Разлучница. В плену прошлого - Татьяна Семакова

«Он не знает про беременность!».

Вижу, что он прочитал, облегченно выдыхаю и занимаюсь в первую очередь своим букетом. Вазу даже не пытаюсь отыскать, беру сразу кастрюлю, обрезаю стебли больше, чем в половину и остаюсь довольна результатом. Следом выставляю коробочки с едой на столе, раскладываю тарелки и приборы и понимаю, что суетилась зря. Выглядываю из окна на кухне, выходящего во двор, вижу их у машины и без коробок в руках и иду бродить по большой квартире.

Выглядит она нежилой. Тонкий слой пыли покрывает всю мебель, включая прикроватную тумбочку в спальне хозяина, которую я оставила «на сладенькое». Тумбочку, где в лаконичной черной рамке стоит наша с ним старая фотография. То ли специально для меня поставил, то ли девушек сюда не водит, поди разбери. В любом случае, вынуждена признать — работает. Мое сердце крепнет с каждой проведенной вместе минутой. Я заряжаюсь, точно солнечная батарейка. Еще немного, и я стану как прежде раздавать электрические разряды.

Беззастенчиво прохожу в гардеробную, осматривая вешалки и полки, отмечаю детали, вроде отдельного ящика под часы, и сама не замечаю, как горделиво задираю нос. Что бы между нами лично не происходило, я невероятно им горжусь, это правда. Смог. Вырвался. Пробился.

Выхожу с наглой ухмылкой и замечаю его в дверях.

— Выбрала? — хитро прищуривается.

— Да, — медленно моргаю. — Поговорили по-мужски?

— Да, — копирует меня.

— И что?

— Докажи принадлежность к сильному полу, чтобы получить доступ.

Закатываю глаза и подхожу ближе.

— С тобой я бы достиг гораздо большего, Вик. Я вижу, как тебя распирает, это приятно, но это — ничто в сравнении с тем, чего я могу добиться, будь у меня ради кого. Это все… следствие попытки в кратчайшие сроки снять удавку со своей шеи. Я уже довольно давно не делаю ровным счетом ничего.

— Ну, пыль все-таки мог бы и вытирать, — замечаю невзначай.

— Меня не было две недели. Не люблю, когда посторонние приходят в мое отсутствие, — сообщает многое в одном простом предложении: Невзгодова впустил. Уж не ради ли того, чтобы ткнуть носом в снимок? — Но ты можешь похозяйничать, я не возражаю.

— Так никто не ухаживает, Смолин, — отражаю игриво. — В прошлый раз у тебя прокатило только потому, что ты восемнадцать с половиной лет за мной бегал.

— Только не говори мне, что мне опять придется пройти тот же путь, — ужасается притворно.

— Зависит от тебя… — отвечаю кокетливо и боком протискиваюсь через дверной проем, продолжая смотреть на него.

Невзгодова нахожу на кухне, капающего слюной на коробочки с едой.

— Вик, умоляю, сначала ужин, — страдальчески смотрит на меня.

Садимся за стол, едим в молчании. Смолин не сводит глаз с меня, Валя с тарелки, я мечусь взглядом по предметам, пока не зависаю на золоченом конверте со скромным тиснением «Приглашение», прикрепленном к холодильнику магнитом. Даже не знаю, что больше зацепило — сам магнит, который я привезла когда-то Косте в качестве сувенира, или напыщенный конверт.

— Что это? — интересуюсь беззастенчиво.

— Приглашение на свадьбу, — отвечает Смолин. — Послезавтра. Составишь компанию?

— Нет, не думаю, — бормочу и ковыряю вилкой в тарелке.

— Составишь, — делает упор. — Как не почтить присутствием старого друга?

Ощущение, что он умело мной манипулирует лишь усиливается. Время, которое он выбрал, чтобы заявиться, план прогуляться по магазинам, фотография, магнит, кричащее в лицо приглашение — все говорит именно об этом. Но отказаться от возможности посмотреть Васе в глаза я не могу.

— Тогда, конечно, — улыбаюсь одной из тех улыбок, которую выдрессировала перед зеркалом, — чего не сделаешь ради друзей.

Глава 8

Коллективным умом было принято решение отложить мозговую активность на утро. С дороги устали все, меня разрывает от информации, про душевные метания и говорить нечего.

Захожу в душ, и только расслабляюсь под струями, как голову заполоняют другие мысли.

У него роскошная квартира в отличном районе, недалеко от центра. Ремонт — выше всяких похвал. Одна эта ванная комната чего стоит, а она, между тем, гостевая. Всего-то душ, в то время как в его, габаритами с мою спальню в родительской квартире, стоит джакузи. Джакузи! Ящик с часами. Машина. И пятьдесят два миллиона долга, которые он, как уверяет, выплатил. А еду из его ресторана я ела на ужин, и золотой крошкой вместо пармезана спагетти никто не посыпал. Вкусно, наверняка дорого, но… не может ресторан и пусть даже сеть кофеен приносить такой доход. Во что ты влез, любовь моя? Во что ты влез из-за меня…

Выхожу в полнейшем раздрае. Нервы мотает как кружево паутины от сквозняка, о том, чтобы уснуть, можно даже не мечтать. Надеваю носки, чтобы не прилипать пятками к полу, и в одной длинной футболке и трусиках крадусь в комнату к Вале. В отличии от меня он наверняка вырубился, едва голова коснулась подушки, и мое наглое водворение его крепкого сна не потревожило. Беру его ноутбук с тумбочки и с ним иду на кухню.

Взгляд вновь цепляется за приглашение. Ставлю ноутбук на стол и подхожу к холодильнику. Вытягиваю конверт из-под магнита и достаю карточку.

Василий и Елена приглашают дорогого друга и его спутницу на банкет по случаю их бракосочетания. Торжество пройдет в ресторане Смолина. Конечно, где же еще… друзья ведь.

— Это был план «Б», — слышу голос Кости за спиной и вздрагиваю. — Прости, не хотел напугать.

— Я тебя не слышала, — зачем-то оправдываюсь, разворачиваясь к нему. — План «Б»?

— Да. Если бы вы отказались приехать ради расследования.

— И в чем конечная цель?

— Ты. Мы.

— Ты прекрасно знал, где я. После звонка Киры уж точно.

— Не совсем. Я знал, что вы приезжали, но она не сказала откуда. Это выяснял сам.

— Зачем? Что проще — спросить у нее?

— Не проще. Для меня — не проще. Я не знал, что делать с этой информацией, как ты не понимаешь? Черт, Вик, ты иногда меня поражаешь своей наивностью, — раздражается и отворачивается от меня к столешнице, уперевшись в нее руками. — Я не знал, что мне делать. Все это время я думал, что ты давно вышла замуж, родила, счастлива. Да, первая влюбленность, но, черт… ты была совсем малышкой, а я — последней мразью. Не так все должно было сложиться. В моей голове — не так. И поначалу я хотел дождаться, когда вы приедете сами. Потом нашли Марину и стало откровенно стремно. Что, если приедете, когда меня не будет? Что, если я узнаю об этом слишком поздно? Миллионы вариантов. Я нанял человека, чтобы найти. Номера