал: «черт, не стоило ему противоречить». Этот человек был женихом Боди, я не должен был вставать между ними даже в такой мелочи. В любом случае. Держать рот на замке было правильным и умным поступком. Но я просто не такой. И никогда не был. Даже когда я пытался, у меня не было фильтра. Мне говорили об этом десятки людей, и только один человек никогда не говорил. Как обычно, он сидел рядом со мной.

Я повернулся к Боди, и он пожал плечами, а его взгляд сказал, что, что бы это ни было, сейчас это не имеет значения.

– Он не любит бурбон, виски или любой другой темный алкоголь, – сказал я, а затем снова посмотрел на Боди. – Ты тратишь впустую хорошую выпивку этого человека, если собираешься просто отставить ее в сторону, чтобы она стала водянистой от льда.

Он сузил глаза, но ничего не сказал.

– Попроси у этой милой леди джин с тоником. Готов поспорить, она готовит потрясающий напиток.

Ее губы изогнулись в уголках, и она положила руку на плечо Боди.

– Это правда. Готовлю.

Он улыбнулся ей, и я увидел, как у нее перехватило дыхание, потому что действительно, Хейден был очень красивым мужчиной, и Дэвис тоже, но Боди с его длинными густыми золотыми ресницами, точеными чертами лица, веснушками, рассыпавшимися по носу и щекам, и всей его золотистой кожей - это было зрелище, на которое нельзя было смотреть. Все, кого я когда-либо встречал, реагировали на него с особой силой. Невозможно было не реагировать.

– Тогда я бы хотел один, пожалуйста.

– Безусловно, – согласилась она, затем посмотрела на меня. – И можно Бриджет.

– Бриджет, – повторил я. – Я запомню.

Она преувеличенно игриво кивнула мне и покинула нас.

Хейден выглядел подавленным.

– Ты не любишь бурбон?

Боди прочистил горло.

– Нет, не люблю.

Он посмотрел на меня, потом снова на Боди.

– Но я заказывал тебе столько напитков с ним, и ты ходил со мной на дегустацию в Луисвилле.

– Тебе понравилось, – просто ответил Боди. – Это было не настолько важно, чтобы делать из мухи слона, но Джед прав. Тратить хороший бурбон впустую - значит оказывать тебе плохую услугу.

– Да уж, не то что заказывать виски и воду к своему шикарному «Макалан Лалик», – сказал я, указывая на Дэвиса кончиком пальца.

Хейден ткнул Дэвиса локтем в бок.

– Ты дерьмо.

– Нарушаешь кодекс братанов, чувак, – покачал головой Дэвис.

Я рассмеялся, он улыбнулся в ответ, и я услышал, как Боди вздохнул рядом со мной, словно все будет хорошо.

Когда Бриджет вернулась, она подождала, пока Боди сделает глоток. Его глаза расширились, что заставило ее улыбнуться.

– Это потрясающе, – сказал он ей.

Она приподняла брови, передала Хейдену его напиток, а затем передала мне маленький пирог с заварным кремом, который изумительно пах.

– Это просто сыр и шпинат. Я