Нэйт - Селия Аарон

он отпустил её и стал показывать приёмы. Она уперла руки в бока и слегка склонила голову набок, прислушиваясь и запоминая.

— У неё получается гораздо лучше, чем пятнадцать минут назад.

Сузив глаза, я спросил:

— Ты наблюдал за ней пятнадцать минут?

Он усмехнулся:

— Она твоя, босс. Не волнуйся.

«Да, она моя», — так я подумал, но тем не менее произнёс:

— Нет. Она не будет частью этой жизни. Она собирается в колледж и уедет отсюда.

Он повернулся ко мне, и его губы дрогнули в улыбке.

— Вчера вечером, когда она сидела у тебя на коленях, всё выглядело совсем не так.

Я отмахнулся:

— Это было нужно, чтобы успокоить её. Она пыталась спасти Уилла, так что ей было грустно и всё такое.

— И, правда, — протянул он. В его голосе я уловил сомнение и понял, что он не поверил.

Но я не собирался делиться подробностями о том, что ещё происходило в моем кабинете после его ухода. Пора было уже сменить тему.

— Слышно что-нибудь из ваших источников?

— Пока нет. Хотя ещё рано. Сегодня всё должно быть неопределённо. И русских это точно выбило из колеи, учитывая вчерашний вечер. Возможно, мне придется подождать, пока всё уляжется, прежде чем я смогу снова начать толкать.

Позади нас открылась кухонная дверь, и оттуда вплыла Опал с большим кофейником в руках и поприветствовала нас:

— Доброе утро, мальчики.

— Доброе утро, — хором ответили мы.

— Завтрак будет готов через полчаса, — сказала она и направилась дальше по пути в столовую, когда подошел Джордж, появившись из фойе.

— В доме тихо, — сказал он, посмотрев мимо меня на Сабрину, которая снова оказалась в медвежьих объятиях Дэвида. — Я просто прогулялся до ворот и обратно, чтобы убедиться. Всё в порядке.

— Ты же не всю ночь не спал, правда? — спросил Питер у него.

— Нет. На вахте стоял Тони. Я только пришел, чтобы сменить его на дневную смену, — ответил он и снова перевел взгляд на Сабрину.

— Вот туда и иди тогда, — рявкнул я.

Он заглянул мне в глаза, затем почтительно опустил свои.

— Да, сэр.

Как только он вышел за пределы слышимости, раздражающий смешок Питера снова достиг моих ушей.

— Никто не подкатывает к твоей девушке.

— Пусть Джордж перестанет пялиться на неё, — проговорил я, медленно разжав кулаки, пытаясь — и безуспешно — расслабиться.

Его смешок перерос в хохот, плечи задрожали.

— Что тут такого смешного?

— Джордж не интересуется Сабриной.

Это невозможно. Я наблюдал за ней через стекло, за солнцем в её волосах и округлой попкой под светло-голубыми спортивными шортами. Ни один мужчина в здравом уме не мог бы не захотеть её.

Питер хлопнул меня по плечу.

— Джордж, в принципе не такой, он вообще на женщин плевал с высокой колокольни, ну а смотрит он только на тебя.

У меня пересохло во рту. Я переспросил:

— Что?

— Да ладно, ты ведь знал, — сказал Питер, подмигнув мне.

— Нет, не знал.

— Неужели? — усмехнулся он. — Мне кажется, Джордж — бисексуал, и он все время посылает тебе эти тоскливые взгляды. Даже Дэвид заметил.

Я посмотрел на Джорджа в фойе. Он быстро отвел взгляд. «О, чёрт». В те времена, когда я спал с его сестрой, он, казалось, путался под ногами больше, чем обычно — говорил мне «привет» и продолжал нести всякую чушь, пока я пытался улизнуть через заднюю дверь. И все же я не мог поверить, что не заметил этого.

— Ты прикалываешься надо мной.

Питер покачал головой и усмехнулся:

— Не-а.

Я провел рукой по пиджаку, расправляя складки.

— Я имею в виду, что это имеет смысл. Посмотри на меня, ради всего святого. Ты, наверное, фантазируешь обо мне так же, как и Джордж. Всегда дрочил, думая обо мне. Вы же не можете ничего с этим поделать, когда должны находиться рядом с этим прекрасным телом всё время. Я рассказывал тебе о том времени, когда подозревал, что бывший наш киллер Конрад стал геем из-за меня?

Питер покачал головой.

— Я рад, что ты не изменился.

— И твоя мамаша тоже.

Он похлопал меня по здоровой руке, прежде чем повернуться и направиться к входной двери.

— Какие планы на день? — спросил я.

— Пополнить склад. Мы потратили чертову тонну боеприпасов в порту. Я собираюсь навестить Сэма в гараже. Возьму ещё патронов и посмотрю, есть ли у него новые игрушки, которые мы могли бы использовать против русских.

Сэм был старым игроком в мафиозные игры и легально держал автомастерскую, в которой скрывались не совсем законная мясная лавка и бизнес по контрабанде оружия.

— Я вернусь до того, как Колам и его ребята придут на собрание сегодня днем, — продолжал Питер.

— Правильно, — ответил я. Я не то чтобы забыл, что ирландцы собираются нас навестить, но, несмотря на всё это безумие, как-то упустил это из виду. Моё настроение упало при мысли о том, что они будут хозяйничать в моем кабинете, притворяясь, будто они королевы этого дерьмового бала. — Они захотят услышать все о прошлой ночи.

— И их будет очень сложно убедить насчет стукача.

— Тут я их не виню. Нам нужно укрепить нашу группировку, прежде чем мы сможем ожидать, что кто-то объединит с нами свои силы, — сказал я и потёр виски.

— Верно, — сказал он, застегивая пиджак. — Хотя, конечно, отстойно.

— Ни хрена себе, — вырвалось у меня. Я снова сосредоточился на Сабрине. Она кружила вне досягаемости Дэвида, но чуть не споткнулась о собственные ноги.

— Потом.

Шаги Питера затихли, когда я увидел, как Сабрина безуспешно пытается убежать от Дэвида. Её равновесие было нарушено, она не ожидала его движений, и ей нужно было опуститься ниже.

Я снял пальто, бросил его на спинку дивана в своем кабинете и расстегнул манжеты. Толкнув стеклянную дверь, ведущую во двор и к бассейну, я почувствовал прохладный утренний воздух. Трава все еще была влажной от росы, а бассейн сверкал в первых лучах света.

Сабрина попала в удушающий захват, Дэвид засмеялся, когда она вцепилась в его руку.

— Придурок! — воскликнула она и пнула его ногой, но он не двинулся с места, просто удерживал её, пока она боролась и, в конце концов, сдалась.

— Давай я попробую, — вмешался я, закатывая рукава.

Дэвид отпустил её, и она повернулась ко мне лицом. Её щеки порозовели от напряжения, а лоб покрылся капельками пота.

— Займись этим сам. Это слишком легко для меня, — сказал Дэвид с ухмылкой и прошел мимо меня, когда Сабрина показала ему средний палец.

Когда он исчез в доме, она спросила:

— А как же твоя рука?

— Все нормально, — ответил я.