Сандра Мэй - Стальная Нелл

Ему ужасно хотелось узнать про нее побольше, расспросить про дом, про семью — наверное, помирилась с матерью и отцом. Он был бы этому искренне рад. Круглый сирота, Том Хэккет больше всего на свете ценил любовь близких людей. Таких было совсем немного, отчасти и поэтому он никак не мог смириться с потерей Нелл Куинс.

Том нахмурился и сердито шагнул в слегка разбушевавшиеся волны. Нужно отвлечься. Пара километров вплавь вдоль побережья, потом бегом по берегу обратно, легкий ужин и крепкий сон. Он уже знает, что сделает завтра! Завтра он наймется к Нелл Куинс на работу.

8

Нелл мирно сидела на полу своего домика и перебирала старые отчеты по показаниям приборов. Настроение у нее было так себе, но со вчерашним не сравнить. Путем могучего напряжения воли и воображения ей удалось не вспоминать, как противная Мел Саунд разлеглась рядом с отвратительным Томом Хэккетом в теплых волнах прибоя, когда Нелл в расстроенных чувствах покидала пляж. Почти удалось забыть и неприятный разговор с Хэккетом. Зато никак не шла из головы до ужаса реальная картина: белый песок, предзакатное золотое солнце, барашки на волнах — и смуглый, бронзовый бог рядом с ней. Могучие плечи, широкая грудь с темными бусинами сосков, плоский мускулистый живот, длинные стройные ноги, переливающиеся под гладкой кожей шары мускулов. И узкая полоска плавок, не особенно прикрывающая, скорее, подчеркивающая.

Нелл бросило в жар. Возбуждение было таким отчетливым, таким всеобъемлющим, что Нелл непроизвольно и судорожно вытянула ноги и стиснула бедра руками. Соски напряглись под тонкой тканью футболки, грудь заболела от возбуждения. Нелл закусила губу и прерывисто вздохнула, отгоняя наваждение.

Просто она слишком давно одна. Слишком давно у нее не было партнера… фу, какая гадость. Хуже только покупка вибратора в секс-шопе, хотя, говорят, помогает снять напряжение. О чем ты думаешь, Нелл Куинс?! Ответить на собственный вопрос ей не удалось. В дверь энергично постучали, она уже открыла рот, чтобы пригласить стучавшего войти, но в этот момент в проеме низенькой двери возникла гигантская фигура, и бодрый голос Тома Хэккета произнес:

— Я на минуточку и по делу, мисс Куинс. Могу я войти?

— Кхм… Да… Прошу вас, мистер Хэккет.

— О, благодарю, благодарю вас тысячу раз, мисс Куинс. Буду краток. Мне нужна работа.

— Сочувствую.

— Не надо. От сочувствия один шаг до жалости, а жалость унижает человека. Сен-Симон и Фурье против этого. Но я отвлекся. Мне нужна работа, а вы в состоянии мне ее дать. Дадите?

— Нет.

— Почему?

— Не хочу. И потом, мне не нужны рабочие.

— Так. А кто нужен?

— Мистер Хэккет, не выйдет. Мне просто не нужны наемные работники. У нас небольшая экспедиция, и мы обходимся своими силами.

— Мисс Куинс, мистеру Джоунзу могут потребоваться сильные руки. Он планирует отловить несколько представителей местной фауны для зоологического парка.

— Том, я устала. Почему ты разговариваешь, как идиот?

— Потому что ты первая начала.

— Хорошо. Скажи правду, зачем тебе работа?

— Поиздержался. Нужны деньги. Если совсем честно — нужно нормальное спальное место, компания и возможность заработать своим трудом хоть пару долларов на патроны и зубную пасту.

— И ты хочешь жить в лагере?

— Нелл, я почти простил тебя за ту ерунду про дорогое оборудование, тысячи долларов и бродягу из леса. Не начинай.

— Я не об этом. Том, мне действительно не слишком приятно тебя видеть. Вернее, некомфортно. Я нервничаю. Не могу работать. Плохо сплю.

— Честность за честность. Я все равно не уйду. Я шел к тебе десять лет.

— Ты не торопился.

— Пусть. Говори, ты имеешь право. Я понимаю. Уйти не могу. Оставить тебя в покое не могу. Потому что не хочу.

— А если я попрошу?

— Нелл, дай мне шанс. Клянусь, я не буду приставать с задушевными разговорами. Просто поработаю до конца сезона.

— Зачем? Я не изменю решения.

— Мне ничего от тебя не надо. Я хочу разобраться в себе. Возможно — понять что-то про тебя. Если ты позволишь. Что касается работы, я действительно умею все. Машины, приборы, готовка, уборка, погрузка, строительство. Кое-что помню из студенческих лет, так что могу заменить тебя с показаниями приборов. В смысле работы ты не прогадаешь.

Нелл долго смотрела в угол, потом решительно тряхнула головой.

— Хорошо. Нам остался месяц, может, чуть меньше. Платить буду поденно, купания с Мел не оплачиваются. Свою палатку можешь перетащить ближе, можешь оставить на прежнем месте. Если ты разинешь свою варежку и расскажешь хоть слово про наши с тобой прошлые отношения — вылетишь вперед свиста.

— Нелл, я не…

— Я помню Джейка. Никогда в жизни я не чувствовала себя более униженной. Посторонний человек снисходительно объяснял мне мои ошибки. Я считала, что это наше с тобой личное дело.

— Нелл, ты из-за этого…

— Я сказала, Том. Никаких задушевных разговоров. Никаких воспоминаний. Никаких сплетен. Мы знакомы, не более того. Мы даже не друзья.

Том кивнул. Потом несколько вкрадчиво спросил:

— Может, и контракт напишем? Чтоб уж никаких, так сказать…

Она ехидно посмотрела на него, демонстративно достала из папки чистый лист бумаги и медленно, очень старательно, вывела первые строки контракта. Через пять минут Том Хэккет расписался внизу, под ее росписью. Повернулся, пошел к двери, но с полпути вернулся.

— Еще одно. Самое последнее.

С этими невинными словами он обнял Нелл за плечи, крепко прижал к себе и поцеловал прямо в губы.

Несколько секунд она просто ошеломленно висела в его руках, а потом начала отчаянно сопротивляться, но от этого выходило только хуже, потому что руки били, ноги брыкались — а губы почему-то отвечали на поцелуй, и возбуждение достигло почти что высшей отметки, все тело горело, кровь кипела в жилах, и золотые трубы гремели в ушах.

Том неожиданно, отпустил ее и пошел на выход, как ни в чем не бывало. Нелл бессильно опустилась на свою кровать и пискнула:

— Ты… уволен… гад!

Гад даже не обернулся.

— Ничего не выйдет, мисс Куинс. Мы подписали контракт. Вы обязаны предупредить меня за месяц, если в контракте не сказано по-другому.

— Ты… ты…

— Ты дыши глубже. Помогает.

С этими словами Томас Йен Хэккет вышел на улицу, аккуратно прикрыв за собой дверь.

А работник из него был действительно шикарный. Сэм только знай подтаскивал отложенные и позабытые приборы, переставшие работать в самые первые дни экспедиции. Джип ездил, как новенький. Джои изменил своему кумиру Сэму и вечерами осваивал приемы восточных единоборств. Мел едва не выпрыгивала из своих смелых одеяний в тщетной надежде сразить Тома наповал. Еще пришел конец тушенке, потому что Том и Джои каждый день ходили на охоту и приносили свежую дичь. Даже собаки как-то расцвели, перестали подобострастно стелиться по песку, задрали хвосты и только Тома встречали восторженным визгом.