Связанные прошлым - Кора Рейли

и ты, черт возьми, в нее попала, — пробормотал Энцо.

Я молча кивнул. Это не простое совпадение. Моя жена попалась прямо в эту ебаную ловушку.

Валентина посмотрела на меня.

— Что ты имеешь в виду?

Она умудрялась казаться изощренной и хорошо знакомой с нашими обычаями, но в конечном счете Валентина мало знала об истинной опасности мафиозной жизни.

— Разве ты не задавалась вопросом, зачем он хочет с тобой встретиться? Возможно, к нему обратились Русские и он согласился им помочь. Они хотели тебя убить тебя.

— Фрэнк бы не сделал такого.

Такая доверчивая и наивная! Я не хочу потерять Валентину. Не могу.

После того как прибыло подкрепление и отвезло Энцо к нашему врачу, я повёз Валентину домой.

— Мне очень жаль, — прошептала она по дороге к нашему особняку.

Я ничего не ответил, поглощённый таким количеством противоречивых эмоций, что было трудно держать себя в руках. Злость на Валентину за то, что она не подчинилась моему приказу, беспокойство из-за потери ее и необходимость доказать самому себе, что эта девушка моя. То, что я почувствовал, увидев Валентину с Фрэнком, было больше, чем просто собственничество, а затем острый ужас, который я ощутил, когда пуля прошла мимо головы Валентины на несколько сантиметров…

Я не хотел размышлять о своих эмоциях, не об этих эмоциях, и сосредоточился на своем гневе за жену.

Приехав домой я направился прямиком в нашу спальню, желая избавиться от своей ярости.

— Мне правда очень жаль, — сказала Валентина, когда мы вошли в комнату, но я не собирался так легко ее отпускать.

Я толкнул Валентину к двери спальни, прижавшись грудью к ее спине, в кои-то веки применив свою физическую силу против жены, заставив ее застыть в неподвижности. Мой член уже становился твердым, чувствуя сексуальное тело Валентины напротив моего.

— Почему ты упрямо продолжаешь не слушаться меня, Валентина? — прорычал я.

Я задрал ее юбку и уперся своей эрекцией в ее задницу, показывая, что она сделала со мной. Она судорожно вздохнула, и по ее коже побежали мурашки.

— Я не знаю, — призналась она дрожащим голосом.

Мой гнев был ошеломляющим, только превзойденным яростным голодом, поглощающим все мое существо.

— Это неправильный ответ.

Прикоснувшись к ее киске, я обнаружил Валентину мокрой, и вошел в нее двумя пальцами, убедившись, что она готова к злому сексу, которого я жаждал. И черт возьми, она была готова. Она была возбуждена нашей ссорой, которая злила и возбуждала меня одновременно. Вызов противоречивых эмоций — специальность Валентины.

Я начал трахать ее прямо у двери, не сдерживаясь. Мой гнев вырвался наружу, когда я грубо взял ее, доминируя над ней, не давая выбора, кроме как уступить моим требованиям, и она подчинилась. Ее стоны вышли из-под контроля, киска скользила вокруг моего члена, и когда она с криком кончила и откинула голову назад, я не смог удержаться, чтобы не поцеловать ее жестко, требуя этот прекрасный рот, как я требовал ее киску. Я продолжал вливаться в нее, переполненный горячим, обжигающим наслаждением, с которым никогда раньше не сталкивался, и когда я кончил в нее, то прижался поцелуем к ее шее, и уже не был уверен, что чувствую.

Часть 6

Мой гнев был безопасным вариантом, поэтому я сосредоточился на нем и полностью игнорировал Валентину в последующие недели. Это было суровое наказание для нас обоих. Лежа рядом с ней ночью, с ее соблазнительным запахом в моем носу, с жаром ее великолепного тела рядом со мной, не трахать ее было пыткой.

Валентина предоставила мне пространство, и на этот раз я пожалел, что она не противостояла этому, хотел, чтобы она попыталась соблазнить меня, как делала это в самом начале, просто чтобы я мог сдаться.

Спустя две недели я проиграл свою битву с самим собой. Мы с Валентиной только выключили свет и легли рядом в постель, когда пульсирующее желание в моем члене стало слишком сильным. Я приподнялся на локте.

— Никаких слов, — прорычал я.

Валентина затаила дыхание, когда я спустился вниз по ее телу, снял трусики и лизнул ее вход. Она выгнулась у моего рта со сдавленным стоном. Я трахал ее своим языком, так страстно желая ее киску, что мой член дернулся на матрасе. Она кончила через несколько минут. Я не торопился, с нетерпением ожидая продолжения. Я встал и спустил пижамные штаны.

— Встань на колени, Валентина.

Я услышал шорох, потом она появилась передо мной и встала на колени. В темноте комнаты я мог разобрать только силуэт. Схватив ее за шею, я направил ее к своему ожидающему члену. Я не позволил ей взять меня, как обычно, не в настроении для нежного подхода сегодня ночью. Вместо этого начал трахать ее рот, позволяя своему гневу подпитывать мои движения. Она задохнулась, когда я ударил ее сзади по горлу, но не отстранилась. Ее редкие стоны вокруг моего члена и то, как она беспокойно двигалась, говорили мне, что ей это очень нравится.

— Не прикасайся к себе. Я единственный, кто заставит тебя кончить, — прорычал я.

Она вздрогнула, и я понял, что сейчас она истекает своими соками. Блядь. Эта мысль опрокинула меня через край, и я выстрелил своей спермой ей в горло, удерживая ее на месте крепкой хваткой на ее шее. Я притянул ее к себе и прошептал ей на ухо:

— Я все еще злюсь на тебя. Вот почему ты ляжешь спать, не достигнув второго оргазма.

Она издала тихий звук протеста.

— Ни слова больше, Валентина.

— Данте…

— Нет, — я зарычал.

Я натянул штаны и вернулся в постель. Валентина последовала за мной и растянулась рядом, наблюдая за мной в темноте. Она потерла ноги друг о друга, явно ища облегчения, и это сводило меня с ума, зная, насколько она промокла.

Не говоря ни слова, я раздвинул ее ноги и погрузил в нее два пальца. Валентина сжалась вокруг меня и со стоном выгнулась. Продолжая держать свои пальцы внутри нее, укусил мочку ее уха.

— Я слишком снисходителен к тебе.

Я вытащил свои пальцы из нее, испытывая почти непреодолимое искушение засунуть их в рот, чтобы снова попробовать Валентину.

— Я могу попробовать себя на вкус?

Мой член дернулся. Эта девушка была намного больше, чем я ожидал, намного больше, чем я мог сопротивляться.

* * *

В последующие недели я трахал Валентину каждую ночь и вел вежливый, но отстраненный диалог, хотя и жаждал большего. Я не мог объяснить притяжение между нами. Эта первобытная связь была для меня в новинку.