Любовь зла – полюбишь и мажора - Мари Князева

специалист – они на порядок больше зарабатывают. Там же получить практические знания и открывать уже своё дело.

Да. Решено. Остаюсь под батиным крылом и берусь за учёбу. Договорюсь с ним отложить свадьбу, по крайней мере, до окончания ВУЗа, и только потом жгу мосты. Не хочу я становиться мусорным королём. Не хочу делать детей Моте. Не хочу продолжать быть человеком, который заплатил за свою обеспеченность полным подчинением чужой воле.

– С девушкой переписываешься? – Мотин голос прозвучал, как гром среди ясного неба.

Я так задумался о своей непростой судьбе, что не заметил, как она подкралась. Хотя Матильду трудно не заметить.

– С какой ещё девушкой? – не понял я.

– Ну, в телефоне…

– Ээ, нет…

И это правда: прямо сейчас ведь я другим был занят.

Мотя "грациозно" присела на край скамейки.

– А вообще… у тебя есть кто-то?

Вот ещё, стану я с ней откровенничать! Она думает, что из-за одной небольшой услуги мы стали закадычными друзьями?

– Нет, а у тебя?

Мотя грустно усмехнулась:

– У меня-то откуда? Я за порог дома не выхожу.

– В универ же ездишь…

Она махнула рукой:

– У меня же женская специальность, да и парням обычно худышки нравятся.

Последнюю фразу она сказала совсем тихо, с безнадёжностью в голосе.

Я не хотел её обижать, но – кто ещё ей правду скажет?

– Моть, это ведь в твоих руках. Абонемент в спортзал, думаю, ты можешь себе позволить. И с правильным питанием в доме твоего отца, наверное, проблем нет.

– Да, ты прав. Но в спортзале я чувствую себя ужасно глупо, а как только испытываю малейший психологический дискомфорт, рука сама тянется к шоколадке. Не могу ничего с собой поделать. Ты прости, я совсем не хотела тебя грузить своими проблемами и вообще не за этим пришла…

– А зачем?

– Ну… честно говоря, побыть одной. Устаю от шума.

– Ладно, я пойду тогда.

– Ты мне нисколько не мешаешь!

И я остался. Не пошла ведь она к себе в комнату – выбрала это место. Может, и надеялась меня найти. Может, ей нужны какие-то слова поддержки. Настя же мне не отказала, хотя наверняка считает все мои проблемы просто блажью избалованного мажора.

Я вздохнул:

– Что, достают тебя родственники?

Мотя смущённо потупилась:

– Есть немного. У меня никак не получается угодить маме, я такая неловкая… Только и делаю, что расстраиваю её. Не так стою, не то говорю, не туда смотрю. А если пытаюсь спрятаться у себя в комнате, то это вообще равнозначно преступлению.

Я нахмурился:

– Ты уверена, что проблема в тебе?

– Конечно! Я и сама знаю, что далека от совершенства. Тут с мамой не поспоришь…

– Не знаю. Ты – это просто ты, никто не должен указывать, какой тебе надо быть. Ты сама решаешь. Я так делаю.

– О, не сомневаюсь. И никто не сомневается, что ты такой, как надо. Мама всегда хорошо о тебе отзывается. Даже эти… статьи в интернете, – Мотя слегка покраснела от смущения, – она сказала, что эти мелкие людишки просто завидуют твоим возможностям и уверенности в себе. Что если бы у них была возможность, они вели бы себя гораздо хуже, да только не могут этого себе позволить.

Я удивился, но не испытал никакого приятного чувства: уж очень это смахивало на подхалимаж. Опять лесть, опять неискренность… положа руку на сердце, я поступил тогда неправильно, и моё общественное положение нисколько меня не оправдывает.

– Я не об этом совсем говорю! А о том, что твой внешний вид и поведение – если они, конечно, не нарушают закон и никого не притесняют – только твоё дело. Никто не вправе тебе указывать, где находиться и сколько и кому улыбаться.

Мотя пожала плечами:

– Видимо, маму всё-таки я притесняю своей неловкостью.

