Анна Мак–Партлин - Заверните мне луну

— Держи. Забирай их домой и приготовь из них гренки.

— Великолепно, — заметил он, глядя на помятый хлеб. Через две минуты мы сидели с Шоном в машине, и я проигрывала второй дубль сцены «Выезд из дому».

Дорин уже была на пороге.

— Доброе утро, Эмма! Доброе, Шон! — Снова ночевал, ясно.

Она улыбалась. После смерти Джона мы сблизились еще больше. Дориан была такой доброй, и после слишком частого совместного просмотра «Поздней-препоздней передачи» по пятницам она от всей души желала мне переспать с кем-нибудь, и я была признательна ей за сочувствие. Но сейчас она появилась не вовремя.

— Эй, Дорин! Я не смог поймать ночью такси! — выкрикнул из окна Шон.

— Все так говорят, — смеялась она.

— Что же, в следующий раз ему придется добираться на своих двоих! — прокричала я, выруливая на дорогу. — Все в порядке, милая. Устрой ему сладкую жизнь! Все они уро…. О, здравствуйте, отец!

Я обернулась и увидела, что к нам направляется Ноэль. Я остановила машину.

— О, только не это! — Я до конца опустила стекло. — Ноэль, я страшно опаздываю.

Он улыбнулся:

— Сам вижу. Я возьму запасной ключ. Прошлой ночью я забыл у тебя свою куртку. — Он ударил по крыше машины. Поезжай. Всего хорошего.

Я не говорила ему о цели своей поездки на выходные. Я ненавидела лгать ему, однако нельзя было поспорить с тем, что разговор об аборте с ним был бы глупой затеей. — Я позвоню тебе, когда мы вернемся. — Я помахала ему, улыбнулась и уехала до того, как Ноэль смог что-либо сказать.

Я посмотрела в зеркало и заметила, что Дориан не отпустила его, видимо, собираясь угостить своим фирменным чаем.

Шон взглянул на меня.

— Что? — спросила я.

— Как получилось, что я не знаю, где лежит запасной ключ? Спросил он.

— Потому что ты непременно воспользуешься им, — ответила я.

— Великолепно, — повторил он. С минуту он молчал. — Эй, Эм, передай Кло, что я буду о ней думать.

Я улыбнулась:

— Сам скажешь.

Я появилась в классе через пять минут после звонка. Ученики наслаждались свободой. Я извинилась за опоздание, пока они приветствовали меня. Был урок английского языка, и я взяла свой томик «Ромео и Джульетты». Поскольку речь шла о пьесе, вместо обычного прочтения я, как и всегда, попросила их подготовить инсценировку. Каждый день я старательно выбирала «актеров», необходимых для той или иной сцены, которую мы проходили. Я полагала, что таким образом дети лучше запомнят произведение, основных героев и прочее. Класс же полагал, что у меня не все дома, и они, конечно, были по-своему правы. — Кто за Ромео?

Никто не поднял руки. Я оглядела комнату.

— Хорошо, Питер, мы давно не слышали тебя. Джессика, ты будешь Джульеттой. Кто хочет быть кормилицей? Ответа не последовало.

Так, Линда, ты будешь кормилицей.

— Мисс, я была кормилицей на прошлой неделе! — простонала девочка.

— В таком случае на этот раз ты должна потянуть на «Оскара».

Класс засмеялся. Разве не забавно, что самые банальные фразы кажутся смешными лишь в классе, в церкви и на свадьбе?

Как бы то ни было, Питер начал читать. Спустя несколько секунд Джеймс подпрыгнул на стуле, и в классе раздалось хихиканье.

— Питер, секунду. Джеймс, что случилось? — поинтересовалась я.

Джеймс потирал зад.

— Деклан все время колет меня своим циркулем, мисс.

Я протяжно и громко вздохнула и повернулась к Деклану:

— Деклан, зачем ты колешь Джеймса?

— Мисс, он вонючий лгун.

— Не выражайся, Деклан, — сделала я замечание.

— Боже, мисс, я всего лишь сказал вонючий!

В классе раздался смех.

— Я спрашиваю тебя, Деклан. Зачем ты колешь Джеймса?

Он вздохнул примерно так же, как и я. Класс снова засмеялся.

— Я скорее пихнул его, мисс. Он не разрешал мне смотреть в его книгу.

Я спросила о его собственной книге.

— Я ее забыл.

Это случилось уже в четвертый раз.

— Чем ты будешь заниматься после урока, Деклан?

Стон. — Буду беседовать с вами, мисс.

— Верно, — согласилась я. Питер, давай с начала страницы.

Я услышала, как Питер пробормотал «Господи».

После занятий Деклан подошел ко мне.

— Где книга? И пожалуйста, не говори, что забыл ее, потому что я не выспалась этой ночью и существует высокая вероятность того, что я сделаю что-то плохое.

Он кивнул.

— Хорошо, но только не нервничайте.

Деклан ожидал моего согласия, но в конце концов осознал, что я не намеревалась давать обещаний, поэтому продолжил.

— Я продал ее Мери Мерфи за десятку, — признался он с улыбкой.

— Ты продал свой том «Ромео и Джульетты»? — переспросила я.

— Да, — ухмыльнулся он.

— И что же ты будешь делать остальной учебный год? — спросила я с неподдельным интересом. — Завтра я смогу найти подержанную за пятерку в городе. Это называется доходом, мисс. Я научился этому, играя в «Торговлю» (Вид карточной игры).

Он снова оскалился. Я боролась с собой, чтобы не сделать то же самое.

— Деклан.

— Да, мисс.

— Закрой дверь с той стороны.

Он просиял:

— Я знал, что вы поймете.

Я улыбнулась. Не смогла удержаться.

— О, я не смогу подвезти тебя сегодня. Я работаю сегодня только до обеда.

— Ничего страшного. Приятных выходных.

Я смотрела ему вслед и радовалась нашему знакомству. Учителям не полагается иметь любимчиков, и, если бы меня спросили, я бы никогда не призналась в том, что он и есть мой любимчик. Я убирала на своем столе, когда в дверях появилась Эйлин, преподававшая естественные науки. — Эмма, вам позвонили в учительскую.

Я не придала этому большого значения.

— Хорошо, спасибо, я сейчас подойду.

Она не уходила. Я подняла голову.

— Это срочно.

Я забеспокоилась. Срочно ничего хорошего не предвещало. Неужели кто-то умер? Мое сердце забилось сильнее, в ушах зазвенело.

Я помчалась в учительскую и схватила трубку.

— Алло, — сказала я настойчиво.

— Здравствуйте, это сиделка О’Ши. Я звоню вам из больницы на Холлз-стрит.

— Да, — выдавила я, молясь, чтобы ее голос заглушил биение моего сердца.

— Ваша подруга Клода Моррис попросила позвонить вам. Боюсь, у нее случился выкидыш. Никто не умер, и я мысленно поблагодарила Бога.

— Я сейчас же приеду, — ответила я и повесила трубку.

Я присела, когда вошла Эйлин.

— Все в порядке? — спросила она.

Я изнуренно улыбнулась.

— У моей подруги только что случился выкидыш.

Она расположилась рядом со мной.

— О, это ужасно. Бедная девочка, она долго пыталась?