Принц из Нью-Йорка (СИ) - Чапин Ксения

— Ohhh Holy s… — Набрала я снова побольше воздуха в легкие, но тряпка вернулась на прежне место, не давая закончить.

Это он мне мстит так? За ужин в первый вечер?

— Ну, я же попросил, хотя бы не на кухне….- с напускной грустью протянул Дэрек.

— Тогда, я пойду туда, где смогу на всех языках выразить без прикрас, какого мне сейчас! — я отодвинула его руку, схватилась за тряпочки на бедрах и соскользнула с островка.

— Спальня в другой стороне! — прилетело мне в спину.

— Я знаю! — буркнула я.

Как же бесит! И моя неуклюжесть бесит, и сама неловкость этого утра, и Картнер, со своими дурацкими правилами!

Я должна была проснуться сегодня в теплых объятиях, выпить вкусный кофе, съесть зажаренный, хрустящий, сочный бекон! Какого черта я сбежала на кухню??? Какого … я не вернулась обратно, получив свою дозу кофеинового наркотика?

Ксюше просто на роду, видимо, написано сгорать от стыда по жизни! Каждый мой шаг… ну ладно, практически каждый, примерно 99,9 %, сопровождается такой вот фигней.

Кое-как я доковыляла до входной двери, отбросила в сторону мокрые полотенца и открыла замок. В лицо ударил ветер, добротно сыпанув на меня снежинками, щиколотки мгновенно утонули в сугробе. Я зачерпнула снега и приложила к горящим огнем бедрам.

— Ммм… хорошо то как!

— Вернись в дом немедленно! — мимолетное блаженство прервал бизнесмен, втащивший меня за шиворот, словно котенка обратно, и потянувший дверь на себя. Я уперлась пятками в скользящий коврик и стиснула руками дверную ручку.

— Нет!

— Да!

— У меня же горит все! — возмутилась я, переводя взгляд от ручки к суровому мужчине и обратно.

— Так для этого люди придумали лекарства. В сугробе ты схлопочешь как минимум пневмонию… Господи, ну что же ты ведешь себя, как ребенок!

Я не сдавалась, хоть на задворках разума и понимала, что он прав. Только когда меня перекинули через плечо и понесли обратно в кухню, заботливо прикрывая попу длинной футболкой, я поняла, что с Дэреком Картнером спорить бесполезно.

— Съешь лучше сладенького, и посиди смирно. — Меня вернули на прежнее место дислокации, засунули в рот кубик сахара и щелкнули по носу. — Не так я представлял это утро вчера.

Миллиардер шуршал какими то коробочками за моей спиной. Бьюсь об заклад, что он даже ругался шепотом!

— Я тоже представляла утро немного по-другому… самую малость…

— И как же ты его себе представляла? — черные хитрые глаза снова замаячили перед моим лицом. — Я не нашел ничего от ожогов, но нашел это!

— Горшочек с мёдом? — скептически фыркнула я, игнорируя вопрос.

— Вроде бы может помочь. Фрида еще спит, интернета все еще нет, спросить не у кого. — И он запустил свои пальцы в горшочек, поднял вверх, круговыми движениями собирая тягучий мёд, и принялся осторожно намазывать им красные пятна на моих бедрах.

Ситуация была не идеальной, глупой, далекой от романтики, но как же волнительно это было.

Он заботился обо мне.

Я несколько раз шикнула от боли. Дэрек принялся дуть на мою кожу.

Капли воды с полотенец и растаявший снег, липкий мед, его прохладное дыхание.

Ммммамочки… как приятно!

— Съешь еще кубик. Сахар провоцирует выработку гормона счастья.

Губ коснулись сладкие пальцы, и в рот упал очередной сахарный кусочек.

Я невольно облизнулась.

— Better? — (англ. Лучше?) Дэрек оперся о столешницу, заключая меня в кольцо из своих рук.

— Beffer… — прошепелявила я в ответ. Рот наполнился слюной и растаявшими кристалликами.

— Пойдем в спальню, пока никто не проснулся, и не принялся любоваться твоими голыми ногами? — Он действительно ждал ответа от меня.

— С меня будет капать… — неуверенно начала я.

— Это не важно.

В который раз за столько короткое время нашего знакомства, меня взяли на руки, и словно хрустальную понесли вверх по лестнице.

В спальне мужчина посадил меня на уже заправленную постель, подложил под спину подушку, принес полотенец, стакан воды, позвонил кому то из ванной и вернулся, сев рядом.