– А ты не думала о том, чтобы уйти на вольные хлеба? Тебе, как-никак, двадцать два уже…

– Да что ты… как же я буду? Вообще не представляю жизни на этих, как ты говоришь, "вольных хлебах"…

– Ты ведь и диплом уже получила, да?

– Угу… бакалавр. Но уже подала заявление на поступление в магистратуру…

– А зачем?

– Как зачем? Чтобы полное образование получить.

Брр! Чтоб я по собственной воле продлил пустое просиживание штанов? Да лучше уж эти два года в детдоме волонтёрить…

– Ты ж, вроде, на истфаке учишься…

– На социологии.

Для меня – один фиг. Бесполезная скукотища. И зачем её ещё углублять???

– А кем работать будешь?

– Наверное, в государственном учреждении каком-то, по социальным вопросам…

Просто капец, какая тоска.

– Думаешь, бакалавр там не прокатит?

– Я не знаю. Мама сказала, надо.

– Надо своей головой думать.

– Если б я ещё это умела…

Я начинал уставать от её нытья. И как нарочно, телефон пиликнул сообщением. Я просто не мог не прочитать – вдруг это Настёна.

Так и есть:

"Я в общаге"

Разумеется, мне сразу захотелось ответить:

"Отлично! Что будешь делать?"

Настя: "Тебе достаточно списка дел или надо по минутам расписать?"

Ух, какая язвочка! Аж смешно…

Ярослав: "Списка достаточно"

Настя: "Умываться, ужинать, мыть посуду, стирать, читать книгу, спать"

Настя: "Ах, да, ещё отбиваться от нахальных мальчишек, пытающихся контролировать меня, непонятно с какого перепуга"

Ярослав: "И много их таких?!"

Настя: "Один, но по ощущениям – с десяток. Никакой жизни не дают"

Ярослав: "Тебе правда так неприятно моё внимание?"

Настя: "Да нет, просто кушать охота, а я никак не могу отвлечься от переписки"

Ярослав: "Понял. Напишу позже"

Настя: "Тебя вместо стирки поставить или вместо сна?"

Ярослав: "Щас! У меня свой отдельный пункт есть! Про мальчишек"

Настя: "Я надеялась, что отобьюсь быстро"

Ярослав: "Плохо меня знаешь. Когда кто-то пытается отбиться, то я только сильнее прилипаю"

Настя: "*смайлик, закатывающий глаза* *фейспалм*"

Ярослав: "Приятного аппетита!"

Настя: "Спасибо"

Ярослав: "А что у тебя на ужин?"

Настя: "Традиционное студенческое блюдо, макароны с сосиской"

Ярослав: "Угостишь как-нибудь?"

Настя: "А ты что, никогда не пробовал?"

Ярослав: "Я такого не говорил"

Настя: "Если бы пробовал, не просил бы"

Ярослав: "Может, это такой хитрый ход, чтобы в гости напроситься"

Настя: "Стратег!"

Ярослав: "Так что?"

Настя: "Дай поесть!!!"

Блин. Мне не хочется прерывать этот диалог. Но она права, это просто свинство какое-то: сам тут натрамбовался фуа-гра, а девчонке не даю даже несчастную сосиску съесть! Но она меня ужасно заводит своей несговорчивостью. Однако, надо хоть немного потерпеть…

Я поднял взгляд от экрана телефона и увидел, что скамейка рядом со мной пуста.

Глава 18. Нельзя увлекаться

Настя

Я, прямо как его друзья, не искренна с ним. Правда, в другую сторону. Мне нисколько не докучает его внимание… Господи, да за меня за все два года, что я в городе живу, никто столько не беспокоился! Из посторонних людей, разумеется – мама не в счёт.

Но мне нельзя этим увлекаться. Это иллюзия. Даже если Ярослав искренен в своём интересе (что невозможно), я привлекаю его только как новая необычная игрушка. Странная, не похожая на предыдущие. Но временная. Мне нельзя забываться ни на минуту, потому что в противном случае сердце моё будет разбито с громким звоном и острой болью. Я это прямо предчувствую заранее. И стараюсь