Убит тобой - Татьяна Семакова

пола. И в голову врывается тайфун сомнений.

Стоило оно того?

Я ищу край одеяла, чтобы закутаться в него и прошмыгнуть в ванну. Тихон замечает мою возню и тут же переворачивается на бок. Обеспокоено заглядывает мне в глаза, а я отвожу взгляд.

Как я могла решить, что этого будет достаточно? Что смогу просто переспать с ним, не испытав более глубоких чувств. Какая несусветная чушь. И так стыдно от осознания, что ему этого хватит. Так неловко.

Я пытаюсь сползти с кровати, но Тихон удерживает меня, придавив рукой.

– Что не так? – спрашивает он в лоб.

– Все хорошо, – мямлю я смущенно. – Но на этот раз я хочу успеть помыться.

– Успеешь, – заверяет Тихон, двигаясь ближе.

Он расслабляется, пристроив голову на моей подушке, зарывается носом в мои кудряшки и урчит, как кот, смяв ладонью мою грудь.

Я прыскаю и не могу сдержать улыбку, таким явным и милым кажется его удовольствие.

– Как бухой, – посмеивается сам над собой Тихон. – Но вообще, пора сваливать отсюда, – добавляет он со вздохом.

– В последний раз, когда я вышла из этого номера, меня похитили, – отмечаю я кисло.

– Меня вообще вынесли, – с неудовольствием отвечает Тихон. Переворачивается на спину и дотягивается до мобильного, который машинально бросил на тумбочку. Делает звонок. – Закажи девочку в тот занятый номер. Пусть скажет, комплимент от отеля. И оседлает его где-нибудь подальше от входа.

– И с чего ты взял, что он клюнет? – уточняю я с сомнением, когда Тихон убирает мобильный.

– Не такие уж тут и толстые стены, – отмечает он, озорно сверкнув глазами. – Мужик точно в нужной кондиции.

Я стыдливо накрываю лицо ладонями, а он со смехом целует мои пальцы.

– Подъем, – командует Тихон, стягивая с меня одеяло. – Как раз успеем помыться.

– Вместе? – бурчу я, подглядывая сквозь пальцы.

– Спрашиваешь еще, – надменно фыркает Тихон.

Садится на кровати и поднимает меня на руки. Голую. Прижимая к себе, тоже голому. Логично, что номер мы покидаем где-то через час. Ворами, под хихиканье девушки, выходим через соседний. Спускаемся на первый этаж, где нас поджидает Мирон.

– Так вот зачем мы искали ту дверь, – встречает нас Мирон насмешливой ремаркой. – Что случилось в Вегасе…

– Новости? – прерывает его Тихон, а я немного отворачиваюсь, пряча за волосами вспыхнувшие огнем щеки.

– Блондиночка ушла в глубокий отказ. Но вот что я вам скажу, зайчата, это у нее профессиональное.

– Еще раз так назовешь меня, останешься без зубов, – невзначай сообщает Тихон.

– Передних? – с прищуром конкретизирует Мирон.

– Всех.

– Согласна, – вношу я лепту.

– С чем конкретно, лапуля? – снова детализирует Мирон и с моей широкой неискренней улыбкой крякает: – Понял. Со всем. А теперь давайте прикинем. Подметки рвали на ходу, это очевидно. После повышения класса номера у них был в запасе всего час. Где за такой короткий срок найти безотказную девушку, готовую за бабки на авантюру?

– На баре, – отвечаю я и, судя по кивку Мирона, правильно.

– Блондиночка сейчас филонит в моем номере. И я готов пообщаться с ее работодателем.

– На хрена ты ее там оставил? – изумляется Тихон.

– Не осуждай меня. У меня нет бесплатной Анфисы, – пожимает плечами Мирон.

Урок на будущее – практикуешь беспорядочные половые связи, будь готова подставить лоб под клеймо.

Осознание, однако, не помогает. Моя нижняя губа норовит отпасть к полу, но я стоически удерживаю ее. Лицо Тихона мрачнеет. А Мирон с запозданием понимает, что сказал.

– Черт, – бормочет Мирон тихо.

Морщится, хмурится и подставляет брату скулу под удар.

Тихон замахивается и выбрасывает вперед кулак, а я ахаю и прикрываю отпавшую челюсть ладонью. Мирон, покачнувшись, удерживается на ногах, водит языком по зубам, трет скулу.

– С ума сошли! – выпаливаю я, убрав руку от лица.

– Заслужил, – без тени обиды отвечает Мирон. – Анфис, мои извинения.

– Да пофиг мне, – отмахиваюсь я нервно. – Не надо так больше! Вы же братья!

– Да, братья, – подтверждает Тихон, притянув меня к себе за талию. – Но и ты не пустое место. За языком нужно следить.

Он целует меня в макушку, а Мирон равнодушно, будто ничего не случилось, пожимает плечами:

– Согласен. Пойдем? – кивает он на лифты.

– Как ты собираешься заманить ее работодателя? – спрашиваю я у Мирона, когда мы все вместе проходим в кабину лифта.

– Сама вызовет, когда увидит толпу, – отмахивается Мирон. Выглядит при этом так невозмутимо уверенно, что кажется, будто ситуация для него не просто знакомая, обыденная.

Входим в номер друг за другом.

– Мы так не договаривались! – резко заявляет девица, перестав изображать Клеопатру на постели. – Постой-ка, – бормочет, присматриваясь ко мне, – я тебя знаю! Так, все, я пошла… Что бы это ни было, я в этом не участвую. Я слышала про этого мужика и все, что я могу, – это выразить соболезнования. Его и твоей безвременной кончине, – дерзит она, вытаращив на меня глаза. – Досвидули.

Девушка натягивает платье через голову, а Тихон встает в проходе.

– Это не смешно, – немного истерично говорит девушка. – Пропусти меня. Или я позвоню Вадику и придет он не один.

– А успеешь? – зловеще хмыкает Тихон из капюшона.

– Я была в номере напротив, ясно? Я ничего не видела и не слышала. Все. Больше мне сказать нечего. Отойди.

– Звони Вадику. И лучше бы ему прийти одному, – отмечает Тихон, хрустнув шеей. – Натаскался сегодня.

– Черт, реально? – морщится Мирон. – И кто?

– Посмотришь. Сохранил для тебя.

– Понял, – вздыхает Мирон.

– Че, реально звонить? – недоверчиво бурчит девушка, поглядывая с одного брата на другого.

– Реально, красавица, реально, – поторапливает ее Мирон. – Скажи, мент оборзел, привел компанию, а накидывать сверху жмется.

– Так ты жлоб? – разочарованно кривит губы девушка, доставая из крошечной сумочки телефон. – Все симпатяги жлобы.

– Я очень щедр и закрою глаза на счет за мини-бар.

– Шоколадка осталась? – шепчу я девушке.

– С орешками, – шепчет блондинка в ответ, прикрыв динамик телефона ладонью. Я иду к мини-бару, а девушка капризничает в трубку: – Але, Вадик. Ну, тут ситуация.