Тина Габриэлл - Идеальный скандал

— Да, конечно, — кивнула Изабель. — Я сказала Маркусу, что помогу ему войти в высшее общество, чтобы он смог найти злодея. Но я намерена и сама поспособствовать ему в этом. Поверь, я не останусь в стороне.

Шарлотта со смехом захлопала в ладоши:

— Ах, замечательно! Похоже, что Маркусу Хоксли еще предстоит узнать подлинный характер своей будущей жены.

— Скоро все узнают, что произошло в особняке Уэстли, — продолжала Изабель. — Леди Ярмут, только что вернувшаяся из Парижа, сопровождала своего мужа на аукцион. А твоя мать — ее хорошая подруга, так ведь?

— Да, верно, — кивнула Шарлотта. — Между прочим, моя мать и отчим дают бал в следующую субботу. И лорд Ярмут с женой непременно там будут.

— А твоя мать не откажется сообщить о моей помолвке? — спросила Изабель.

Шарлотта просияла:

— Да-да, конечно! Это прекрасная мысль! Мой отчим даже больше матери любит привлекать внимание общества к подобным событиям. А уж что может привлечь больше внимания, чем помолвка леди Изабель Камерон с младшим сыном графа Ардмора?

— Но у Маркуса не очень-то хорошая репутация, — заметила Изабель.

— Не имеет значения! Это только добавит масла в огонь. Мой отчим будет в восторге. — Шарлотта облизнула розовые губки и, потянувшись к своей чашке с чаем, проговорила: — А теперь расскажи об эротической комнате в доме лорда Уэстли. Только, пожалуйста, не упускай ни одной подробности.

Глава 7

Эта художественная студия походила на все другие, которые Данте Блэк посещал уже долгие годы. Комната была довольно просторная, но ужасно запущенная и холодная. И тут, как и во всех прочих студиях, гуляли сквозняки, а также воняло красками и скипидаром. На длинных полках вдоль стен стояли бутыли с красками всех цветов радуги, а полотна и рамы были расставлены и разбросаны по всей комнате. И, конечно же, тут в изобилии имелись кисти и грязные тряпки, также лежавшие повсюду.

А в самом темном углу комнаты находилось нечто плоское, упакованное в коричневую оберточную бумагу. И конечно, никто бы не заподозрил, что это нечто являлось бесценным полотном Томаса Гейнсборо «Морское побережье с рыбаками».

Окинув взглядом студию, Данте принялся расхаживать туда и обратно. Он прибыл сюда раньше своего клиента и сейчас ужасно нервничал — пот струился по его лбу, и он то и дело утирал его носовым платком.

— Проклятие, эта глупая сучка все испортила!..

Данте в сердцах пнул ногой банку со скипидаром, стоявшую на полу. И тут же раздался низкий мужской голос:

— Мы ожидали, что ты лучше справишься с порученным делом, Данте.

Резко развернувшись, аукционист увидел Робби Боунса, бесшумно проскользнувшего в студию. Обладавший столь же впечатляющим ростом, как и Данте, Робби Боунс note 2 был не просто худым — казалось, он являлся живой иллюстрацией к своей фамилии; тощий как скелет, по виду изможденный, он к тому же был почти беззубым, когда он ухмылялся, как сейчас, во рту у него красовался один-единственный зуб, пожелтевший от табака. Кончики его пальцев тоже имели желтоватый оттенок, а на плечи свисали грязные жирные волосы. Поговаривали, что иногда, когда основная его деятельность оказывалась недостаточно прибыльной, Боунс работал могильщиком.

С отвращением поморщившись — Данте считал себя джентльменом, и ему казалось оскорбительным видеть рядом такого субъекта, как Боунс, — аукционист проговорил:

— Присутствие этой девицы невозможно было предвидеть. А с ее свидетельством нельзя было не посчитаться.

— Но милорд платит тебе хорошие деньги за твои услуги, — возразил Боунс. — И если бы ты использовал своих людей как должно, то ты знал бы, что Хоксли не один в этой комнате. Тогда бы ты позаботился о том, чтобы избавиться от девицы.

При упоминании «милорда» Данте вопросительно взглянул на Боунса, он понятия не имел о том, кто их с Боунсом нанял, и надеялся, что сообщник проговорится. Впрочем, кое-что было ясно: во-первых, этот человек принадлежал к высшему свету, во-вторых, он был достаточно богат для того, чтобы заплатить непомерную цену, которую заломил Данте, и, в-третьих, он ненавидел Маркуса Хоксли и жаждал ему за что-то отомстить.

Изобразив возмущение, Данте заявил:

— Оказалось, что эта «девица» — Изабель Камерон, дочь очень влиятельного и богатого графа Молверна. И избавиться от такой не так-то просто. Ее исчезновение наделало бы немало шума, и еще неизвестно, чем бы все это для нас закончилось.

Окинув сообщника презрительным взглядом, Робби Боунс проговорил:

— Не оправдывайся, парень. Ты провалил все дело. Хоксли на свободе, а он не из тех, кто ничего не предпринимает. Он постарается докопаться до истины, уж поверь мне.

— И что же мне ему сказать? — спросил Данте.

— А это уж твоя головная боль, — с усмешкой ответил Боунс. — Но насчет меня держи рот на замке. Запомни: одно только твое слово — и ты покойник. Но к счастью для тебя, у милорда есть еще кое-какие планы насчет Хоксли. Так что твои услуги, возможно, потребуются.

Тут Робби Боунс отошел в угол комнаты и, взяв завернутое в бумагу полотно Гейнсборо, направился к выходу.

— Куда ты это тащишь? — спросил Данте. Он считал себя подлинным ценителем искусства, и его ужасала одна лишь мысль о том, что этот отвратительный субъект может сделать с прославленным шедевром.

Боунс обернулся и, пожав плечами, пробормотал:

— Милорд знает, что Хоксли хотел заполучить это, и потому оставит картину себе. Ты можешь скрываться от Хоксли, но не покидай Лондона, Данте. А в следующий раз, если эта девчонка снова окажется у нас на пути, я сам о ней позабочусь.

Глава 8

Маркус поднимался по ступенькам внушительного особняка на Беркли-сквер с таким же энтузиазмом, с каким осужденный на смерть поднимается на эшафот. Он хотел бы отложить этот визит, но чувство долга возобладало. Сжимая зубы, Маркус постучал в дверь массивным медным молотком.

Дверь тут же распахнулась, и перед ним предстал мрачного вида дворецкий. В изумлении уставившись на Маркуса, он проворчал:

— Лорд Ардмор не ждет вас, мистер Хоксли.

— Я уверен, Бентли, что сегодня отец захочет со мной поговорить. — Шагнув в холл, Маркус спросил: — Где он?

Дворецкий в растерянности заморгал. Поспешно закрыв дверь, он осведомился:

— Сэр, может быть, вам лучше подождать в гостиной? А я пока сообщу лорду Ардмору о вашем приходе.

— Прекрасная мысль, — кивнул Маркус. — Было бы также неплохо, если бы вы сообщили о моем визите и моему брату.

Маркус прошел через холл и остановился у двери гостиной. Бентли же метнулся в противоположном направлении.