Нэйт - Селия Аарон

оторвался от моих губ и повернулся, опустившись коленями на траву и положив меня на спину. Его руки блуждали по моему телу, когда он снова взял мой рот, его язык уверенно и возбуждающе прижался к моему. С силой потянув, он дернул мой спортивный лифчик вверх, оголяя грудь. Нэйт обхватил их, сжимая и массируя руками, и поцеловал меня в шею.

Ко мне никогда так не прикасались, и теперь, когда это случилось, я хотела все сразу. Выгнув спину, я прижалась грудью ближе к нему. Он принял мое предложение и взял в рот один сосок. Я застонала, звук был низким в моем горле, когда его зубы задели твердый бутон. Ощущение было гораздо более сильным, чем все, что я могла создать своими собственными пальцами и воображением. Я вся горела от губ Нэйта. Когда он перешел к другому соску, я потянула его за волосы, желая его больше и больше, когда он прижался ко мне своим членом.

Целуя мой живот, он схватил меня за пояс шорт и рывком спустил их до колен вместе с трусиками.

— Кто-нибудь может увидеть, — хрипло произнесла я, глядя на окна в задней части дома.

— Да пусть видят. Я хочу, чтобы они тоже слышали, как ты зовешь меня по имени, когда кончаешь мне в лицо.

— Нэйт! — вскрикнула я, когда он прижался ртом к моей киске, поднимая мои колени выше.

Он скользнул языком между моих складочек, его прикосновение подняло меня к эротическим высотам, о существовании которых я и не подозревала.

— Я единственный, кто когда-либо пробовал это?

— Да.

Я попыталась сдвинуть ноги, но он держал их открытыми, кончиком языка касаясь моего клитора.

— Это моё?

— Да!

Я дернула бёдрами, прижимая свою киску к его лицу, когда он застонал и лизнул глубже.

— Тогда дай это мне, — он сдернул с меня шорты и трусики и стащил их с меня, не снимая теннисных туфель. Раздвинув мне ноги пошире, он уставился на моё самое интимное место. — Такая розовая, — проговорил он и начал лизать, долго и медленно, а у меня сводило пальцы на ногах. — Вся моя, — не останавливался он. Прижав ладони к внутренней стороне моих бедер, он развел мои ноги так далеко, как только возможно, а затем присосался к моему клитору, втянув его между зубами.

Я сжала его волосы между пальцами. Опьяненная ощущением его рта, я стала двигать бёдрами, больше не заботясь о том, кто может увидеть. Нэйт лизнул и пососал, затем двинулся ниже. Давление его языка внутри меня вырвало стон из моих легких.

Он отстранился и медленно облизал мой клитор.

— Только я. Я один. Скажи это.

— Ты один.

Он снова нырнул вниз, безжалостно терзая ой клитор резкими движениями. Мои ноги начали дрожать, и он впился пальцами в мою кожу, удерживая меня крепко, когда трахал меня своим языком. Все вышло из-под контроля, и мои бедра напряглись и широко раскрылись. Я замерла, а затем кончила в ослепительном порыве, моя киска сжалась, когда волны удовольствия прокатились по моему телу. Я простонала его имя. Снова и снова, ничего не осталось в моих мыслях и на языке, я могла только звать Нэйта по имени, а он продолжал лизать меня, хотя мои ноги дрожали, уже не подчиняясь мне. Надо ли мне было смущаться от того, как быстро я кончила?

Когда последняя дрожь утихла, я попыталась отползти назад, слишком сильно ощущая его язык. Нэйт зарычал и удерживал меня на месте, проходя поцелуями сверху вниз, пока, наконец, не сел и не облизал губы.

Он усмехнулся:

— Завтрак чемпионов.

— Эт-то было… — я глубоко вздохнула, когда он поправил мой спортивный лифчик, а затем натянул мои шорты и трусики обратно на бёдра.

— Я знаю.

Его самодовольная ухмылка вызвала у меня желание закатить глаза и сбить с него спесь, но я была слишком счастлива, чтобы ответить ему тем же. Никогда в жизни у меня не было такого сильного оргазма. И это после бесчисленных ночей, когда я прикасалась к себе, думая о нём. Как может быть такая разница между ночью и днём?

Я взяла его за руку, и он помог мне подняться. Мои колени подгибались, ноги дрожали, как желе, но мне удалось сделать шаг, похожий на новорожденного олененка.

— Ты только что сделал это со мной на траве. На заднем дворе.

Я посмотрела на дом и съёжилась. Кто слышал, как я выкрикивала имя Нэйта?

— Да, — ответил он, с силой шлёпнув меня по заднице, — Если ты сейчас же не войдешь в дом, я не смогу обещать, что это не повторится.

— Святые… — я поспешила внутрь, мой сверхчувствительный клитор умолял об отсрочке, но в то же время требовал большего.

Нэйт последовал за мной и закрыл за нами дверь. Он положил руку мне на плечо и развернул лицом к себе.

— Слушай. Теперь, когда мы сделали это, нам надо забыть про эти глупости…

— Забыть про эти глупости? — вырвалось у меня. Я вздернула подбородок и встретилась с ним лицом к лицу. — Ты это так называешь?

Он осторожно расправил рукава рубашки.

— Да. Теперь, когда это случилось, нам нужно притормозить всё это.

— О-о-у, так после того, как ты попробовал мою киску на заднем дворе, пришло время остудить голову?

Нэйт положил обе руки мне на плечи и сжал.

— Если мы пойдём дальше, я не знаю, смогу ли остановиться, — сказал он. Неприкрытая правда окрасила его голос. — И это не то, что я хочу для тебя.

Даже если не брать во внимание боль от пренебрежения, то я уже устала от того, что он твердит мне, чего хочет для меня, вместо того, чтобы слушать то, что я хочу для себя.

— А я не хочу останавливаться.

Он закрыл глаза и тяжело вздохнул:

— Мы должны это сделать.

— А знаешь, что? — не выдержала я и вырвалась из его хватки. — Да иди ты..!

Он резко распахнул глаза и с прищуром взглянул на меня:

— Что?!

— Я сказала, иди ты на хрен! — прошипела я. — Это какая-то чушь, словно мы подростки. Ты это знаешь? Ты получил то, что хотел, и теперь просто собираешься порвать с этим? Вообще-то, это даже не средняя школа. Это детский сад!

Он разинул рот, воплощая собой уязвленную гордость.

— Ты что, издеваешься надо мной?

— Вовсе нет. Ты все время говоришь мне, что мне восемнадцать, но совершенно ясно, что я здесь самая зрелая.

Он пробормотал:

— Я не школьник и давно не подросток, а ты…

— Да, такой ты и есть. Бежишь, как испуганный маленький