Шарлотта Лэм - Соблазнитель в деловом костюме

— Она кажется такой милой.

— Внешность обманчива, — заявил Мэтт, окинув Бьянку весьма многозначительным взглядом. Она решила не спрашивать, что он имел в виду, дабы не нарваться на очередную ссору.

Они ехали по М25 — кольцевой трассе, проходящей через столичные пригороды, плотный поток транспорта на которой не ослабевает ни днем, ни ночью.

Наконец они свернули на шоссе М1, ведущее на север, но через полчаса покинули и его, направляясь в деревню, где обитало семейство Хестонов.

Бьянка смотрела в окно, на склоняющееся к горизонту солнце. Поля чередовались с полосами деревьев — дубов и ясеней, недавно начавших покрываться листвой; а яблони в садах еще не успели отцвести. В воздухе витали сладковатые, тяжелые, усыпляющие ароматы приближающейся ночи.

— Любопытно, — произнес вдруг Мэтт, и Бьянка вздрогнула от неожиданности. — Каково это работать на компанию-хищника, которая существует за счет поглощения мелких фирм, отнимает у людей работу, разоряет вкладчиков, и все это ради получения прибыли?

— Это ложь! ТТО — передовая, преуспевающая компания. Мы изучаем рынок, развиваем новые технологии. А если и покупаем фирмы вроде твоей, то только потому, что наши компании подходят друг другу и могут взаимодействовать.

— Взаимодействовать? — с иронией повторил Мэтт. — Да, конечно. Так это называет Хестон.

— И это значит, наши компании подходят друг другу!

— Я прекрасно понимаю, что это значит и чего хочет от нас Хестон. Но чего хорошего нам ждать от Хестона?

— После заключения сделки ваши акционеры будут получать большую прибыль. А с поддержкой ТТО ваша продукция завоюет значительную часть рынка.

— Но что я буду с этого иметь, если потеряю свою компанию?

— Я уже объясняла. ТТО хочет, чтобы ты вошел в совет директоров, чтобы ты работал на нас, и тогда ты ничего не потеряешь.

— Кроме моей независимости, кроме моей свободы, кроме возможности самому принимать решения!

— Возможность принимать решения у тебя останется! Ты будешь отвечать за воплощение в жизнь твоих изобретений!

Мэтт рассмеялся.

— Ты меня за дурака держишь? Решения станет принимать Хестон. А я буду прыгать перед ним на задних лапках и выполнять его приказы. У меня не будет ни свободы, ни ответственности. Скажи честно хотя бы раз, Бьянка, какая свобода есть у тебя?

Ей нечего было возразить.

— Почти никакой, но я ведь не определяю политику компании. Мое дело — вести переговоры, торговаться, убеждать. Судьбоносные решения принимает только Дон. Все-таки он начальник.

— И ты принадлежишь ему.

Она остолбенела.

— Я же говорила, нет!

— Что он сказал тебе по телефону?

— Ничего.

— Что-то он должен был сказать. Что именно?

Бьянка замялась.

— Что он пытался дозвониться ко мне в Лондон и…

Она умолкла, и Мэтт ехидно продолжил:

— И спросил, что ты делаешь в моем загородном доме, и спала ли ты со мной?

Бьянка уставилась в окно, не удостоив его ответом.

— Он предлагал тебе переспать со мной, чтобы добиться моего согласия?

На этот вопрос Бьянка тоже не ответила. Она не хотела лгать, но и признать правду не могла.

— Видимо, я угадал, — заключил Мэтт. — А теперь расскажи мне о Гарри Мистелле.

Она до боли сжала кулаки.

— Нет.

— Я в курсе последних сплетен. Вы начали встречаться, затем его отец заключил сделку с Хестоном, и ваши отношения с Мистеллом-младшим неожиданно прекратились. Говорят, ты водила его за нос, а потом вильнула хвостом и упорхнула. Не слишком красивая история.

— Неправда! — со злостью возразила Бьянка. — Это Гарри разорвал нашу дружбу…

— Дружбу? — с иронией повторил Мэтт. — Вот, значит, что было между вами? Просто дружба? А не любовь, нет?

— Дружба, — процедила она сквозь зубы. — Просто дружба.

— И почему же Мистелл тебя бросил?

— До него дошли слухи. Они были лживыми, но он отказался мне верить.

— Слухи о тебе и Хестоне?

Бьянка кивнула.

— Все это ложь. Я пыталась его убедить, но он не стал слушать.

— Дурак. С такими людьми, как он, лучше не связываться. Ты никогда не стала бы счастливой с человеком, который тебе не доверяет и даже не хочет выслушать.

— Думаю, да. Но я была очень расстроена — не слишком приятно, когда тебя называют обманщицей и чьей-то любовницей.

— Кто рассказал Мистеллу-младшему о тебе и Хестоне?

— Не знаю.

— Наверняка, сам Хестон.

У Бьянки отвисла челюсть.

— Дон?

— Он заключил сделку, и Мистелл-младший больше не был ему нужен, а Хестон хотел и дальше использовать тебя в качестве наживки. — Мэтт с насмешкой взглянул на нее. — Со мной, к примеру. Возможно, он уже тогда планировал захватить мою компанию и подослать тебя ко мне. Но сначала ему надо было избавиться от Мистелла-младшего.

Она торопливо возразила:

— Но я же не пыталась…

— Соблазнить меня? — Его голубые глаза заблестели. — А он просил тебя об этом?

Бьянка промолчала. Мэтт, наблюдая за ней в зеркало заднего вида, прекрасно видел отразившееся на ее лице смятение и неуверенность.

— Просил, да? Он ясно дал понять это в «Савое». Намекнул, что ты будешь моей, если я только пожелаю. И часто он выставляет тебя на такие торги?

У Бьянки выступили слезы.

— Никогда. Я была так шокирована и смущена… я сказала, что лучше уволюсь, чем буду кому-то предлагать себя.

— Дай, угадаю, что он ответил. Он заявил, что тебе не обязательно ложиться со мной в постель, надо только притвориться, что ты согласна!

Лицо Бьянки горело, во рту у нее пересохло. Можно подумать, Мэтт присутствовал при их разговоре с Доном! Она слишком уважала себя, чтобы солгать ему.

Молчание затягивалось. Мэтт снял одну руку с руля и нежно пожал ее ладонь.

— Ты не можешь больше работать на этого человека, ты ведь сама это понимаешь? Ты говорила, он относится к тебе с уважением. Может, когда-то так оно и было, но сейчас уже нет. Он обращается с тобой, как со шлюхой, и рано или поздно затащит в свою постель. Ты должна уволиться и уйти от него, даже если это будет означать для тебя потерю заработка.

— Да, знаю, я уже и сама подумывала об этом, — безрадостным тоном призналась Бьянка. — Я люблю свою работу, но мне не нравится, как Дон ведет себя в последнее время. Все началось после моего знакомства с Гарри. Дон словно с цепи сорвался.

— Тебе действительно нравился Мистелл-младший?

— Да, я уже говорила, что начала встречаться с ним не по расчету, а потому, что он мне очень нравился.

— Хестон понял, что это серьезно, и приревновал?

Бьянка со вздохом пожала плечами.

— Не знаю. Но с тех пор он сильно изменился. Все это очень грустно, ведь когда-то он мне тоже нравился.