Связанные - Мэри Калмз

– Да, но это идеально, – заверил я ее и отметил, что ее улыбка задержалась на мне, прежде чем она ушла принимать другие заказы.

– Она, как всегда, сражена наповал, – ворчливо сказал Боди.

– Что, черт возьми, это значит?

– Как всегда, ты без труда очаровываешь.

– Я?

– Да, – сказал Дэвис, и когда я посмотрел на него, он ухмылялся. – Я понятия не имел. Боди никогда не говорил о тебе такого.

– Нет? Он не говорил тебе, какой я классный?

Дэвис хихикнул.

– Нет, но он говорил другие вещи.

– О да? Например?

– То, как долго вы были напарниками, и то, что на протяжении всей его карьеры был только ты.

– Это правда, – согласился я, вгрызаясь в пирог.

– Ты мог бы поделиться, – подначил меня Боди.

– Он крошечный, – огрызнулся я.

– Не забывай жевать.

– Я всегда жую, в отличие от Дорси.

– Все эти его братья, помнишь?

Я усмехнулся, а он покачал головой, взял с моих коленей тканевую салфетку, которую принесла мне Бриджет, и вытер лицо.

Когда Бриджет прошла мимо нас с подносом, полным напитков, Хейден спросил ее, можно ли им всем съесть пирог.

– Мы вот-вот взлетим, – сообщила она ему ледяным тоном. – И я принесла его из дома, мистер Бердин.

Он кивнул, когда она уходила.

– Она меня ненавидит.

Боди хмыкнул, я пожал плечами, а Дэвис согласился, что да, ненавидит.

****

Во время полета Хейден провел Боди по самолету, чтобы познакомить с друзьями его отца, которые будут на свадьбе и прилетели на частном самолете Бурдинов. Это были услуги, которые богатые люди оказывали друг другу. Но я тоже подвозил друзей, хотя и на своей машине; в общем, все было то же самое.

Мы вылетели около одиннадцати утра и после почти пятичасового перелета прибыли около двух часов дня по тихоокеанскому времени. Это была пятница, поэтому пробок в это время не было, и мы в количестве двадцати человек вышли из самолета. Я поблагодарил Бриджет перед отъездом, пожал ей руку, крепко сжал, и она сделала то же самое. Она даже помахала мне рукой, когда я обернулся и посмотрел назад.

– Она помахала ему? – спросил один из пассажиров.

В терминале мы все направились в зону прилета и вышли на улицу, как раз когда начался дождь, но, к счастью, мы оказались под парковочной конструкцией до того, как небо взорвалось. Там стоял микроавтобус, похожий на те, что забирают людей на экскурсии, чтобы отвезти нас к семейному комплексу Хейдена на Мерсер-Айленд.

Когда Хейден сказал про остров, я подумал, что там будет мост, или что нам придется садиться на другой самолет, или что, по крайней мере, дорога туда займет какое-то время. Ничего этого не было. Дорога заняла минут пятнадцать, и, поскольку я сидел у окна и был отдохнувшим после сна в самолете, я любовался пейзажами.

– Здесь очень красиво, – сказал я Хейдену, наклонившись вперед рядом с Боди, чтобы посмотреть на него через проход.

– Согласен, – ответил он, улыбаясь. – Подожди, пока не увидишь дом, Джед.

Я кивнул, откинулся назад и отметил, как странно выглядит Боди.

– Что с тобой? – спросил я со вздохом.

Он покачал головой.

– Пошел ты, не отмазывайся, – предупредил я его. – Что? Тебе нужно в туалет? Голова болит от выпитого за день?

Он мрачно нахмурился.

– Может, ты просто посидишь здесь и заткнешься?

– Я напомню тебе, что это ты хотел, чтобы я был здесь.

– Я знаю, и я пересматриваю свое мнение.

Я ухмыльнулся ему.

– О, приятель, я мог бы улететь домой, например, прямо сейчас.

Его челюсть сжалась.

– Серьезно, – сказал я, положив руку ему на колено. – Что?

Его брови нахмурились.

– Я не... я просто чувствую себя... не в своей тарелке.

– Болен или что-то еще?

– Что-то еще.

Я кивнул.

– Тогда ладно. Скажи мне, если я тебе понадоблюсь.

– Это может стать проблемой.

– Что?

– Неважно, – проворчал он. – Ты в порядке? Тебе нужен еще один ибупрофен?

– Сейчас нет, – сказал я, перекладывая небольшую подушку, которую дала мне Бриджит, чтобы я положил ее между бицепсом и грудью. – Это очень помогает.

– Ага, кто бы мог подумать, что она еще и медсестра.

Я засмеялся.

– Я тебя ненавижу.

– Я в курсе, – поддразнил я его, убирая руку с его колена и возвращаясь к любованию видом за окном.

****

Я понятия не имел, что такое комплекс в данном контексте, но представлял себе нечто более похожее на французский замок или английскую усадьбу, чем то, к чему мы подъехали. У меня в голове был образ слова «особняк», и это было совсем не то, что я видел. Это было великолепное чудо прямо на берегу озера. Я никогда в жизни не был в более великолепном доме.

Поместье родителей Хейдена на Баттерворт-роуд располагалось на пяти акрах земли, вокруг него росли деревья, а из окон открывался потрясающий вид на гору Рейнир. Оно было похоже на курорт, настолько большим оно было. В нем было чуть меньше двадцати пяти тысяч квадратных футов [15], десять спален, пятнадцать ванных комнат и большая гостиная, из которой можно было выйти прямо на огромный задний дворик. Там было так много французских дверей... Потом две кухни и, как сказал Хейден, кладовые дворецкого, на что я кивнул, когда он это сказал, но понятия не имел, что это такое. У них был кинотеатр, комната с бильярдным столом и пинг-понгом, и даже автомат для пинбола. Я обратил внимание на полный бар, мы с остальными гостями посетили винный погреб, а затем площадки для баскетбола и ракетбола, сауну и тренажерный зал, теннисный корт, поле для гольфа и песочницу. В конце причала можно было пришвартовать свою яхту и яхту друга. Я хочу сказать, это было безумие. Кроме того, внутри все было отделано мрамором, золотом и хрустальными люстрами. Внутри было миллион мест, где можно посидеть, комната за комнатой с белыми диванами и каминами, а снаружи территория была девственно чистой, с каменными скамейками у фонтанов и искусственных прудов. Это было похоже на какой-то греческий храм с мраморными дельфинами, колоннами и вазами, наполненными цветущими растениями.

В ванной комнате миссис Бурдин