Леди и байкер - Гленна Мейнард

— Да, Ист. Я хочу услышать, как ты это скажешь.

— Я не могу, Уилла Мэй. Я не стану тебе лгать.

— Но ты лжешь. Ты лжешь мне и себе. Ты хотел меня тогда и хочешь меня сейчас.

— Мы не можем.

— Скажи это, Ист. Мне нужно это услышать. Ты думал обо мне.

— Черт возьми. Да, Уилла Мэй. Ты хочешь услышать, как я назвал твое имя и она ушла? Мне потребовалось много времени, чтобы смириться. И еще больше времени ушло на то, чтобы убедить ее дать мне еще один шанс. Я рассказал ей, что случилось и что ты была у меня на уме, но не мог признаться ни ей, ни, черт возьми, даже самому себе в то время, что в глубине души чертовски хотел тебя. Хотел взять тебя в свою постель и трахать до потери сознания. Пока ты не сможешь ходить. Хотел зарыться в тебя по самые яйца.

Я знала это. Знала, что не совсем сошла с ума. Ист хотел меня так же сильно, как я его.

И до сих пор хочу.

Я жажду его.

— Поцелуй меня, Истон Рид. — Я наклоняюсь ближе. Так близко, что его дыхание омывает меня с каждым вдохом, пахнущим пивом и табаком.

— Я не могу.

— Но ты хочешь.

— Да, — признается он.

— Мне нужно, чтобы ты поцеловала меня, Ист. — Его дыхание обдувает мои губы. Я практически чувствую вкус пива. — Пожалуйста, — шепчу я с мольбой.

— Если начну, то никогда не остановлюсь, а я не хочу такой жизни для тебя. Ты — все хорошее и чистое. У тебя впереди целая жизнь. Я не буду тем, кто сдерживает тебя.

— Я не прошу вечности. Все, чего прошу, — это сегодняшняя ночь. Одна ночь. Я хочу, чтобы это был ты. Не желаю уезжать в колледж и отдаваться какому-то придурку, которому на меня все равно. Ты сделаешь это правильно.

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

— Я знаю, чего хочу. Я хочу этого уже два года, может быть, больше.

— Я не могу, милая.

— Сделай меня своей. Только на сегодняшнюю ночь. Мне нужно, чтобы это был ты. Трахни меня, Ист. Дай мне себя. Всего себя. Ты можешь притвориться, что я кто-то другая, если это поможет.

— Уилла Мэй, я никогда не смогу притворяться. Только не с тобой. Ничто и никто никогда не сравнится с тобой.

Я встаю, чувствуя себя смелее, чем когда-либо, спускаю бретельки своего платья. Ист отодвигается, и уверена, что он хочет встать и отвезти меня домой, но обхватывают мою талию, а голову прижимает к моей груди.

— Ты сводишь меня с ума. Два года я пытался избавиться от мыслей о тебе. От воспоминаний о той ночи. Потому что чувствовал себя настоящим ублюдком, потому что все, чего я хотел, — это обладать тобой. Сделать тебя своей, но этого никогда не произойдет, и мы оба знаем почему.

— Из-за моей матери?

— Отчасти, и я сказал тебе, что не хочу такой жизни для тебя. Я не смогу дать тебе то, что ты хочешь.

— Все, что мне нужно — это ты.

— Возможно, пока что ты в это веришь, но ты еще не видела мир. Тебе нужно испытать жизнь, Уилла Мэй. В ней тебя ждет так много интересного.

— Может быть, но я ждала только тебя, Ист. — Провожу пальцами по его темным волосам и наклоняю его голову, чтобы поцеловать. Прижимаюсь к его рту, и он не решается ответить на мой поцелуй.

— Я не собираюсь целовать тебя или трахать, — клянется он, хотя никто из нас в это не верит, потому что мы оба этого хотим. Он вот-вот сдастся, я чувствую, как он колеблется, балансируя на грани рая и ада.

Он встает на ноги, обхватывает меня руками, прижимая к себе.

— Я никогда в жизни не хотел никого больше, чем хочу тебя сейчас, но ты для меня слишком дорога, чтобы принять то, что ты мне предлагаешь. Может, я ублюдок и нехороший человек, но не погублю тебя, Уилла Мэй.

Я пытаюсь оттолкнуть его. Слезы скатываются по щекам. Он это не всерьез. Я качаю головой.

— Прекрати. Мы оба знаем, что желаем этого. Я достаточно взрослая и умоляю тебя, Ист. Я хочу тебя… ты мне нужен.

Его хватка на мне становится сильнее.

— Нет. Что тебе нужно, так это забыть обо мне. Найди парня своего возраста. Того, кто сможет построить жизнь с тобой. Я никогда не стану чем-то большим, чем сейчас.

— Все, о чем я прошу, — это одна ночь. Ничего больше. Мы никогда больше не будем говорить об этом. Одна ночь, чтобы я почувствовала себя женщиной. — Я толкаю его в плечи. Он отпускает меня, и я иду к двери, ведущей на его балкон. Распахиваю ее и выхожу на террасу. Мне нужен воздух.

Ист следует за мной. Облака уходят от луны, и я ясно вижу его.

В его темных глазах плещется необузданная страсть. Не знаю, чего я жажду, но Ист хватает меня за затылок, и ангелы восклицают с небес, потому что его запретные губы прижимаются к моим. Горячие, страстные и требующие с такой силой, что я буду чувствовать его вкус на своих губах вечно. Дождь хлещет на нас. Холодный и неумолимый. Черта перейдена. Я никогда не чувствовала себя так раньше.

Неконтролируемой.

Импульсивной и свободной.

Порочной от желания.

Приоткрыв губы, я приглашаю его войти.

Я приглашаю его домой.

Мы промокли, но мне все равно. Истон Рид меня целует.

— Давай вернемся в дом. — Он тянет меня за собой на диван. Покрывает поцелуями шею, грубые руки на моих бедрах. Я чувствую его… твердость. Бугор на его джинсах прижимается к моей промежности, к моим промокшим трусикам. Я качаюсь на нем, ища трения. Мы намочили диванные подушки — первое, что пришло мне в голову.

Он сжимает мои бедра.

— Господи, детка.

Он назвал меня деткой. Я улыбаюсь, зная, что победила. Ист сдается. Он отдает мне себя, даже если всего лишь на одну ночь. Лаская мою грудь, он проводит большим пальцем по белому кружеву, прикрывающему мой сосок.

— Скажи это еще раз, — выдыхаю ему в рот.

— Что?

— Детка.

— Подари мне поцелуй, детка. Он сокращает расстояние между нами, язык сильно и глубоко проникает в мой рот с привкусом пива. Возбуждение расцветает и распространяется, как лесной пожар, в нижней части живота. Он прикасается ко мне нежно и сладко грубыми пальцами под платьем. Кожа к коже. Его тяжелое