По моему бедру стекали капельки меда, и он собрал их пальцами, и ничего не стесняясь, облизал их.

— Ну что, теперь расскажешь, почему сбежала ночью? А потом, за одно, и почему не сказала, что ни с кем не занималась любовью до меня?

Стыд стыдный, и стыдом погоняет! Куда ж мне спрятаться от него???

Но прятаться было некуда!

Глава 24. Игра

Дэрек

— Камень, ножницы, бумага! Раз, два, три! Уррааа! Я выиграла!!!

Девчонка подпрыгнула на кровати, захлопав руками над головой.

— Ну ладно, и что это значит?

— А это, дорогой Мистер Картнер, значит, что я задаю вопросы, а ты отвечаешь!

— Мошенничество чистой воды… — засмеялся я, потирая шею.

— Не нужно было соглашаться.

— Ты была сильно напряжена. В таком состоянии разговор по душам не клеиться.

— Теперь мне полегчало! Тааак… Начнем в простого! Почему вся ваша семья живет так далеко друг от друга?

— Простое объяснить не сложно! Я люблю Нью-Йорк. Брат без ума от Буэнос — Айреса, и бизнес у него там процветает. Сестра не может переносить любой климат, отличный от Калифорнии. Отец живет рядом с ней.

— Вы не скучаете друг по другу? — густые капельки меда медленно стекали по ее бедрам, прямо на покрывало. Это волновало. Боялся я явно не за запачканное постельное белье.

Чёрт с ней, пусть развлекается, как хочет. Играет в детские игры, задает вопросы. Ответа на свои я все равно дождусь.

Грубость… она сказала тогда, что не приемлет грубость во время близости.

— Камень, ножницы, бумага. Раз, два, три! — у нее красивый голос. Еще во время переговоров с Гринблаттом я слушал ее, и не мог оторваться.

— Ураа! — опять запрыгала на попе отчаянная переводчица.

Знала бы ты, Ксения, как действуешь на меня.

— Сколько женщин у тебя было?

— А что, про родню уже не интересно?

— Нет.

— Я не считал.

— Давай посчитаем сейчас?

Я, будто, вернулся в старшую школу.

— Одна, две, три… — начал я загибать пальцы от балды, не придавая никакого смысла счету. — Десять, одиннадцать.

Мои пальцы сжала в кулак узкая ладошка, и придавила к кровати.

— Всё-всё! Я поняла!

— Но я еще даже до середины не дошел! Двадцать четыре, двадцать пять… — с иронией возмутился я.

— Проехали! — ее щеки загорелись.

— Ты ревнуешь?

— Я же фейковая (ненастоящая) девушка, с чего мне ревновать? — Яркие голубые глаза нервно забегали, останавливаясь то на противоположной стене, то на ковре на полу, то на собственных ногах.

— Ну, какая же ты «фейковая»? — отвел я прядь волос за ее спину, открывая лицо. — Камень, ножницы, бумага. Раз, два, три. Вот и моя очередь! Я выиграл. Отвечай Ксюша. Почему ты сбежала, я сам уже понял. А вот… Тебя кто-то обидел? Твой бывший парень? Мужчина?

Она вся сжалась в комочек, а подбородок задрожал. Взгляд бегал от сцепленных на кромке футболки рук, к моему лицу и обратно.

Терпение у меня закончилось.

Я сгреб ее в охапку, обнимая и легко целуя в губы, все еще сохранявшие сладость сахара. Ее бедра сразу прилипли к моим штанам, но мне на это было плевать.

— Я никогда тебя не обижу.

В дверь постучали.

— Дэрек, тебе привезли, то, что ты просил! Оставляю у двери! — и шаги быстро удалились.

Глава 25. Что-то по-настоящему важное

Дэрек

Митч и Рэт, мои бравые помощники, не смотря на непогоду, и сумасшествие, творившееся в полностью заблокированном снегопадом Нью-Йорк, добрались до «Плазы». Потом они сгребли несколько полок медикаментов в аптеке, пересели на внедорожник с моей личной парковки и добрались до загородного дома.

В мою спальню никто входить и не собирался, но девочка вздрогнула, и крепко вжалась в меня, явно этого опасаясь.

Согласен, слишком много людей собралось в этих стенах.

— Я заберу вещи. — Тихо сказал я, потеревшись щекой о мягкие волосы, и аккуратно встал. Ксения встала вслед за мной, указывая на мои штаны.