Джилл Мэнселл - Только ты и я

Фергус поднял голову, выражение его лица было мрачным.

— Бингу было плохо, в доме вырубился весь свет.

Кому? Что?

— Кто такой Бинг?

— Кот. — Прослушав следующее сообщение, Фергус сказал: — Стелла в панике. Кажется, взорвался электрический щиток.

По крайней мере никто не умер. Эрин спросила:

— А она не может вызвать электрика?

— Ты не знаешь Стеллу. Темнота приводит ее в ужас. А Бинг — это любовь всей ее жизни. Все это трудно представить.

Сейчас Эрин уже жалела о своей доброте. Потому что доброта обернулась и тяпнула ее за задницу. Атмосфера счастья и неги улетучилась, Фергус заметно нервничал. Он включил третье сообщение, и по комнате разнесся визгливый и полный отчаяния голос Стеллы.

— Позвони ей.

Фергус кивнул и выключил сообщение. В следующую секунду телефон в его руке взорвался звонком.

— Привет… да, нет, я как раз собирался… Ладно, успокойся, нет, я сделал это не нарочно. Я выключил его, потому что был занят. Работой, Стелла. — Произнося последние слова, Фергус повернулся к Эрин боком: ему было совестно встречаться с ней взглядом. — Послушай, ты проверяла пробки?

Визг на другом конце достиг новых высот. Эрин поморщилась.

— Ладно, ладно. — Фергус тяжело вздохнул. — Я скоро буду.

Фантастика.

— Извини, я не мог отказаться. Она в жутком состоянии. — Отложив телефон, Фергус стал поспешно одеваться. — Бинга дважды вырвало, он заблевал весь дом. Наверно, просто срыгнул шерсть, но она в этом не уверена. А из-за темноты она не может ничего убрать.

Он оделся с рекордной скоростью. Подставив ему лицо для прощального поцелуя, Эрин изо всех сил старалась подавить в себе обиду на блюющего кота Стеллы.

Фергус погладил ее по щеке.

— Я совсем не так планировал закончить сегодняшний вечер.

— Знаю. Я тоже. — Проклятая зверюга, чертовы пробки. Эрин отважно добавила: — Не переживай.

— А я переживаю. Мне жаль, что надо уходить. — Фергус посмотрел на часы. — Только половина двенадцатого. Если все это займет мало времени, я мог бы вернуться.

Эрин была тронута, но в самом начале вечера Фергус предупреждал ее, что у него на восемь утра назначена встреча с клиентом в Глостере.

— Все в порядке. Мне тоже жаль, что тебе надо уходить. Но если у тебя возникнет настоятельное желание снова увидеться со мной, — она кокетливо улыбнулась Фергусу, — завтра вечером я свободна.

— Ладно, на тот случай если ты думаешь, будто у меня легкая работа, вот тебе проблема, которую я должен решать, — сквозь треск донесся голос Макса, который звонил из Оксфорда, где он встречался с новым клиентом. — Робби и Клив должны были приступить к квартире на Марлоу-роуд, но они не могут туда попасть, так как — только послушай — Робби оставил ключ в кармане джинсовой куртки. Отгадай, что дальше? — Макс замолчал для большего эффекта.

Тилли покорно спросила:

— И что же?

— Вчера наш умник Робби решил погулять и закончил вечер у какой-то девчонки. Поздно утром он проснулся и ухитрился забыть у нее свою куртку. Сообразив, что наделал, он вернулся за курткой, но девчонка уже ушла на работу.

— И ты его уволил, — догадалась Тилли.

— Я бы с радостью уволил этого безмозглого мерзавца, но он отличный художник и декоратор, так что его увольнение навредило бы только мне. Поэтому сделай милость, поезжай к Джеку и возьми запасной ключ, а потом привези его в Челтнем, ладно? Спешить не надо, они все равно не доберутся до Марлоу-роуд раньше полудня.

— Хорошо. — Класс, надо ехать к Джеку. — Но я не знаю, где живет Джек. Подожди, сейчас возьму бумагу и ручку и запишу адрес.

— Не надо. Это дом на вершине Миллерз-Хилл, тот, что с черными коваными воротами и лучшим видом на долину.

Ну естественно. Где еще может жить Джек.

Тилли гадала, для чего предназначены кованые ворота — чтобы сдерживать толпы женщин, осаждающих Джека, или не выпускать их наружу? Потом ей стало интересно, заметил бы Джек, если бы она перед отъездом быстренько переоделась из старых защитных штанов в гораздо более облегающие черные джинсы?

Ворота были открыты, а вид действительно был потрясающий, как и говорил Макс. На площадке перед домом стоял любимый «ягуар» Джека. А рядом с ним был припаркован спортивный «гольф» цвета лайма. Интересно, чей он? Машина-то девчачья.

Теперь уже жалея, что не переоделась в черные джинсы — честное слово, ну откуда Макс догадался, что сегодня утром она их не надела? — Тилли приблизилась к увитому плющом особняку из котсуолдского камня, построенному в форме буквы «Г». Дверь распахнулась до того, как она прикоснулась к ручке.

— Увидел, что ты идешь. — Джек улыбался ей. Его волосы были влажными после душа, белая тенниска плотно обтягивала торс. Он был босиком и одет в серые трикотажные спортивные брюки. — Проходи.

Он мог бы встретить ее на крыльце и сразу отдать ключ от квартиры. Радуясь, что он так не сделал, Тилли прошла за ним через холл с паркетным полом в длинную, залитую солнцем кухню. Везде были чистота и порядок.

— Есть время на кофе? — Джек уже наливал воду в кофейник.

— Вообще-то есть. — Тилли пристроилась на высоком табурете у центрального «острова» и поставила локти на мраморную столешницу. — Как красиво.

Джек опять улыбнулся.

— Знаю, что красиво. Если бы не было красиво, я бы здесь не жил.

У Тилли не было желания продолжать разговор. Это был тот самый дом, который Джек и Роуз купили вместе на аукционе пять с половиной лет назад, — она знала это, потому что ей рассказал Макс. Полтора года они потратили на то, чтобы превратить доставшийся им каркас в дом своей мечты, и переехали в него за несколько недель до назначенной свадьбы.

Только вот об остальном думать не надо. От грустных историй у нее всегда слезы наворачиваются на глаза.

— Джек? — Со стороны лестницы прозвучал чарующе-хриплый женский голос. — Ты уже вышел из ванной? Ничего, если я ее займу?

Тилли принялась изучать свои ногти, изо всех сил стараясь делать вид, будто ей безразлично, кого Джек прячет наверху.

Не считая нужным скрывать, что ситуация его забавляет, — о Боже, неужели он все еще умеет читать ее мысли? — Джек крикнул в ответ:

— Не стесняйся. Тебе потереть спинку?

Смех у его гостьи оказался бархатистым.

— Спасибо, но я сама справлюсь.

— Уверен, что справится. — Джек подмигнул Тилли. — Одно из преимуществ гибкости.

О, а вот сейчас он переходит границу. Одно дело любить пофлиртовать, а другое — скатываться до пошлостей. Может, он совсем и не так уж хорош.

— М-да. — Поймав ее неодобрительный взгляд, Джек произнес: — Извини. Молока и сахара?