Ноэль Бейтс - Пылкая ревнивица

— Тебе придется искать себе замену, — резюмировал Райс.

Казалось, девушка должна была радоваться, что разговор наконец закончился, но она кусала губы, пытаясь сдержать слезы. Значит, вот как выглядят изящные игры без любви: равнодушие наступает очень быстро.

— Конечно. — Люсинда кивнула, стараясь придумать подходящий ответ, чтобы взять себя в руки, но в голову не приходило ни одной мысли. — У тебя есть какие-нибудь пожелания к кандидаткам? — выдавила она.

— Выбирай тех, — жестко произнес Томас, — кто отнесется к работе серьезно.

— Извини… — запинаясь, начала Люсинда, но он резко оборвал ее.

— Не надо. Если бы я предполагал, что ты закатишь такую истерику, я бы близко к тебе не подошел.

— И тем не менее у тебя не нашлось сил отказаться, согласись. — Обида придала Синди мужества, и она смело взглянула в глаза Томаса.

Он сощурился.

— Ты о чем?

— Реджина разорвала помолвку, и ты захотел переспать со мной, прекрасно зная, что я не откажу.

— Так вот, оказывается, в чем дело. — Райс напоминал сжатую пружину. — В уязвленном самолюбии.

Удар попал точно в цель: Люсинда вспыхнула и отвернулась. Он неприятно засмеялся.

— Никакой женщине не нравится, если ее просто используют, — пробормотала девушка.

— А мне показалось, ты получала удовольствие, — иронически произнес босс. — Или я неверно истолковал ситуацию?

— Я — дура, — самокритично призналась она. — Если я — твоя ошибка, значит, ты — моя. Во всяком случае, именно так советую тебе воспринимать случившееся.

А на что она рассчитывала после одной-единственной ночи? На любовь и замужество?

Глупышка!

— Я не маньяк, — сухо произнес босс. — Я хотел тебя, ты — меня. И все.

— И ты считаешь, что мы можем продолжать работать вместе? — не унималась Люсинда.

— Бессмысленно спорить. Я не собираюсь тебя уговаривать. Ты приняла решение, и переубеждать тебя нет смысла. Прежде всего, разбери бумаги, а когда найдешь нового секретаря, можешь считать себя свободной.

— Спасибо, — ответила Синди и тут же подумала: за что его благодарить? За то, что Томас разрушил ее жизнь? Или за то, что один раз использовал ее? И тем не менее несправедливо обвинять Райса в том, на что она с готовностью пошла сама, не задавая никаких вопросов. Однако Райс, по ее мнению, все же виноват.

Люсинда вышла из кабинета и тут же отправилась в туалет: ее тошнило. Вернувшись, она обнаружила на столе записку с указаниями босса и три письма, которые следовало отпечатать. Она отложила бумаги в сторону и, позвонив в бюро занятости, назначила на следующий день четыре встречи. Нужно работать, не оставляя времени на размышления, а тоску оставить на потом.

Девушка испытала странное облегчение, когда нашла подходящие кандидатуры. Одна из них — женщина лет тридцати пяти — сидела несколько лет дома с детьми. Другая — такого же возраста — приехала с мужем из какого-то южного штата. Обе показались Люсинде толковыми и коммуникабельными. И когда в половине шестого вернулся Томас, она сообщила ему о претендентках.

— Выбери ту, которая тебе понравится, — сказал он, направляясь в кабинет. Секретарша уставилась на него в изумлении.

— А почему ты сам не намерен побеседовать? — спросила она.

Оглянувшись, босс произнес с холодной усмешкой:

— Доверяю твоей интуиции. Правда, в чем-то она подводит тебя, но в целом не обманывает. — И закрыл дверь.

Синди ничего не оставалось, как позвонить в агентство, назвать кандидатуру и назначить собеседование. Затем она связалась с отделом кадров и продолжала работать, не поднимая головы, чтобы скорее выполнить дела, ибо у нее сложилось впечатление, что Райс старается от нее избавиться. Ему надоели ее детские сомнения и угрызения совести. Что ж, меня тоже все очень устраивает, убеждала себя Люсинда, с такой яростью нажимая на клавиши, как будто ударяла по голове Томаса.

Уходя, босс едва заметно кивнул ей. Взглянув на часы, Синди обнаружила, что уже около семи. От голода у нее слегка кружилась голова.

По дороге домой Люсинда зашла в магазинчик, в котором, к сожалению, кроме консервов и небольшого выбора овощей, ничего не оказалось. Проглотив наспех приготовленный ужин и наконец вытянувшись на кровати, она привела мысли в некоторый порядок и, уже засыпая, подумала, что наступают ее последние рабочие дни.

Впервые Синди пришла в офис поздно. И сразу направилась в кабинет босса. Постучавшись и распахнув дверь, увидела, что тот говорит по телефону. Указав на стул, Томас продолжал отдавать какие-то распоряжения не терпящим возражений тоном. Она украдкой поглядывала на него, стараясь запечатлеть в памяти сильное тело, выразительный изгиб губ, холодные голубые глаза. Она ими по-прежнему восхищалась.

— Слушаю, — сказал Райс, опуская трубку.

— Я нашла замену. — Секретарша обошлась без предисловий. — Молодая женщина, семейная. Несколько лет не работала, воспитывала детей. Она хорошо справилась с текстом. Знакома с машинописью, делопроизводством. Думаю, без большого труда освоит нашу специфику.

— Как ее зовут? — спросил босс.

— Салли Маккен. Завтра приступает к работе. — Люсинда помедлила, затем подняла на него глаза. — Полагаю, к концу недели передам дела. Значит, в пятницу приду на службу последний раз.

— Конечно, — спокойно отреагировал Томас.

Синди поднялась, собираясь уходить, но не успела повернуть ручку двери, как босс оказался рядом. Прислонившись спиной к двери, он смотрел на девушку сверху вниз.

— Возможно, я редко буду в офисе на этой неделе, — заговорил Райс низким голосом, — поэтому намерен поговорить с тобой сейчас, другого случая, возможно, не представится.

Взгляни на меня, — скомандовал он, и Люсинда заставила себя поднять глаза. — Я не хочу, чтобы у тебя осталось впечатление, будто я провел с тобой ту ночь в поисках утешения от разбитой любви.

— Не нужно ничего объяснять, — резко ответила Люсинда. В ее голосе звучали горечь и гнев.

— Нет, нужно. Ты весьма эмоциональная особа, и любовная история может принять в твоем воображении угрожающие размеры и вообще выйти из-под контроля.

— Спасибо за заботу, — произнесла девушка с подчеркнутой иронией.

Назвав ее особой, идущей на поводу эмоций, босс не собирался обидеть Синди. Но ей стало еще обиднее.

— В ту ночь произошло неожиданное. Не считай, что у меня была ностальгия по Ре джине.

— Однако ты любил ее, — возразила Люсинда.

— Это вопрос или констатация факта?

— Наблюдение.

Томас ничего не ответил. Помолчав, сказал, не глядя на девушку:

— Я не хочу, чтобы ты уходила.

На его шее выступили багровые полосы, слова прозвучали довольно резко. И Люсинда вдруг осознала, что босс волнуется. Возможно, впервые в жизни Райсу приходилось просить: ему, который привык приказывать и не сомневаться в послушании.