Генеральный дьявол - Аля Алая
— Можно мне что-то взамен?
— Ты договаривалась с Дементьевым лично? — Кайсаров двигается ближе, я отступаю. Бедра больно врезается в стол за мной.
Он цепляет пальцами мой подбородок и заставляет смотреть себе в глаза.
— Сколько он заплатил?
— Мне никто не платил, вы во всем ошибаетесь.
— Думаешь, если защищать своего хозяина будешь, он поможет? Он тебя кинет дурочка, откажется. И ты сгниешь в тюрьме.
Мимо воли по щекам начинают катиться слезы. Я не могу, я не верю в то, что происходит сейчас. Это страшный сон, я проснусь завтра и все будет хорошо. Будет!
— Пожалуйста, я ничего не делала, я ничего не знаю.
— Ты врешь!
— Нет, — качаю головой, вырывая свой подбородок из захвата, — пожалуйста, можно мне одеться? Я не могу так. — Паника совершенно захватывает меня.
Кайсаров, шумно вздыхает и стягивает с себя пиджак, накидывает мне на плечи.
— Что со мной будет?
— Идем.
Кайсаров не отвечает. Он толкает меня к двери и идёт следом. В коридоре стоящие за дверью мужчины разом оборачивается. Мне дико, что они смотрят на меня такую. Опускаю голову вниз, плотнее кутаясь в пиджак, плечи ссутуливаются. Если бы я могла, я бы просто исчезла, сбежала, спряталась в темный угол.
Безвольно позволяю Кайсарову провести себя вдоль шеренги мужчин и посадить в ожидающую внизу машину. Все это время я была босиком не чувствовала холода. Только страх и безысходность внутри. В машине не могла поднять головы из-за пережитого унижения и даже не поняла, куда меня привезли.
— Выходи, — Кайсаров подхватил меня под локоть и потащил заплетающуюся за собой. Наверное мне нужно было кричать или отбиваться, но я просто не могла, онемела. Он растоптал меня полностью.
По пушистому белому ковру, в котором утонули мои ступни, я догадалась, что мы попали в квартиру. Дверь захлопнулась.
Я стояла не шелохнувшись спиной к нему. Тишину нарушало лишь мое сорванное дыхание и звук приближающихся мужских шагов. Когда волосы опалило теплым дыханием, а шершавые пальцы коснулись шеи, я шумно вдохнула и сердце замерло.
Глава 08
— Не надо, — делаю пару торопливых шагов вперед. Оборачиваюсь.
Кайсаров втягивает воздух через плотно сжатые зубы, смотрит недобро на свой пиджак, который прячет от него мое голое тело.
Ладони сжимаются в кулаки, на щеках от напряжения начинают играть желваки. Он похож на безжалостного зверя, который загнал свою добычу в угол.
И эта добыча я.
— Майя, — голос Кайсарова низкий и глухой, — мне казалось, ты поняла. Если хочешь побыть еще некоторое время на свободе, не нужно упрямиться.
Ублюдок!
— Сколько у меня будет времени?
Не верю, что произношу это. Но это же моя жизнь, я не хочу провести ее за решеткой! Мне нужна хотя бы какая-то отсрочка, чтобы попытаться выяснить кто меня подставил, найти адвоката.
На губах Кайсарова появляется легкая ухмылка, он приближается вплотную. Протягивает ладонь, ласково очерчивает пальцами скулу. У него в глазах ужасная жажда, которой я не могу понять.
Неужели мужчина может быть настолько одержим желанием обладать женским телом. Это всего лишь тело — руки, ноги, туловище. Если без чувств, без любви, то пустая оболочка, кукла.
— Все будет зависеть от тебя, Майя. — Кайсаров склоняется ниже, проводит носом по моей шее, втягивая аромат кожи. Немного отклоняется и ждет.
Облизываю пересохшие губы, которые зудят он его пожирающего взгляда. Ужасно, но в данный момент его одержимость своеобразный плюс. Равнодушный Кайсаров отправил бы меня за решетку и забыл.
Похоже, мне придется узнать как далеко я готова зайти ради призрачной возможности узнать правду и стать свободной.
А если Кайсаров сам все устроил? Это я тоже узнаю.
Поднимаю руку и касаюсь подушечками пальцев его лица, скольжу по отросшей жесткой щетине на щеках, дотрагиваюсь до полноватых мягких губ. Мужчина раскрывает рот и прикусывает кончики пальцев зубами. До меня доносится его удовлетворенный рык.
А у меня внутри заглушающий все бешеный стук сердца и паника. Я еще никогда и ни с кем...
— Мне нужно в душ, — пячусь от Кайсарова и пытаюсь рассмотреть обстановку вокруг. Гостиная огромная, тут спокойно могла бы поместиться наша с Ниной съемная квартирка. Вокруг все вылизанное, модное, но какое-то бездушное. Впрочем, как и сам хозяин всего этого.
— Спальня там, — он указывает кивком в сторону приоткрытой двери. Сам вынимает из кармана брюк телефон и подносит к уху, — что еще, блядь?
В спальне меня встречает огромная кровать, застеленная черным шелковым бельем. Еще есть кресло, комод и несколько дверей. Одна ведет в гардеробную, где в идеальном порядке развешаны деловые костюмы и расставлены туфли, другая в ванную комнату.
Весь интерьер прохладный, серо-черный. Почти нет деталей.
Взгляду совершенно не за что зацепиться.
Ванная комната поражает. Пол выстелен черной плиткой, на пьедестале огромная ванная или это джакузи. Тут я тоже не сильно разбираюсь, у нас с Ниной все детство была сидячая в квартире тетки, после переезда на съемную, мы добрались до большой чугунной. В ней можно было вытянуть ноги, понежиться с пенкой. В ванной Кайсарова можно легко поместиться впятером.
У стены парящая столешница из черного гранита, огромные зеркала. Несколько минут рассматриваю себя в них. Уставшая, потерянная, бледная.
Заставляю себя оторвать пальцы от пиджака и сбрасываю его на пол, остаюсь обнаженной. Вскользь смотрю на свое тело, которое генеральный рассматривал еще в офисе. По телу снова волна дрожи, я ему то унижение в жизни не забуду. И последующие тоже.
Хотя, что ему до моих чувств… Я для него лишь очередная галочка в постели.
Захожу в стеклянную душевую кабину в углу. Включаю горячую воду на полную силу, чтобы немного расслабиться. Подставляю лицо под струи, слушаю шум падающих потоков.
Я, Кайсаров, эта квартира.
Не верю, что это происходит прямо сейчас.
И кажется смешным, что в какой-то момент он мне действительно понравился, что мне хотелось его внимания и я млела от властных взглядов и жестов.
Вытираюсь белоснежным полотенцем. На плечи накидываю мужской халат, потому что выйти голой, хоть я и знаю, что раздеться придется практически сразу же, не могу.
Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю перед тем, как открыть дверь в спальню. Ищу глазами Кайсарова, но комната пуста.
И я не понимаю, что мне делать, так и стою у застеленной кровати.
Жду.
Кайсаров застывает в проходе. Он без галстука, рубашка расстегнула, на ногах нет обуви. Опирается плечом о косяк, прячет руки в карманы.
— Я знаю, что наша встреча
