Сандра Мэй - Стальная Нелл

Нелл взглянула в глаза Мелани и тихо спросила:

— А если я без всяких объяснений попрошу тебя сохранить секрет?

— Я сделаю это.

— Спасибо, Мел.

Высокая темнокожая Мелани неожиданно погладила Золотую Нелл по щеке длинными сильными пальцами.

— Один совет на прощание. Даже не совет. Поэтический образ. Ложь — это стена из кирпичиков. Один кирпичик, другой — вроде бы мало, незаметно, все и так прекрасно видно, можно перешагнуть и забыть. Но эта стена умеет расти сама по себе. Однажды ты проснешься — а вместо синего неба и зеленой травы перед тобой окажется глухая кирпичная стена. И через нее уже не докричаться. Не пройти. Не увидеть лица.

— Я знаю.

— Ну и хорошо.

— Мел?

— Что, начальник?

— Я обязана сказать ему правду, да?

— Вовсе нет. Ты никому ничего не обязана. Хорошенько подумай, взвесь — и прими решение. Не забывай о Дикки. И главное — не забывай о себе. Себя надо любить и уважать. Сказки про эгоизм придумали неудачники.

— Мел, я запуталась.

— Он хороший парень, но это вовсе не значит, что ты должна связывать с ним жизнь. Он наверняка обрадуется ребенку, но это вовсе не значит, что он будет хорошим отцом. Дик вырос без отца, но это вовсе не значит, что ему не хватало любви и мужского воспитания. Он может так и не узнать ничего сейчас, но это вовсе не значит, что он не узнает об этом потом и не поимеет к тебе претензий. Как видишь, вариантов много. Жизнь поливариативна, да простят меня лингвисты. Никто не даст тебе рецепта. Подумай головой — и не забудь прислушаться к сердцу. Оно очень хорошо подсказывает в трудных ситуациях. Я буду молчать, хотя для меня это — нож острый. Ты же знаешь.

Нелл рассмеялась, тряхнув золотой гривой.

— О да! Тем больше я ценю твое молчание. Пошли?

— Пошли. Нелл?

— Что?

— Я с ним не спала.

— А вот уж это меня совершенно не волнует.

С этими словами Нелл отправилась к океану, на ходу завязывая купальник на шее, а Мелани все смотрела ей вслед с задумчивой усмешкой. Потом тряхнула головой и прошептала:

— Вот насчет “все равно” — это ты врешь. В бабских штучках ты меня не обскачешь. Когда все равно, такими глазами не смотрят. Ты его любишь, подружка, ты его хочешь, и у тебя внутри все горит при одном его появлении. Что ж, я обещала, я буду молчать. И посмотрю, сколько вы выдержите. А когда вы не выдержите, возьму Сэма и Джои и уйду из лагеря подальше, потому что из вашей койки искры полетят. Вот! Все. Купаться!

На берегу Сэм и Джои развели громадный костер, чтобы освещать место выхода из воды. Том уже плавал, невидимый в темноте, вдоль берега и подбадривал остальных молодецкими воплями. Нелл с разбегу ворвалась в теплые волны и нырнула.

Все ее тело горело, кровь серебряными пузырьками кипела в жилах, но на душе стало легче. Теперь она не одна несла свою тайну, и хотя Мел не казалась ей надежным союзником, все равно, так было лучше.

Ночной океан жил своей жизнью. Радужные сады кораллов и актиний ночью превратились в загадочные серебряные заросли. То и дело прыскали в сторону светящиеся стайки рыб, песок на дне горел лунным серебряным светом. Тело Нелл тоже окутывал серебряный шлейф, и она наслаждалась этим зрелищем, пока воздух не закончился в легких. Тогда она вынырнула, удостоверилась, что берег близко, и нырнула вновь, направляясь теперь чуть в сторону.

Неожиданно чье-то большое и гибкое тело, также в ореоле светящихся пузырьков, метнулось из темноты, поднырнуло под Нелл — и прямо перед ней в воде возникло смеющееся лицо Тома Хэккета. Он был так красив, так удивительно уместен на океанском дне, что она не стала выпрыгивать на поверхность и закатывать сцену. Она просто наслаждалась зрелищем.

Будь что будет. Все равно она не в силах ненавидеть эти глаза, эти смеющиеся губы, это совершенное тело, эти руки, в объятиях которых провела самые счастливые ночи в своей жизни. Сейчас ночь, и океан, и горящие серебром волшебные сады кораллов вокруг, а где-то наверху луна, и душная тьма, и если рядом плывет Том, то значит, Нелл заслужила эти мгновения покоя и счастья.

Она протянула ему руки и улыбнулась, а золотые волосы облаком вились вокруг ее головы, и кожа светилась, а все движения были плавными и грациозными, как у русалки. Нелл Куинс, золотая королева! Как он прожил без нее эти десять лет? Зачем он ушел тогда? Неужели и такую глупость боги записали в Книге жизни заранее?

Он привлек ее к себе, а она не оттолкнула его, прильнула на мгновение, потом повернулась, ускользая, но и маня его за собой. Оставалось только подчиниться воде и собственным ощущениям, и очень скоро они увлеклись подводным плавным танцем, легкие и безмолвные, такие естественные и прекрасные, что даже пугливые рыбы отнеслись к ним, как к своим собратьям.

Они одновременно вынырнули, когда вспомнили, что воздух кончился, и Том, задыхаясь, выпалил:

— Снимай купальник!

— Ого! С чего это?

— Слабо? Так и скажи. Ну давай, Нелл, темно ведь!

— Том Хэккет…

— Я знаю, завтра ты меня уволишь. Но сегодня — можно. Клянусь, я пальцем тебя не трону.

Если ты не захочешь этого, мысленно добавил он.

Я не уверена, что я этого не захочу, подумала она.

— Ну? Трусишь? Смотри!

Через мгновение он победно помахал в воздухе маленькой мокрой тряпочкой. Нелл, смеясь, вскинула к лицу растопыренную пятерню — непроизвольный детский жест смущения.

— А куда мы их денем?

— А я их доброшу до берега.

— Не добросишь.

— Спорим?

И она, взрослая самостоятельная женщина, руководитель научной экспедиции, мать взрослого сына, доктор наук — она купилась на “слабо” и содрала с себя обе части купальника, а Том Хэккет связал их вместе со своими плавками и размахнулся. В момент броска он сильно выпрыгнул из воды, и Нелл обдало жаром при виде его обнаженной фигуры, а еще через секунду Том заявил:

— Плеска не было, значит, они на берегу. Поплыли?

— Поплыли.

И она бестрепетно протянула ему руку, а потом оба нырнули, и серебро закипело, разливаясь по океану холодной лавой, а на берегу с новой силой грянули свою серенаду цикады, испуганные было непонятным мокрым чудищем, прилетевшим из океана и шлепнувшимся на песок у самой кромки прибоя.

9

Они плыли почти у самой поверхности океана и рассматривали серебряное дно. Они держались за руки, и вскоре Нелл с удивлением поняла, что двигаются они очень быстро.

Потом Том неожиданно ушел на глубину, проплыл под нею, а она вспомнила, что на ней совсем нет одежды, и от этого стало жарко, и страшно, и весело, и тогда она тоже ушла почти к самому дну, предварительно успев глотнуть на поверхности воздуха.