Анжела Марко - Грезы Мануэлы

— Я понимаю тебя, Исабель, но хочу, чтобы ты поняла и меня, — сказал он мягко, но с укором. — До нашей свадьбы осталось несколько дней, и я хочу, чтобы ты, Исабель… — Фернандо помолчал, но потом продолжил, немного нервничая и сбиваясь: — Я даже думал, что это ошибка — устраивать свадьбу так скоро, — признался он.

Исабель гордо вскинула голову.

— У меня такое ощущение, что ты от меня что-то скрываешь, — сухо заметил он.

— Что?

— Исабель, — вкрадчиво прошептал Фернандо, стараясь не обидеть ее, — ты скрываешь что-то из своей прежней жизни.

— Пожалуйста, хватит, — оборвала его Исабель, — не допрашивай меня больше. Если ты мне не доверяешь, то оставь меня!

Фернандо обнял девушку.

— Исабель, что ты говоришь, — растерялся он, — я не доверяю тебе, своей любви!

Исабель молча кусала губы, отвернувшись к окну.

— Но пойми меня, я хочу больше знать о твоей жизни, — сказал Фернандо, — почему ты ведешь себя так?

— Не трогай меня! — вспылила Исабель и высвободилась из его нежных объятий. На глазах Исабель выступили слезы. — Если ты мне не веришь, то женись на другой! — посоветовала ему Исабель и выбежала из комнаты.

4

Погода стояла солнечная, и в офисе было нестерпимо душно. Адвокат Пинтос то и дело промокал салфеткой свой влажный и липкий лоб, подходил к раскрытому окну и выглядывал во двор.

— Ну и жара, — ругался вслух адвокат, — черт бы ее побрал! В такой жаре можно и всмятку свариться.

Он отошел от окна и с раздражением отодвинул стул от рабочего стола, изможденно плюхнулся на сиденье. При этом он еще раз крепко выругался:

— Чтоб тебя!..

Адвокат достал из холодильника пакет сока и, разболтав содержимое, стал пить большими жадными глотками. Крякнув от удовольствия, он бросил пустой пакет в урну, стоявшую в углу кабинета, промокнув салфеткой бледные губы.

На столе зазвонил телефон. Адвокат Пинтос быстро снял трубку и проговорил хриплым голосом:

— Алло! — На его лице мелькнуло недовольное выражение. — Нет… я не знаю! — Адвокат грубо оборвал разговор и зло бросил трубку. — Черт побери! — воскликнул он.

Затем Пинтос вышел из-за стола и направился к выходу. Открыв дверь, он спросил у секретарши:

— Ко мне никто не заходил?

— Нет, — ответила пожилая женщина.

Секретарша перестала стучать на машинке и пристально посмотрела на адвоката.

— Вы кого-нибудь ждете?

— Да!

— Если кто-нибудь зайдет, я вам сообщу немедленно.

— Надеюсь.

Адвокат резко закрыл дверь и снова подошел к раскрытому окну. Он почти наполовину высунулся, высматривая кого-то на улице, но, не найдя того, кто ему был нужен, вернулся за рабочий стол и снял трубку телефона.

— Может, он в офисе? — спросил сам себя Пинтос и набрал номер телефона. — Алло!

— Служба частного сыска, — раздался приятный женский голос.

Пинтос промокнул лоб и попросил:

— Будьте любезны, Виктора Кастилио.

— Его нет.

— А когда он будет?

— Должен быть к концу рабочего дня.

Адвокат был явно раздосадован.

— А он не звонил в офис?

— Нет.

— Жаль… — как бы невзначай обронил он.

— Что-нибудь передать сеньору Кастилио?

— Что? — не понял Пинтос.

— Ему что-нибудь передать? — раздраженно повторили на другом конце провода.

— Нет-нет, — спохватился адвокат, — я перезвоню сеньору Кастилио еще раз. Благодарю вас…

Он повесил трубку и, достав из ящика папку с бумагами, стал нетерпеливо перебирать документы…

Жара понемногу спадала, но все равно было душно.

Адвокат Пинтос углубился в бумаги, но неожиданный резкий телефонный звонок прервал его занятие. Он схватил трубку внутреннего телефона:

— Да!

— К вам сеньор Кастилио.

— Кто? — не веря сказанному, переспросил адвокат хриплым голосом и подался вперед.

— Сеньор Кастилио.

— Кастилио?

— Да.

— Срочно пропустите!

Адвокат Пинтос быстро положил трубку на рычаг и, резко встав, бросился к двери. Однако не успел он пройти и нескольких шагов, как дверь распахнулась, и в кабинет вошел вспотевший мужчина в темно-синем костюме и солнцезащитных очках.

— Добрый день! — поздоровался посетитель.

— Виктор!!! — Бросился адвокат Пинтос.

По выражению лица и тембру голоса невозможно было определить, был адвокат Пинтос рад или рассержен.

— Где ты пропадал?

— Я… — начал оправдываться Виктор, но адвокат не дал ему договорить и усадил на стул.

— Да, ты!

— Как вы и велели, — докладывал Виктор, — выполнял ваше поручение относительно…

Пинтос снова прервал его.

— Тс, — он приставил указательный палец к пересохшим губам и указал на дверь.

Кастилио молча кивнул и, когда адвокат прикрыл дверь, робко продолжил:

— Я наблюдал за нашим объектом.

— И как обстоят дела?

Виктор поколебался, но, собравшись с силами, промямлил:

— Он испарился…

Адвокат Пинтос выпучил глаза, плюхнулся на стул, закашлялся и тихо сказал:

— Кто?

— Наш объект, — немного громче пояснил Виктор и расстегнул ворот белой рубахи, — я потерял его след.

Пинтос постепенно приходил в себя. Наконец-то до него дошел смысл сказанного.

— Что значит «потерял след»?!

Адвокат с силой грохнул кулаком по столу и, зло уставившись на Виктора, подался вперед.

— Я знаю, что он направился в дом семьи Салинос, — оправдывался сыщик, — но больше я его не видел.

Кастилио достал из пиджака платок и вытер взмокшее от жары и волнения лицо.

— Он должен был связаться со мной, — продолжал детектив, — однако не сделал этого.

Пересохшие губы адвоката Пинтоса затряслись в негодовании.

— Я знал, — прошипел он, — я знал, что ему не следовало доверять, нельзя доверять!

Пинтос вышел из-за стола и принялся медленно расхаживать по кабинету, глядя в одну точку в потолке…

— Что-то мне всегда подсказывало, что никогда нельзя иметь дело с наркоманами, — произнес он.

Виктор утвердительно закивал головой.

— Сеньор, я не знал, что этот мальчишка…

— Не знал, не знал… — раздраженно оборвал говорящего адвокат Пинтос, — чего ты не знал?!

Сыщик непонимающе поднял голову.

— Как чего?

— Я тебе в первый же день сказал, — заорал сеньор Пинтос, — что этот тип мне не нравится!

Кастилио пожал плечами. Может, и был такой разговор, Виктор точно не помнил, но симпатии тут ни при чем, это он уж точно знал. Детектив потупил взгляд и промолчал.

— Не знал, не знал, — передразнил адвокат то ли себя, то ли его и достал из шкафчика бутылку сухого белого вина.