Четыре души (ЛП) - Лили Сен-Жермен

— Хорошо, — говорит Джейс, его поведение становится более мягким и осторожным, когда он продолжает смотреть на мои запястья. — Полагаю, тогда я должен поблагодарить его.

Я грустно улыбаюсь.

— То есть, я не буду его благодарить, — быстро добавляет Джейс. — Этот ублюдок хочет убить меня. Но ради тебя. То, что он сделал, это хороший поступок.

— Да, — говорю я. — Ну, он знает, что я чувствую…, — ловлю я свой промах, — … чувствую к тебе. Это причина, по которой он порвал со мной.

Глаза Джейса загораются при этом, его брови практически касаются потолка над нами.

— Он порвал с тобой из-за меня?

— Я продолжала произносить твое имя в кровати, — объясняю я. Джейс смеется низким, горловым звуком, который заставляет меня покраснеть, когда я понимаю, что только что сказала. — Все совсем не так.

Джейс все еще смеется и одновременно захлебывается водкой.

— Ты уверена? — успевает сказать он между смехом и кашлем.

Я закатываю глаза.

— Кошмары, Джейсон. Я имела ввиду их.

Его улыбка исчезает, и он снова выпрямляется, любая капля юмора или легкости полностью стирается с его лица. Идиотка! Я очень жалею, что не промолчала.

— О, черт, — говорит он, снова хмурясь. — Мне жаль.

— Прекрати просить прощения, — наставляю я его с небольшой улыбкой, пытаясь разрядить напряжение, которое снова осело на нас, как подушка, которую с силой прижимают к лицу. — Тебе не за что извиняться.

Только простить меня, и мою ложь поверх еще большей лжи.

Он не выглядит убежденным.

— Есть.

Я качаю головой.

— Нет. Тебя чуть не убила твоя собственная семья, пока ты пытался спасти меня. В этом нет ничего постыдного.

Вот опять. Мы танцевали вокруг того дня, того дня, когда я чуть не умерла, того дня ужаса и боли.

— Я должен был бороться сильнее, — сказал он, его плечи опустились. — Я все время прокручиваю это в голове, ты знаешь. Я мог бы взять пистолет и застрелить его. Я мог бы как-то вытащить нас.

Я кладу твердую руку на его колено. На нем толстые джинсы, но я все равно чувствую тепло его кожи.

— Никто из нас не мог поступить иначе. — Мне потребовались годы и множество срывов, чтобы понять, что никто из нас не виноват в том, что Дорнан устроил в тот день. Я буду вечно сожалеть о том, что не смогла каким-то образом спасти своего отца и женщину, которую он любил, но я простила себя за то, что оказалась бессильной перед нашей коллективной гибелью в то самое время, когда доктор высасывал из моей утробы остатки продукта изнасилования.

Я на мгновение перенеслась в прошлое, в тот момент, когда чуть меньше шести лет назад с моего лица сняли маску, когда врач улыбнулась под своей хирургической маской и сказала, что все готово. С меня были сняты их грехи, болезненно отпущены, но прошло еще много лет, прежде чем я вновь наполнилась надеждой отомстить им.

Поэтому, когда Джейс крепко сжимает мою руку, словно я падаю, я возвращаюсь в настоящее, чтобы сесть рядом с ним, положить руку ему на колено. Гнев туманом заволакивает его глаза.

— Я должен был убить их всех при первой же возможности, — говорит он, его лицо искажается в маску ярости и боли.

Я наклоняюсь вперед, кладу руку на его горячую щеку, и когда он не отшатывается, я улыбаюсь.

— Еще есть время, — тихо шепчу я первому мальчику, которого когда-либо любила.

Глава 6

Роли резко поменялись местами — Джейс в полной заднице, как физически, так и психически. Он не двигается со своего места на полу уже несколько часов. Около часа назад я нашла замороженную пиццу и сунула ее в духовку, догадавшись, что она уже готова, когда сыр начал яростно пузыриться сверху. Я дала ее ему, и он механически поглощал ее, пока она не закончилась. Потом он снова стал безучастно смотреть в пространство.

Что приводит нас к настоящему моменту.

Я потерялась. До этого момента у меня всегда был план. Цель. Люди, которых нужно трахать, и люди, которых нужно убивать. Но сейчас? Я брожу по квартире Джейса, как потерянная душа, и думаю, стоит ли мне уйти или лучше остаться. Наконец, я решаю занять себя уборкой стекла от разбитой вазы и мобильного телефона.

Три мысли повторяются в моей голове.

Дорнан в коме.

Я только что выгнала Эллиота.

Кажется, Джейс меня ненавидит.

Я приседаю перед Джейсом, который прикончил половину бутылки водки и всю пиццу, которую я оставила для него. Он все еще смотрит в пространство.

— Привет, — говорю я мягко. — Земля вызывает Джейсона. Что там происходит?

Я никогда не видела его таким, и это меня пугает. Потому что осознаю, что