Вирджиния (СИ) - Инна Мэй

— Благодарю. Эта брошь действительно красива. И не будь она такой прекрасной, я бы не лишила себя возможности вернуть её. Считайте она сняла из Вас пятьдесят процентов моей ненависти к Вам.

Глаза мужчины блеснули, и он проговорил:

— Я рад, что Вы приняли её. Она была сделана специально для Вас. Жаль, что мне придётся расстаться с Вами, а ещё более жаль, что вторая половина ненависти ко мне всё же осталась. Желаю хорошей дороги, Вирджиния.

— До свидания, милорд, — проговорила она и направилась к карете. Там стоял второй горец, который, как оказалось, ждал её.

— Жаль, что Вы покидаете Шотландию так скоро. Я был рад познакомиться с Вами. Даже если это оказалось не взаимно. Хорошего пути, миледи, — проговорил мужчина и всмотрелся в лицо Вирджинии.

— До свидания. Это путешествие надолго останется в моей памяти.

Горец некоторое время смотрел на неё, а потом ушёл. После она села в карету и они отправились домой.

— Вижу и Вы не уехали без подарка, — через некоторое время сказал мужчина, смотря на шкатулку в руках Вирджинии. — Можно посмотреть?

— Только посмотреть, а то знаю я Вас, ещё украдёте, — ответила она и протянула её мужчине.

Лорд улыбнулся, а потом открыл крышку и взял в руки брошь, рассматривая её.

— Удивительно просто. Это знаменитая брошь горского рыцаря Алэсдэя. Видимо он приходился ему дедом. После значимой и очень кровавой победы его назвали волком, после чего специально сделали и подарили эту брошь. Это был поистине умелый рыцарь, даже во мне он вызывает уважение. Странно, что никто не упомянул о том, что в замке находится его внук.

— Быть такого не может, — изумлённо проговорила Вирджиния, не веря в это. — Он же сказал, что это сделали для меня. Я и подумала, что она была сделана под заказ.

— Значит он не сказал это, так как думал, что после этого Вы её не примите.

— Нужно отдать её обратно. Я не могу принять фамильную вещь.

— Не сейчас, миссис Вирджиния. Будет странным, если мы вернёмся снова. Раз он подарил её Вам, значит посчитал так нужным.

— У этого горца точно вместо мозгов земля.

Дальше Вирджиния ехала и корила себя в том, что не вернула её обратно, как и планировала вначале.

"Может это такое жертвенное извинение за его неподобающее поведение той ночью? Не понимаю".

На следующий день лорд проговорил:

— Я намерен навестить своего друга по пути назад. Это по дороге. Так что если желаете, можете составить мне компанию. Я уже предупредил мистера Вилберна, что намерен нанести визит своему другу, поэтому немного задержусь, и предупредил, что возможно Вы так же захотите составить мне компанию и тоже задержитесь.

— Уверена он это воспринял с большим воодушевлением и сразу же дал Вам на это согласие.

Лорд усмехнулся, а потом обретя прежнюю серьезность проговорил:

— Не знаю как воспринял, но ответ действительно пришёл быстрее, чем я ожидал.

— Ну вот видите. Ладно, я так же не горю желанием так скоро видится с советниками из палаты лордов, поэтому я приму Ваше предложение.

— Отлично. Завтра к вечеру будем уже у него.

— Он тоже рыцарь?

— Да. Мы многое прошли вместе. Но сейчас он предпочёл оставить всё и жить жизнью обычного человека.

— Учитывая то, что былая нужда в рыцарях угасла, то это нисколько неудивительно. Я бы наверное тоже сделала так же. Так ты хотя бы сохранишь хорошие воспоминания о себе и уйдешь гордо, а не во время рыцарского падения, будучи никому ненужным.

— В чём-то Вы правы, — задумчиво проговорил лорд Вестлей. — Наверное меня и вправду ждёт именно такая участь.

— Так почему Вы не поступите так же, как и Ваш друг?

— Наверное из-за того, что я дольше хочу быть тем, кем я всегда был.

— Это Ваше право, милорд. Я могу понять Ваши грёзы.

Услышав последнее слово мужчина горько ухмыльнулся. Видимо из-за насмешки над собой.

Больше Вирджиния не донимала мужчину и дала ему возможность побыть со своими мыслями.

Следующий день оказался неожиданно жарким, да настолько, что в карете было почти нечем дышать.

Что Вирджиния ненавидела в такой погоде, так это всегда покрывавший лицо красный оттенок. Она чувствовала тогда себя ни то помидором, ни то смущенной от похабного предложения девицей, а ещё её всегда бросало в жар от такого климата.

Почувствовав как щёки запылали знакомым теплом, она поняла, что все её страхи исполнились, и сейчас она напоминала спелую вишню.

"Просто прекрасно. Мало того что я умираю от жары, так ещё и позорюсь перед незнакомым мужчиной. Вот и настало время познакомить его со своими недостатками, Вирджиния"

Увидев чем-то обеспокоенную и раздраженную Вирджинию, лорд поинтересовался:

— С Вами всё в порядке? Вы такая красная.

"Замечательно. Именно этого вопроса я и "ожидала" от тебя".

— Это излишки моего организма. Видите ли, я чрезвычайно плохо переношу жару.

— Почему же Вы раньше об этом не сказали?

— Я что похожа на кисейную барышню, которая будет ныть по малейшему поводу? — ответила она, хотя чувствовала непомерный дискомфорт в данный момент. Не только от этой жары, а от того, что это видит кто-то из мужчин.

— Если это касается Вашего самочувствия, то не вижу ничего зазорного, если Вы скажете об этом. В любом случае нам стоит остановиться возле речки, чтобы Вы могли помочить ноги. А если Вы выбросите полностью эту раннюю глубость из головы, то и искупаться, что будет намного лучше.

— Я не буду купаться в неизвестном водоёме, да ещё в присутствии десяток мужчин, — завелась она, хотя понимала, что ещё немного и ей станет ещё хуже. Но гордость и упертость не позволяли ей ответить согласием.

— Оставьте эту стыдливость и свой упертый характер на завтра, а сейчас прекратите упираться и сделайте то, что несомненно облегчит Ваше самочувствие.

Вирджинии хотелось снова вдаваться в спор и продолжать гнуть свою линию, но затрудненное дыхание, которое уже начало вызывать не просто дискомфорт, а проблему с нормальным дыханием заставило её послушаться.

— Ладно. Я согласна.

— Правильное решение.

Постучав в стенку кареты лорд Вестлей предупредил кучера, чтобы он остановился возле ближайшего водоёма и обеспокоенно повернулся к Вирджинии.

— Вы как? Сможете немного потерпеть?

— Если бы Вы меньше на меня глазели, то да. А так ещё и Вы забираете мои и так уходящие как песок сквозь руки силы.

— Обьясни мне о чём говорят Ваши тараканы, Вирджиния? Потому что здравой логики в Ваших словах я едва ли замечаю, — спросил он, а Вирджиния скосила на него свои глаза.

— Мои тараканы не умеют разговаривать,