Пенни Винченци - Жестокий роман. Книга 1

Когда она наконец проснулась, было почти десять часов вечера. Брендон сидел на кровати и молча наблюдал за ней, нежно улыбаясь.

— Брендон! — Она вскочила. — Мне нужно ехать домой. Попроси, чтобы нам принесли чаю, а я тем временем приму душ. Надеюсь, ты понимаешь, что я должна вернуться домой?

— Нет, — с вызовом ответил он, как маленький мальчик, решивший вступить в схватку с более сильным подростком. — Нет, не понимаю. И не могу понять, почему я должен снова терять тебя, Каролина.

Ничто не заставит меня понять это.

— Боюсь, у тебя нет другого выхода.

И тут произошло самое неожиданное. Он заплакал — громко, навзрыд, прижимая голову к ее груди.

— Каролина, ты даже не знаешь, что со мной делаешь. Не будь такой жестокой. Я всегда помнил о тебе.

Даже когда лежал в германском госпитале с переломанными ногами, поврежденными легкими и испытывал нечеловеческие мучения, страшную боль. Я всегда думал о тебе и помнил тебя. Да я и выжил только потому, что думал о тебе. Мысль о тебе помогла мне выдержать самые страшные испытания. Если бы не ты, я бы уже давно сгнил в могиле. А потом меня отправили в лагерь для военнопленных. Ты представляешь себе, что это такое? Голод, одиночество, издевательства охранников. И снова я выдержал лишь потому, что надеялся на встречу с тобой. К тому времени я уже знал, что у нас есть ребенок, и это придавало мне силы. После освобождения я долго добирался сюда, чтобы снова изведать счастье с тобой. И сот теперь ты говоришь мне, что все кончено и нет никакой надежды. Каролина, я не вынесу этого. Ты была со мной все это время, и теперь я не могу жить без тебя. Не покидай меня!

— Мне придется это сделать, Брендон, — сказала Каролина, чувствуя, что эти слова вызывают у нее физическую боль. — Я должна это сделать.

— Нет, Каролина.

— Да, Брендон.

Он снова заплакал, закрыв лицо руками. Глядя на него, она думала: разве можно вынести такую боль, разве можно смириться с такой невосполнимой утратой?

Каролина прекрасно сознавала, что всю жизнь будет жалеть о том, что сделала такой выбор.

— Брендон, не надо, перестань, пожалуйста!

— Я не могу, — сказал он со злостью в голосе. — Как же мне не плакать, Каролина? Почему я должен облегчить твои страдания и отпустить тебя к этому человеку? Какое ты имеешь право давать мне советы?

— Никакого. — Она опустила голову. — Я не имею на тебя абсолютно никаких прав.

И вдруг се осенило. Она вспомнила, ради чего приехала в этот городок, и поняла, что может сделать для него, да и для себя тоже. Да, это будет единственным светлым пятном в этой грустной истории.

— Брендон, — решительно сказала она, — ты должен забрать нашу дочь и увезти ее с собой. Сделай это!

Пока они ехали к дому Джека, Каролина рассказывала Брендону о дочери, стараясь припомнить как можно больше. Она говорила о ее темных волосах и голубых глазах, о крохотных нежных пальчиках и круглой маленькой головке. Она сказала ему, куда нужно обратиться, чтобы вернуть дочь, пообещала позвонить миссис Джексон и своему адвокату.

— ТЫ записан в свидетельстве о рождении как ее отец, — заверила она Брендона. — Слава Богу, что я догадалась сделать это. Ты сможешь забрать ее и воспитать так, как сочтешь нужным.

Каролина быстро выскочила из машины, зная, что если задержится хоть на мгновение, то останется с ним навсегда, поддастся на его уговоры и оставит семью. Она почти не сомневалась в том, что Брендон заберет ребенка, особенно сейчас, когда окончательно потерял ее.

.

Брендон молча наблюдал, как она подошла к своей машине, включила мотор и умчалась прочь. А вместе с ней исчезла какая-то важная часть его жизни, и это доставляло ему невыносимую боль.

Он долго еще сидел в своей машине, почти, до тех пор, пока зимнее небо начало светлеть. Брендон почувствовал, что стало холодно, включил двигатель и медленно поехал по узкой улочке, вспоминая те времена, когда гулял здесь с Каролиной. Это было совсем недавно, но как все изменилось с тех пор. В сущности, все осталось прежним, кроме обстоятельств, которые сделали их когда-то счастливыми. Брендон вел машину с таким трудом, словно впервые сел за руль. Эти красивые места казались ему без Каролины унылыми и мрачными.

Проехав небольшое расстояние, Брендон остановил машину и склонил голову на руль, стараясь избавиться от неотвязных мыслей. Спустя какое-то время он огляделся и понял, что находится в живописной деревушке под названием Интон. Неподалеку виднелась небольшая церковь.

Выйдя из машины, Брендон медленно побрел к церквушке. Дверь оказалась открытой, и он вошел. Внутри никого не было. Подойдя к алтарю, Брендон опустился перед ним на колени. Он с большим трудом вспомнил слова молитвы, но это не помогло ему. Его душа так болела, что ему захотелось закричать, чтобы изгнать эту боль. И тут он вспомнил просьбу Каролины забрать ребенка. «Пойди и забери ее», — сказала она на прощание. Он вспомнил и то, с какой нежностью она рассказывала о дочери. Брендон сел на скамью и задумался.

— Маленький цветочек, — сказал он вслух, — мой маленький цветок. Да, именно так я буду называть се.

Флер. Флер Фитцпатрик. Прекрасное имя.

Он очень любил детей и не сомневался, что станет прекрасным отцом для этой маленькой девочки. А сейчас ему следует поехать найти эту злостную миссис Джексон и добиться, чтобы она вернула ему Флер. Надо сделать это немедленно. Он заберет Флер в Нью-Йорк, и они будут всегда вместе. Если ему не удалось уговорить Каролину, то с ним по крайней мере уедет дочь.

Она наполнит его жизнь светом и радостью.

Брендон поспешно вышел из церкви и направился к машине.

Все оказалось намного сложнее, чем ему представлялось. Пришлось преодолевать множество формальностей, юридических препятствий, убеждать разных людей.

Это превратилось в настоящую битву за ребенка, такую трудную, что иногда Брендону хотелось бросить все и уехать, но мысль о Каролине и о дочери заставила его довести дело до конца.

И вот наступил долгожданный день, когда он одержал победу над бюрократией. В этот счастливый день все окутал густой туман, небо заволокли мрачные тучи, и стоял легкий январский мороз. Брендон сидел в офисе адвоката Каролины и с замиранием сердца ждал развязки драмы. Вскоре послышались шум мотора, звук открывающейся двери, шаги по узкому коридору, и в офисе адвоката появилась миссис Джексон с ребенком на руках.

Брендон вскочил. Наконец-то он увидит свою дочь, свою маленькую Флер, крохотную и беззащитную. Она была чистенькой и аккуратной. Вероятно, ее приемная мать постаралась приодеть ребенка на прощание. Темно-голубые глаза девочки были мокрыми от слез. Вырываясь из рук миссис Джексон, она всхлипывала.